Бекки Чейз – Влюбись, если осмелишься! (страница 18)

Мой крик утонул в грохоте взрыва.

В реальности он не был похож на трюки в кино, когда все разносится в пыль и к небу поднимается стена огня и черного дыма. В воздух взметнулись столбы воды вперемешку с деревянными обломками. Взрывной волной нас отбросило к берегу. Падая, я до крови ободрала ноги, но даже не почувствовала боли, не сводя взгляда с яхты. Ее надводная часть медленно просела и стала заваливаться на бок вслед за накренившейся мачтой. Взгляду открылись пробоины в дне.

В ушах гудело. Я машинально протянула руку Сатиру, помогавшему мне подняться. Он попытался увести меня с пирса, но я не двигалась. Глаза застилали слезы. Я не успела спасти всех.

– Они не выбрались, – отрешенно прошептала я.

9

Дорога петляла, то ныряя в заросли деревьев вдоль узких обочин, то выводя на открытые участки с редкими кустарниками. Среди пальм мелькали яркие коттеджи в окружении лужаек с высокой травой. На серпантине Священник резко притормаживал, заставляя наш поцарапанный пикап со скрипом вписываться в поворот. Мопеды в кузове подскакивали с лязгающим стуком. Сатир сидел рядом со Священником и не переставая говорил по телефону, обсуждая восстановление пропавших при взрыве паспортов. Периодически он оборачивался ко мне, чтобы проверить, изменилось ли что-нибудь с момента, когда мы выехали из города. Прошло больше часа, но я по-прежнему сидела, обхватив колени ладонями и молча глядя в окно.

Перед глазами стояла картина, от которой в груди все сжималось: медленно переворачивающаяся яхта. Падая, она не задела пришвартованные рядом катера, поэтому никто не пострадал. Почти никто. Вокруг начали собираться встревоженные зрители, некоторые снимали происходящее на камеры телефонов. Сатиру еле удалось увести меня с пирса. Он успел это сделать до приезда полиции, но я упрямо рвалась в участок, чтобы дать показания.

– Что еще ты узнала? – настойчиво спрашивал Сатир.

Разговаривать со мной было бесполезно – я билась в истерике. Силой запихнув меня в подъехавший пикап, Сатир уселся рядом. Выйти я не успела – Священник нажал педаль газа. Я долго возмущалась, но потом затихла, понимая, что мои показания не вернут к жизни Селину и Джейсона.

Мы въехали в жилой район – дорогу теперь пересекало множество улиц. Пешеходов на них было гораздо меньше, чем в центре Манилы, как и автомобилей – мы ни разу не встали в пробку. Улицы были чище, запахи приятнее, и лишь люди все так же улыбчивы. Свернув в один из переулков, пикап остановился возле двухэтажного коттеджа.

– Где это мы?

Услышав мой первый вопрос спустя полтора часа молчания, Сатир даже не сострил:

– В Антиполо.

Входная дверь коттеджа распахнулась. Из-за нее выглянул Англичанин и кивком позвал всех внутрь. Шагнув через порог, я споткнулась о шланг и чуть не упала на лежавшие рядом желтые баллоны. Выругавшись, я отодвинула их ногой. Шланг потянулся следом, оказавшись частью акваланга. Я уже собиралась высказать все, что думаю об аккуратности Англичанина, не выбирая выражений, но не успела – в проходе, ведущем в глубину коттеджа, появился… Джейсон!

– За вами следили? – привычно равнодушно уточнил он.

– Так вы… – ошеломленно прошептала я, переводя взгляд с его лица на лежавшие на полу баллоны. – Смогли?

Вслед за Джейсоном в коридор вышла Селина. Увидев их живыми, я расплакалась.

– Мы покружили по городу для отвода глаз. – Сатир не выглядел удивленным. – Но хвоста не было.

Неужели он знал?

– Мог и предупредить! – Я ткнула его кулаком в бок.

Сатир рефлекторно перехватил мою руку, сжимая запястье. Я вскрикнула от боли – он сдавил место ушиба.

– Прости. – Сатир отдернул руку, словно обжегшись.

– Англичанин, у тебя есть перекись? – Селина нахмурилась, увидев мои ссадины. – Тейлор, идем, нужно обработать раны.

Я позволила себя увести.

Спальня напоминала склад старой мебели: широкая кровать с продавленным матрасом занимала половину комнаты, в оставшейся части стояли шкаф и заваленная одеждой кушетка, а в углу приткнулось кресло с полинявшей обивкой. Селина усадила меня на кровать, предварительно расстелив на ней чистое полотенце. Англичанин принес аптечку.

– Почему ты осталась? – робко поинтересовалась я, пока Селина осторожно промакивала мои ссадины ватным тампоном. – Знала про акваланг?

– Нет. – Она покачала головой и достала из аптечки пластырь. – Я просто… не хотела уходить без Джейсона.

– А если бы… – я запнулась, подбирая слова. – Если бы он не смог выбраться?

Ответа не последовало – Селина молча заклеивала ссадины. Интересно, жертвенность в крови всех русских женщин?

– Спасибо, – улыбнулась я, когда она закончила.

– Тебе спасибо. – Взгляд Селины был серьезен, как и ее голос. – Ты не была обязана нам помогать. Но сделала это. Каждый из нас в долгу перед тобой.

Я хотела отшутиться, но весь настрой сбил появившийся в спальне Джейсон.

– Что еще ты услышала? – В отличие от Селины, он не тратил время на благодарности.

Неделю назад мне бы и в голову не пришло торговаться. Но сейчас я не боялась ни одного из них. И могла диктовать условия.

– Сначала объясните, что здесь происходит. – Я с вызовом посмотрела на Джейсона. – Я устала гадать, что с вами связывает моего отца.

– Это ты спросишь у него.

– Неужели? И когда? – недоверчиво усмехнулась я.

– Завтра вечером. – Джейсон развернулся и скрылся в коридоре.

Отец снова летит на Филиппины? Этого еще не хватало! Одно дело – трусливо вернуться в Нью-Йорк, ни с кем не встречаясь, и совсем другое – унизить себя признанием, что я принимаю условия. Я чертыхнулась, затем снова. Настроение было испорчено вконец.

До ночи я слонялась по дому. Стены давили – мне словно не хватало воздуха. В маленьком коттедже было слишком много народа. Обе комнаты на втором этаже заняли мужчины. Джейсон не выпускал из рук планшет, активно переписываясь, Англичанин не отрывался от ноутбука. Сатир то и дело с кем-то созванивался – обсуждал вопрос о компенсации стоимости яхты хозяину, распускал команду, уточнял данные для перевода денег. Я спустилась вниз и некоторое время наблюдала за Селиной, готовившей ужин. Судя по количеству сковородок на плите, затевалось что-то грандиозное. На кухне была и микроволновка, а в холодильнике лежали упаковки полуфабрикатов, но Селине явно хотелось чем-то себя занять. Покрутившись возле нее, я вышла в прихожую. За спиной мрачной тенью вырос Сатир.

– Куда это ты собралась?

Демонстративно молча я вернулась на кухню, но не высидела там и четверть часа. Заглянув в единственную пустующую спальню, я устроилась в кресле и полистала журнал. Стало еще тоскливее. От нечего делать я прошлась по комнате и машинально открыла шкаф. Внутри, как и снаружи, царил бардак. Не найдя ничего интересного, я уже собиралась закрыть дверцу, как вдруг заметила край водонепроницаемого чехла. Среди сваленной в кучу одежды он смотрелся не к месту. Одежда под ним оказалась влажной – его явно убрали в шкаф мокрым. Приоткрыв чехол, я увидела ноутбук и несколько жестких дисков.

Вот зачем Джейсон вернулся в каюту! Он спасал данные. Не удержавшись от искушения, я осторожно дотронулась до пластикового корпуса одного из жестких дисков. Что же такого ценного он содержит, если ради его спасения Джейсон не побоялся рискнуть собственной жизнью?

– Не советую.

От зловещего шепота за спиной я нервно отдернула руку и обернулась. Сатир следил за мной, прислонившись плечом к дверному косяку.

– Не советуешь чего? Дышать?

Меня снова накрыла волна досады.

– Тейлор, без шуток. – В его голосе звучали знакомые предупреждающие нотки.

Я недовольно фыркнула. Каждый норовил меня предостеречь, но не вдавался в подробности от чего именно.

– Ложись спать. – Сатир подошел ближе. – И никуда не суйся.

Вот и поговорили! Меня трясло от бессилия. Каждая минута приближала приезд отца. Сделав вид, что уступаю, я прилегла на кровать, надеясь, что Сатир отстанет. Закрыв дверцу шкафа, он вышел. Когда шаги стихли на лестнице, я осторожно откинула одеяло и прокралась в прихожую. Ключи от пикапа лежали там, где их оставил Священник – на полке у входа. Подцепив связку кончиками пальцев, я едва слышно повернула ручку двери.

Улица была пустынна. Исчезли проезжающие мимо автомобили и редкие прохожие. Сонную тишину нарушало лишь позвякивание ключей в такт шагам. В соседних домах погасили свет, и только окна нашего коттеджа яркими квадратами прорезали темноту ночи. Открыв пикап, я забралась на заднее сиденье. Уехать все равно не успею – стоит завести мотор, и на звук сбегутся как минимум четверо – так хоть спокойно посижу, зная, что за мной никто не следит. Едва я притянула колени к груди, дверь распахнулась.

– Немедленно вернись в дом! – Разъяренный Сатир заглянул в салон и попытался меня вытащить.

– Отстань! – отбивалась я.

Один раз мне даже удалось его лягнуть. Сатира это разозлило еще сильнее. Он грубо схватил меня за щиколотку и потянул к себе.

– Нет! – визжала я, брыкаясь и цепляясь за сиденья.

Мне удалось вырваться, но силы были неравны, и рано или поздно я все равно оказалась бы в коттедже. На мое счастье, вдалеке показался прыгающий на ухабах свет фары – приближался чей-то скутер. Сатир нырнул в пикап и закрыл дверь, чтобы не привлекать внимание. Я поджала ноги и капризно заявила:

– Я буду спать здесь.