Бен Джонсон – Пьесы (страница 23)

Тебя пленил кольцом он медным, что ли? Грошовой безделушкой с жабьим камнем?[20] Расшитой курткой? Колпаком дурацким Из марли с гроба? Иль пером обвисшим? Иль бородой торчком? Пускай придет он, Придет сюда — истерике твоей Помочь втираньем. Или погоди! Влезть на помост желаешь? Хочешь влезть? Ну что ж, влезай, ты в самом деле можешь, — Чтобы зевакам ноги показать! Возьмите лиру, леди Суета,[21] И шарлатану бойко помогайте!.. Но знай одно: коль стану рогоносцем, Приданое твое себе оставлю. Голландец я, запомни это, шлюха; А если бы я итальянцем был, Ты раньше бы от жизни отреклась, Чем вздумала отважиться на это; Дрожала бы от мысли, представляя, Что матери твоей, отца и брата, И всей родни кровавое убийство Моим бы оказалось правосудьем! Супруг мой! Можешь ли ты ждать другого, Чем то, что в бешенстве моем безмерном, Уколотый бесчестием своим, В тебя всажу я шпагу столько раз, Сколько в тебя метнули алчных взглядов? Ах, успокойтесь! Не могла я думать. Что появлением в окне сегодня Я вас расстрою больше, чем всегда. Вы разве не пытались сговориться С мерзавцем этим на глазах толпы? Актерским жестом бросили платок, Который он, поймав, поцеловал И, несомненно, мог вернуть с запиской, Назначив место встречи! Ваша мать, Сестра иль тетка помогли б свиданью. Но, милый, как возможно это сделать? Где я еще бываю, кроме церкви, К тому же редко?.. Еще реже будешь. Покажутся свободой все запреты В сравненье с тем, что предстоит. Запомни: Загорожу, во-первых, окна-сводни Забором; дальше, в двух саженях, мелом Провесть черту велю, и если ты Переступить ее посмеешь сдуру, То ты претерпишь ад и ужас худший, Чем тот, что терпит глупый заклинатель, Покинув круг, для дьявола запретный. Замок отныне на тебя повешу. И помещу тебя я на задворках. Там будешь ты гулять, и есть, и спать. Все — на задворках: там — твои забавы. Я должен так ломать твою природу Затем, что слишком ты доступна стала! Вдыхать не хочешь тонкими ноздрями Душистый воздух комнат, — нюхай вонь Смердящей потной черни... Там стучат! Прочь! Не входи сюда под страхом смерти! В окно не смей смотреть, а если взглянешь... Нет, погоди! Пусть пропадать мне, шлюха, Но я тебя разрежу на куски,