Бекки Чамберс – Долгий путь к маленькой сердитой планете (страница 60)

– Что-то не так?

Пальцы Сиссикс проворно бегали по навигационной панели.

– Нет, все в порядке, а что?

– Ну, ты пилотируешь в ручном режиме. Если это происходит на столь значительном удалении от орбиты, как правило, это говорит о каких-то неприятностях.

Метеориты. Газовые облака. Мусор. Другие корабли. Астероиды. Опять астероиды. Им нет счета.

– Я лечу домой, – сказала Сиссикс. – И мне хочется заниматься этим самой.

– Почему? – спросила Розмари, подсаживаясь к ней.

– Когда аандриски впервые отправились в космос, они использовали эти ужасные капсулы с солнечными парусами. Очень хлипкие, в ней помещался только один аандриск. Совсем не подходит для тех, кто страдает клаустрофобией.

– Наши корабли были такими же. Без парусов, но тем не менее. Крошечными.

Розмари поежилась.

– Однако вам, ребята, сильно повезло. Вокруг вашей планеты не плавает ничего кроме того, что вы сами туда поместили. Ваши корабли могли кружить по орбите хоть до бесконечности. Безмятежные полеты. Но у нашего спутника есть свои спутники, и он вращается вокруг планеты, окруженной кольцами. Полет требует очень тонкого маневрирования, особенно если речь идет о маленькой консервной банке с тоненькими парусами. Все это было еще до того, как мы узнали, что такое антигравитация, поэтому мы просто плавали в космосе, надеясь когда-нибудь снова ощутить под ногами землю. Тот, кто говорил, что побывал там и благополучно вернулся домой, становился героем. Это означало, что он сильный и ловкий и очень усердно трудился.

– Ага, – догадалась Розмари. – То есть это было делом чести.

– Пожалуй, – согласилась Сиссикс. Помолчав, она добавила: – Да. В хорошем смысле.

Включился вокс.

– Сиссикс, – сказала Киззи. Ее голос прозвучал как-то робко. – Ты ведь знаешь, что я тебя люблю, да?

– Что ты натворила? – вздохнула Сиссикс.

– Как сильно ты обидишься, если мы с Дженксом завтра не придем к твоим родным на ужин?

– Очень сильно и навечно, – сказала Сиссикс тоном, говорившим об обратном.

– Ну… ой, теперь мне стало совсем стыдно…

Из вокса донесся шорох. Заговорил Дженкс:

– Сиссикс, мы только что обнаружили, что у «Ванной стратегии» галактическое турне, и сегодня вечером они выступают на большом концертном поле на Реските.

– На «Аксиске»? – уважительно спросила Сиссикс. – Ребята, я смертельно обижусь на вас, если вы не пойдете на концерт!

– Точно? – сказала Киззи. – Потому что на самом деле мы могли бы и…

– Киззи! – решительно остановила ее Сиссикс. – Идите на концерт!

– Ты лучшая из лучших!

Вокс отключился.

– Если хочешь, можешь пойти с ними, – сказала Сиссикс, обращаясь к Розмари. – «Аксиск» – потрясающее место.

– На самом деле я не очень-то люблю популярную музыку, – заметила Розмари. – К тому же мне хочется поужинать вместе с твоими родственниками. Я с нетерпением жду возможности увидеть своими глазами, откуда ты родом.

– Что ж, это совсем не так увлекательно, как концерт «Ванной стратегии», но по крайней мере ты сделаешь мне приятно. – Пальцы Сиссикс забегали по панели управления. Корабль заложил вираж влево. – Ты еще никогда не бывала в родном мире аандрисков, так?

– Да. – Розмари смущенно кашлянула. – И… э… если ты ничего не имеешь против, мне не мешало бы освежить свои знания.

Сиссикс рассмеялась.

– Люди такие странные. – Перехватив взгляд Розмари, она усмехнулась. – Не бери в голову, ты все равно этого никогда не поймешь. Итак, слушай. – Оторвав одну руку от панели управления, Сиссикс принялась загибать когти. – Семья гнезда, семья пера, семья дома. Расскажи мне, что ты знаешь.

Розмари откинулась на спинку кресла.

– Аандриск рождается в семье гнезда.

– Правильно.

– Затем он вырастает и уходит в семью пера.

– Тут мы остановимся. Ты уходишь не тогда, когда у тебя появляются перья. Ты уходишь тогда, когда находишь хорошую семью пера или встречаешь других взрослых, с которыми можно создать семью пера.

– Семья пера – это ведь друзья и возлюбленные, прави-льно?

– Правильно. Те, от кого ты эмоционально зависишь.

– Но семьи пера часто меняются, верно?

– Необязательно часто. Наверное, часто по вашим меркам. Аандриск меняет семью пера тогда, когда ему это нужно, а в разные периоды жизни нам требуются разные вещи. Это практически что-то неслыханное – чтобы аандриск всю свою жизнь оставался с одними и теми же сородичами. Быть может, иногда двое-трое, но только не целая группа. Группы регулярно меняются.

– Итак, семья пера состоит, как правило, из аандрисков одного возраста?

– О, вовсе не обязательно. Первое время молодые аандриски склонны держаться вместе, но как только они набираются опыта и приобретают уверенность в себе, они расходятся. В отличие от большинства прочих разумных видов мы практически не обращаем внимания на разницу в возрасте. Если у тебя есть оперение – замечательно. А молодежь набирается опыта, общаясь с теми, кто старше. В своей второй семье пера я была значительно младше всех остальных, и… – Сиссикс весело фыркнула, устремив взор куда-то вдаль. – Да, я много чему научилась.

– Ты… – Розмари поймала себя на том, что густо покраснела. – Правда, что в семье пера все… э… ну, понимаешь…

– Все совокупляются друг с другом? В какой-то степени да, но это совсем не то, что ты думаешь. По крайней мере один раз – это практически точно. Однако далеко не у всех членов семьи пера есть романтические чувства ко всем остальным членам. На самом деле речь идет о целом сплетении различных чувств. Так что да, происходит много совокуплений – особенно по праздникам; праздник без тетта – это что-то неслыханное.

Розмари уже выучила это слово. Буквально оно переводилось как «веселье», однако использование в разговорной речи подразумевало нечто гораздо более непристойное.

– Но многие члены испытывают друг к другу платонические чувства, – продолжала Сиссикс. – Да, они прикасаются друг к другу гораздо чаще, чем люди, и все-таки это не совокупление. Или, опять же, иногда это может закончиться именно этим. Мы склонны относиться к совокуплению так же, как… гм, как бы получше выразиться? Нашла. Так же, как вы относитесь к хорошей еде. Это нечто такое, что все всегда ждут с нетерпением, что всем необходимо и доставляет удовольствие. На низменном уровне это уютно. На возвышенном уровне это нечто исключительное. И, подобно еде, этим можно заниматься на людях, с друзьями и совершенно незнакомыми людьми. Но даже так лучше всего делить это с тем, к кому испытываешь романтические чувства.

– Понимаю, – кивнула Розмари. – Итак, затем семья дома. В семье дома воспитываются дети. Но не свои собственные, правильно?

– Совершенно верно, – продолжала Сиссикс. – Мы становимся способны к размножению, как только голова полностью покрывается перьями, однако о том, чтобы воспитывать детей, мы начинаем думать только в зрелом возрасте. Вот когда мы начинаем создавать семьи дома. Как правило, такая семья состоит из старших членов семьи пера, которые решили обосноваться вместе. Иногда эти аандриски связываются со своими знакомыми из прежних семей пера, узнаю́т у них, не хотят ли те к ним присоединиться. И пойми правильно, в семьях дома также время от времени меняются члены. Пусть они становятся старыми, но они по-прежнему остаются аандрисками. – Она рассмеялась.

– Значит, молодые аандриски отдают свои яйца семье дома.

– Точно.

– Они ищут такую семью дома, в которой есть какой-либо их родственник?

– Очень хорошо, если такое бывает, но обыкновенно аандриска выбирает ту семью дома, которая ей удобнее. Когда у самки приходит время кладки яиц – мы называем это «каас», – она обращается в местное регистрационное отделение и находит хорошую семью дома, имеющую возможность принять новых малышей.

– А что, если ей не удастся найти, куда пристроить своих детей?

– Тогда она закапывает яйца. Помни, большинство детенышей из выводка все равно погибнут. Многие даже не вылупятся. И не потому, что они слабые. Просто обычно все обстоит именно так. О звезды, я даже не могу себе представить, сколько бы нас было, если бы из каждого яйца вылуплялся детеныш! – Сиссикс поежилась. – Слишком много!

Розмари задумалась над ее словами.

– Надеюсь, ты не сочтешь мой вопрос глупым, но почему семьи пера сами не воспитывают свое потомство? Разве никто не может им в этом помочь?

– Ну, тут дело не в возможностях и поддержке. Все определяется тем, на каком жизненном этапе ты находишься. На ранней стадии зрелости от аандриска ждут, что он хочет путешествовать или учиться, поэтому принимается как должное то, что мы с годами часто меняем свои семьи. Пожилые ведут более оседлый образ жизни. Более стабильный. И, что самое важное, у них есть жизненный опыт. Есть мудрость. Они знают, что к чему. – Сиссикс усмехнулась. – Я никогда не пойму, как вы можете надеяться на то, что те, кто только-только стал взрослым, могут учить своих детей быть людьми.

– Это… ну хорошо, согласна. – Розмари закрыла глаза, стараясь собраться с мыслями. – Итак, семья дома становится для этих яиц семьей гнезда.

– Правильно. И, как правило, семья дома воспитывает два поколения малышей. Взрослые первого поколения обыкновенно приносят свои яйца в ту самую семью, которая воспитала их самих. Я сама поступила именно так.

– Подожди! – встрепенулась Розмари. – У тебя есть дети?