Бен Мезрич – Удар по казино. Реальная история о шести студентах, которые обыграли Лас-Вегас на миллионы долларов. (страница 28)
Он пожал им всем руки, замявшись перед Фишером.
«Удачи, — спокойно произнес Микки. — Будем надеяться, что карты и дальше будут ложиться так, как нам надо».
Глава 18
После ухода Микки со сцены «побочные» цифры в налоговых декларациях Кевина росли с поразительной скоростью. По настоянию Фишера он увеличил долю своих инвестиций до четверти миллиона долларов — почти весь его заработок за первые полтора года в роли карточного каунтера. Кианна, Майк и Брайан тоже внесли значительные инвестиции в команду, и даже Дилану и Джилл позволили сделать небольшие вклады — скорее чтобы их подбодрить, чем из-за нужды команды в деньгах. Мартинес и Фишер обеспечивали основную долю кассы, каждый по четыреста тысяч долларов. Эндрю Тай продолжал только вынюхивать деньги, но особо не жаловался. Много ли второкурсников зарабатывают по пять тысяч долларов за уик-энд?
Разрыв с Микки мало повлиял на доходы команды в последующие шесть месяцев. Карты по-прежнему ложились на столы очень удачно. И у них были звездные уик-энды, начиная с Нового года и вплоть до Дня Поминовения. В этот период Кевин реже встречался с Тери — футбольный сезон был в самом разгаре, и в большинство уик-эндов она разъезжала с «Самцами», да и он был так занят, планируя поездки команды, так что вряд ли у него появилось бы время для нее. Организация прилета в Вегас двенадцати человек, которые должны были делать вид, что не знакомы друг с другом, наряду с перевозкой более миллиона долларов наличными и в фишках было достаточно сложным заданием для любого выпускника инженерного факультета.
Как самый новый (и крупный) участник команды, Эндрю Тай стал «осликом», перевозившим большую часть наличности на себе. В этой роли его паранойя оказалась весьма кстати: он носил сумки с деньгами, будто они были наполнены взрывчаткой, вот-вот готовой взорваться, проходя контроль в аэропорту с осторожностью наркокурьера.
Фишер взял на себя роль Микки с момента их прибытия в Вегас: выдавал сокращенную версию речи Микки, потом распределял назначения, которые они с Мартинесом готовили накануне вечером. У Кевина был свой постоянный взвод — Тай, Дилан и Джилл, и они, как правило, курсировали между «Миражом», «Стардаст» и «Эм-Джи-Эм Гранд». Он знал большинство пит-боссов по имени и познакомился со многими дилерами. Некоторые из них могли заметить, что он необычайно удачлив за игровым столом, но среди громадного роя денежных игроков, слетающихся в Вегас в праздничные уик-энды, одна лишь удача не могла возбудить чьи-либо подозрения. Рано или поздно, полагали они, денежный игрок все это вернет. Такая вот была картина болезни.
Большинство поездок в Вегас проходило гладко; фактически единственный инцидент омрачил почти идеальные результаты прибыльной игры. Это случилось в воскресенье, в День Поминовения, где-то после полуночи. Кевин и его команда работали за столами в «Эм-Джи-Эм Гранд», когда Кевин вдруг заметил одного из Земноводных — японского соседа Санджая Даса по комнате, который сидел за одним столом с Таем. Нет ничего хуже, чем два карточных каунтера за одним игровым столом. С точки зрения «небесного ока» парная игра должна выглядеть нелепо, словно смешная шутка, которую разыгрывают с картами в руках. Кевин не знал, был ли у Микки идентичный график, или Земноводные работали сами по себе, но он не собирался давать им все испортить. Сегодня «Эм-Джи-Эм Гранд» —
Японский каунтер смотрел на него, медленно багровея. Он что-то быстро бормотал, видно, сбившись со счета. Кевин продолжал громко называть цифры заплетающимся языком, пока, наконец, парень не встал из-за стола и не пошел прочь. Кевин тоже поднялся и последовал за ним в туалет. Когда парень пристроился возле одного из писсуаров, Кевин встал рядом.
«Слушай, урод, — начал Кевин. (Это был не Бостон, а Вегас, а в Вегасе Кевин не выбирал выражения.) — Мы пришли первые». Парень взглянул на него и спросил: «Простите, не понял». «Ты знаешь, кто я? — продолжал Кевин. — Так что забирай свою команду и поищи другое место. Если мы останемся здесь оба, то засветим друг друга».
Парень переварил все это, потом пожал плечами и сказал небрежно: «Собственно, мне никогда не нравился здешний буфет».
Он ушел и забрал с собой свою команду.
Вернувшись в казино, Кевин принял решение закруглиться пораньше. Если Тай все-таки засветился, работая за одним столом с Земноводным, был шанс, что его засекут во время анализа видеозаписей слежения, и не было смысла рисковать. Они и так заработали столько, что могли уютно прожить все лето.
В эту воскресную ночь они закатили шумную вечеринку в суперлюксе «Стардаст». Кевин потерял счет выпитым текилам и кончил тем, что вызвал Тая бороться на полу гостиной. Во время возни они перевернули кофейный столик, сбросив с него одну из дорожных сумок. Фишки и деньги летали повсюду, оседая на пушистый ковер. Кевин лежал на спине, смеялся, хватал пригоршнями стодолларовые купюры и кидал их вверх. Он прикрыл глаза, голова его кружилась в то время, как он купался в прохладном зеленом дожде из Бенджаменов.
На смену тихому лету пришла прозрачная осень.
Во вторую неделю октября Мартинес прослышал о новом казино в Коннектикуте. Построенное в том же духе, что и «Фоксвудз», которое открылось несколько лет назад, «Могикан-сан» было самым новым среди индейских казино, которые вырастали в лесных массивах по всей стране. Строились они с колоссальным размахом, чтобы привлечь провинциалов, которые не могут себе позволить перелет в Вегас. Когда Микки еще возглавлял команду, они избегали работать в индейских казино по той простой причине, что резервации считались самостоятельными законодательными территориями; не было способа гарантировать права игрока так, как в Вегасе. Все может пойти прахом в одночасье. Никто не хотел париться в индейской тюрьме.
Но перед великолепными возможностями «Могикан-сан» нельзя было устоять. Мартинес слышал от знакомых в МТИ, что Земноводные напали на казино в уик-энд его открытия и разгромили заведение. Земноводные отобрали у индейцев четверть миллиона долларов, а те так и не поняли, что это было. Они просто не были готовы к нашествию карточных каунтеров. Мартинес узнал, что в заведении было полно неопытных дилеров и пит-боссов. Они сдавали почти до конца колоды, предоставляя легкий доступ к последней карте. Они были совершенно не готовы к нападению каунтеров. Их пит-боссы, вероятно, не могли даже отличить любителей, считающих карты из-за спин игроков, от профи из МТИ.
Кевин, Фишер и Мартинес потянули жребий на спичках, и решение было принято: они ударят по «Могикану» в следующие выходные. Только Джилл колебалась, предупреждая, что если что-то пойдет не так, они могут попасть в большие нелады с законом. Но команда была на таком подъеме в последние шесть месяцев, что даже страх перед индейской тюрьмой не мог их остановить.
«Могикан» впечатлял, хотя был явно поменьше, чем «Фоксвудз», но великолепно украшен традиционными индейскими мотивами. Много натурального дерева, свисающие растения и искусственный солнечный свет резко контрастировали с задымленной атмосферой большинства казино в Вегасе. «Казино Планеты» было огромным (четвертое по величине в США), более 180 тысяч квадратных футов игровых зон, на которых размещалось 190 столов.
Приняв во внимание размеры заведения, Фишер и Мартинес предложили, чтобы вся команда играла одновременно, как в Чикаго. Кевин и Мартинес будут сменять друг друга в роли КИ, а Фишер будет подавать сигналы и следить за персоналом казино на случай, если что-то пойдет не так. Если он почувствует угрозу, они все уйдут и соберутся на автостоянке.
Они взяли напрокат два фургона, наняли водителей, чтобы попасть в Коннектикут ранним вечером в пятницу. Поездка заняла примерно два часа плюс еще сорок минут на короткую остановку в стрип-клубе в Хартфорде, где знакомая Мартинеса из Вегаса танцевала в этот уик-энд. Прибыв в казино, они тут же рассредоточились и пошли к столам. Они не стали селиться в отель и отказались от перерыва на ужин. Они проработают здесь всю ночь и сразу уберутся ко всем чертям. Фишер назвал это хирургически точным ударом.
К двум часам ночи они подняли сто тысяч долларов. К четырем они приблизились к результату Земноводных, заработав больше двухсот тридцати тысяч в малиновых фишках, которые лежали в набитой сумке, висевшей у Тая на плече. В пять утра Кевин был КИ с банком более миллиона долларов в фишках, почти треть этого — чистая прибыль. В последней игре этой ночи у него было шесть «рук», по пять тысяч долларов каждая. Все это разложено на пустом столе. Фишер наблюдал за ним, стоя в десяти футах. После удвоения ставок и сплитов у Кевина было уже восемь «рук» по пять тысяч, и он их все выиграл. Он небрежно обернулся к Фишеру, чтобы подать знак, что пора закругляться, и увидел, как побледнел Фишер.