Белла Джуэл – Порабощенная океаном (страница 8)

― Что ты задумал? ― нетерпеливо спрашиваю я.

― Думаю, ты должна притвориться, что потеряла сознание, когда они вернутся. Они могут всполошиться и заберут тебя на палубу. Ты сможешь высмотреть выход, найти способ сбежать.

― Неплохая идея, ― говорю я, кивая, ― но они могут не спускаться сюда днями.

― Может быть, но если они хотят, чтобы ты была живой, они это сделают.

Я закрываю глаза, сосредоточившись на своем дыхании.

― Мы можем попытаться. Другого выбора нет.

Надеюсь, это сработает.

Больше у нас нет ничего.

~ * Глава 4 * ~

Я твой капитан, а ты ― моя, милашка. Серьезно, так и будет!

― Инди, ― отчаянно шепчет Эрик. ― Очнись!

Я сдвигаюсь со своего места на полу, хотя все тело ноет. Я быстро моргаю, чтобы сфокусировать свой взгляд на Эрике.

― Они спускаются!

Я пытаюсь переместить свое тело, но оно и впрямь одеревенело и болит. Я слышу тяжелый стук на палубе и звук отпирающейся двери отсека. Он прав, они спускаются. Сколько дней прошло? Я не знаю.

― Падай в обморок, Инди, ― шепчет Эрик. ― И не приходи в себя.

Я остаюсь в своем положении, пытаясь расслабиться, чтобы это выглядело по-настоящему. Нужно успокоить свое дыхание, чтобы тело выглядело менее напряженным. Слышу топот сапог, а затем в комнате заметно светлеет. Я могу различить это, хотя мои глаза закрыты.

― Пожалуйста, ― я слышу, как умоляет Эрик. ― Она не приходит в себя. Пожалуйста, помогите ей.

― Твою ж мать, я же сказал тебе давать ей воду, ― резко произносит Хендрикс.

― Я дал, кэп.

― Я, бл*дь, имел в виду дать достаточно, чтоб она вот так не помирала. Вы, ублюдки, хоть что-нибудь давали им в последние дни, как я говорил?

Тишина заполняет комнату.

Хендрикс хотел, чтобы они нас кормили? Он не пытался медленно убить нас? Моя грудь переполняется надеждой.

― Извини, кэп, я подумал… Я думал, что Джесс давала им и…

― Черт, идиоты криворукие!

Я слышу, как дверь камеры открывается, и через мгновение чувствую руки, оборачивающиеся вокруг моего тела и поднимающие меня. Я держу себя настолько неподвижной, насколько могу.

― Отнесу к Сэнни и Джесс, они должны осмотреть ее.

На корабле есть женщины? Мое сердце трепещет. Женщины могут означать надежду. Они могут мне помочь.

Хендрикс уносит меня, и я слышу, как он приказывает пирату дать воду и еду Эрику, и я благодарна за это. Больше всего на свете я хочу убедиться, что он в порядке. Когда мы поднимаемся и выходим в коридор, я открываю глаза, отчаянно пытаясь запомнить, что меня окружает. Некоторые двери открыты, и через одну из них я вижу окно. Окно ― это хорошо. Я вижу внутри столовую с ее длинными столами и стульями, расставленными как попало. Проходим небольшой камбуз (прим. помещение на судне, соответствующим образом оборудованное и предназначенное для приготовления пищи (кухня)), а там ножи… ножи могут быть полезны.

― Я знаю, что ты делаешь, ― внезапно говорит Хендрикс.

Я бросаю на него быстрый взгляд, чтобы увидеть, что он смотрит на меня. Дерьмо. Он застукал меня, обшаривающую взглядом его корабль. Поймал меня с поличным, притворяющуюся, якобы я без сознания. Боже, я такая дура. Я не одурачила его даже на минуту, ни на одну проклятую минутку. Как я думаю сбежать, если не могу заставить его даже на пять минут поверить, что я отключилась?

― Не могу винить себя за попытку, ― хриплю я.

― Что планировали делать? ― ухмыляется он. ― Взять верх благодаря своей впечатляющей силе, а затем бежать, вооружившись ножом, и прыгнуть за борт?

Ладно, теперь, когда он так говорит, я чувствую себя глупо. Я хмурюсь и отворачиваюсь от него.

― Это не сработало бы по нескольким причинам, но главное ― мы посреди океана, далеко от цивилизации. Да вы за день окочурились бы.

Мудак.

― Может, я и погибла бы за бортом. Но это все-таки лучше, чем просто сидеть здесь и ждать, пока ты не продашь меня как секс-рабыню, ― огрызаюсь я.

Внезапно он ставит меня на ноги. Мои колени подгибаются, и я не сваливаюсь на пол только благодаря его жесткой хватке вокруг моей руки, до такой степени я слаба. Он начинает тащить меня, его шаги сердитые и решительные. Он ведет меня по коридору и вверх по лестнице на палубу.

Вечереет, но солнце только начинает опускаться к горизонту. Я прищуриваюсь, хотя солнце в небе невысоко. Но я несколько дней провела в темной камере, и свет режет глаза. Хендрикс тянет меня к фальшборту (прим. ограждение по краям наружной палубы корабля) и прижимает к нему, надавливая рукой сзади мне на шею, чтобы мое лицо оказалось за бортом.

Какого черта?

― Что ты делаешь? ― кричу я, отталкиваясь изо всех сил, насколько позволяет мое ослабевшее тело.

― Смотри, ― рычит он, а затем поворачивает голову. ― Дрейк, сходи и брось какую-нибудь приманку!

Проходит минута, а затем толстый кусок мяса бросают через борт корабля. Он падает в воду с небольшим всплеском. Хендрикс удерживает свою лапищу у меня на затылке, и моя грудь начинает сжиматься. Вот тогда я замечаю их. Мое зрение размывается, а нижняя губа дрожит. По крайней мере, шесть здоровенных акул поднимаются к поверхности воды. Одна из них выпрыгивает из воды, хватая кусок мяса, словно это была не более чем закуска на зубок. Я начинаю плакать. Я трясусь всем телом, и паника захлестывает меня. Даже если я найду способ сбежать, эти акулы смертельны. Так что, я никогда не уберусь отсюда.

― Ты видишь это? ― едко говорит Хендрикс. ― Ты, нахрен, понимаешь, что это такое? Вот, что находится в воде, вот, что происходит, если попытаться прыгнуть за борт.

― Я… я поняла, ― рыдаю я.

Он толкает мою голову еще дальше вниз, и я кричу.

― Ты хочешь быть приманкой для акул?

― Нет, ― кричу я, извиваясь.

― Хочешь, чтобы они не торопясь разрывали тебя на куски?

― Черт возьми, нет!

Он откидывает меня назад, и мое тело врезается в его грудь. Мои колени снова подгибаются, и он позволяет мне упасть. Я падаю на палубу. Мои руки разъезжаются на влажной древесине, и я сипло дышу. Я обессилена. Для меня нет выхода. Как можно сбежать отсюда? Океан внезапно превратился в смертельно опасное место, наполненное гораздо большей угрозой, чем я могла себе представить.

― Вот мое предложение тебе ― перестань пробовать сбежать. С этого корабля нет выхода, девочка. Только через твой труп.

Я дрожу. Я неверно поступаю. Я пытаюсь убежать сейчас, когда на самом деле, лучшая для меня возможность ― это когда он попытается заключить сделку. Я думаю, что кому бы он ни продал меня, это будет на суше, так что у меня будет какой-нибудь подходящий момент. Если я умру, у меня не будет вообще никакого шанса.

Хендрикс, возможно, и напугал меня, но я не собираюсь сдаваться.

Еще нет.

~ * ~ * ~ * ~

После эпизода с акулами Хендрикс позволяет мне несколько мгновений посидеть на палубе, пока он разговаривает с кучкой пиратов на углу. Он увлекся разговором, поэтому я решаю рискнуть. Он полностью уверен, что напугал меня настолько, что я не попытаюсь придумать что-нибудь еще. Мои мысли возвращаются к ножам на кухне, черт возьми, там, вероятно, есть даже пистолет или два. Надо застать их врасплох. Я должна быть осмотрительна, но я могла бы забрать Эрика и попасть в маленькую лодку в задней части корабля. Та маленькая лодка, которую Хендрикс не знает, что я видела, пока сидела здесь, оправляясь от шока. Она правда там, прямо за спиной, едва заметная. Я медленно встаю и очень осторожно на цыпочках иду вперед к двери, ведущей на второй уровень.

Я задерживаю дыхание на каждом шагу, потому что уверена, что прежде чем доберусь до последней ступеньки, к моей голове прижмется пистолет. Я добираюсь до конца лестницы и медленно поворачиваюсь. Он не заметил. Тут же я набираю скорость, двигаясь по коридору так быстро, как только могу. Я добираюсь до первой каюты и вбегаю в нее. Я не обращаю особого внимания на безвкусные деревянные стены в крошечной комнате или на односпальную кровать в углу, которая выглядит так, будто видывала лучшие дни. Я иду прямо к тумбочкам рядом с ней и открываю их. Ну же, здесь где-то должно быть оружие. Не найдя ничего в этой каюте, бегу на камбуз. Я слышу голоса и знаю, что это полный аут. Мое сердце начинает отчаянно колотиться. У меня есть минуты, если повезет. Мои глаза шарят вокруг, и я бегу в следующую открытую комнату.

Я иду мимо односпальных кроватей, здесь их две, и прямо к тумбочкам. Рывком открываю их и отчаянно начинаю перетряхивать. Давай же. Давай. Ничего не найдя, я выпрямляюсь и разворачиваюсь кругом, только чтобы врезаться в крупную дряблую грудь. Я напрягаюсь всем телом и поднимаю лицо, чтобы увидеть старого отвратительного пирата, ухмыляющегося мне. У него редеющие седые волосы, желтые зубы и холодные голубые глаза. Он пугает. Моя кровь холодеет. На его лице нет ничего, что сказало бы, что он хочет причинить мне боль. Нет, его лицо выражает только похоть.

― Ну-ка, ну-ка, я слышал, что на корабле красивая девушка. Что это ты делаешь, роешься в моих вещах, крошка?

Я качаю головой, отступая назад.

― Я… я просто…

― Знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как у меня была женщина? ― усмехается он, показывая мне гниющие зубы.

О нет.

О чем я думала, пытаясь бегать по этому кораблю? Я делаю еще один шаг назад, но он набрасывается и хватает меня. Я пытаюсь извиваться и бороться, но мое тело настолько слабо. Он юлой разворачивает меня, одной рукой придавив меня поперек груди. А потом прижимает нож к моему горлу. О нет, пожалуйста, Боже, нет. Не позволяй этому случиться. Нет.