Бен Джонсон – Пьесы (страница 83)

Недаром мы владеем эликсиром! Еду себе велю я подавать В индийских раковинах и на блюдах Агатовых в оправе золотой, С узором из сапфиров, изумрудов, Рубинов... Языки сурков и карпов, Верблюжьи пятки в соусе жемчужном, Отваренные с золотою пылью, Диетою Апиция мне будут[82] Против падучей. Я бульоны эти Есть буду ложками из янтаря С отделкой из гранатов и брильянтов. Питанье грума моего составят Лосось, фазан, миноги, куропатки, Мне ж станут подавать взамен салатов Бородки усача; грибочки в масле Иль срезанные только что сосцы Заплывшей жиром супоросой свинки С изысканною острою приправой. Я повару скажу: «Вот деньги! Трать И получай сан рыцаря». Схожу-ка Взгляну, как поднялось там, сэр. Ступай. Рубашки шить велю я из тафты Нежнейшей, легкой, точно паутина; Что до других нарядов, то они Принудят персов вновь затеять войны, Как было встарь. А уж мои перчатки Из рыбьей и из птичьей кожи — чудо, Пропитанные воздухом Востока И райскою камедью. Как! Вы камень Добыть посредством этого хотите? Наоборот, добыть хочу я это Посредством камня. Но создатель камня, Я так слыхал, быть должен homo frugi,[83] Благочестивый, девственный, безгрешный И чистый. Доктор именно таков! А я всего лишь покупатель камня. Мне право на него дает мой риск. Безгрешен старец, добрая душа, Он издавна прославлен благочестьем; Протер коленки, туфли истоптал В молитвах и постах. Так пусть он, сэр, Тот камень сделает, но для меня. Вот он! Прошу без нечестивых слов; Они ведь для него страшнее яда. Отец, день добрый! Милый сын, привет И вам, и другу вашему. Кто он? Он еретик, и я его привел В надежде обратить. Боюсь, мой сын, Что жадность вас толкнула встать так рано И поспешить сюда чуть свет. Ужели Корыстолюбьем низким и порочным Вы одержимы? Берегитесь, сын мой: Мы спешкою безудержной себя Лишить небесной благодати можем. Жаль, если труд мой, длительный и тяжкий, Почти до совершенства доведенный, Итог долготерпенья моего,