Бен Кейн – Орлы в буре (страница 133)

деревьях. Или Малловенд ошибся.

233

«Одним воином больше или меньше не имеет значения», — подумал

Тулл. Он одобрительно кивнул и отправил гонцов к другим колоннам, которые должны были остановиться, пока он и воин не поговорят с

центурионами. Не будет непродуманного плана: каждый будет знать свою

задачу, обеспечивая успех миссии.

Тулл стоял в кругу своих собратьев-центурионов. Рядом с ним стоял

воин с изможденным лицом, грубый набросок святилища марсов – лучшее

название для этого места – был нарисован на земле у его ног. Три каменных

алтаря возвышались в центре священной территории. Рядом стояло

несколько небольших деревянных хижин с палатками, навесами и

кострищами между ними. Учитывая, что орла не было видно, вполне

вероятно, сказал воин, что он будет в здании. Тулл согласился. Другие, временные постройки принадлежали страже и жрецу.

— Расскажи нам еще раз, где находятся воины, — приказал Тулл.

Воин ткнул палкой в место пересечения открытой местности и линии

деревьев. — Здесь тропа к поселению. Два воина. — Он ткнул в самое

большое кострище. — Пять здесь, готовят, сидят. Перед одной палаткой

двое, чистят оружие. У алтаря молится жрец.

— Ты говоришь, что поляна примерно сто шагов в поперечнике? —

спросил Тулл.

— Да.

Быстро и точно Тулл приказал четырем центуриям подойти с севера, запада и юга. Он приблизится с востока со своими подразделениями.

Сигналом к движению будет резкий звук его свистка. — Ни одна мразь не

должна сбежать. Ясно? — Его глаза рыскали по остальным, пока он не

убедился, что они поняли.

— Возвращайтесь к своим людям. Увидимся там, с орлом. — Понизив

голос, Тулл добавил: — Рим-победитель!

Яростные ответы его товарищей не могли полностью заглушить топот

ног другого разведчика хавков. Грудь тяжело вздымалась, с мокрым от пота

лицом, он остановился перед Туллом. — Кто-то в лесу!

Желудок Тулла сжался. — Объяснись!

— Шум в деревьях… на юге. Большая группа движется… к

священному месту.

— Малловенд, коварный пес. — Тулл взглянул на центурионов. —

Возвращайтесь солдатам. Отправляйтесь на поляну как можно быстрее.

Когда доберетесь, захватите и защитите орла любой ценой! ВПЕРЕД!

А потом он побежал за своими людьми.

Тулл чувствовал, как призрак Пизона парит над его плечами, когда он

бежал. Почему именно в этот момент он отдал командование Пизону?

234

Фенестела справился бы с ситуацией лучше – он бы предвидел, что

произойдет, и был бы готов к броску копья последнего мальчика. Это были

бессмысленные рассуждения, но Тулл не мог выбросить их из головы. «Я

дурак», — подумал он. «Старый дурак».

Если бы он мог видеть тень Пизона позади себя, она бы улыбалась. «Не

сумеешь вернуть орла, и ты навсегда опозоришь меня и моих павших

товарищей», — прошептал он ему на ухо. Ругаясь, Тулл оттолкнулся ногами

еще сильнее, пока изможденный воин снова не оказался в поле зрения.

Вьющиеся стебли ежевики скользили по лицу Тулла и цеплялись за гребень

его шлема. Шипы оставили на его щеке кровавые дорожки. Он не заметил.

Чего бы он только не отдал, чтобы стать на двадцать с лишним лет

моложе. Легионеры, бегущие позади, с легкостью поспевали за ним, их

доспехи и оружие казались наполовину легче снаряжения Тулла. Его

протестующие колени хрустели при каждом шаге; мышцы ног болели почти

так же сильно, как бедра; его шея и запястья тоже болели от веса его шлема и

щита. Призрак Пизона и горящий образ орла заставляли Тулла двигаться.

Позволяли ему не обращать внимания на тесную повязку вокруг его груди, старуху с иглой в икре и мучительную боль в раненом пальце ноги.

Не сводя глаз с неровной тропы, он столкнулся с худощавым воином.

Следующий за ним легионер правильно сделал, что не врезался в Тулла.

— Послушай, — сказал воин.

Тулл повиновался. Холодный страх щекотал его внутренности, когда

крики и вопли доносились из-за деревьев. Это была не латынь. — Кто они?

марсы?

— Не знаю.

— Сколько?