18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Бекки Чамберс – Долгий путь к маленькой сердитой планете (страница 51)

18

Веснушчатые щеки Розмари побледнели. Доктор Шеф отметил, как у нее дернулся кадык.

– Розмари, в твоих силах – и это относится ко всем нам – трудиться над тем, чтобы сделать что-нибудь хорошее. Это выбор, который любому разумному существу приходится делать каждый день своей жизни. Вселенная такая, какой ее делаем мы. И тебе решать, какую роль ты будешь играть. Ну а я вижу в тебе женщину, четко представляющую себе, чем она хочет быть.

– Обычно я просыпаюсь утром и гадаю, чем я занимаюсь, черт возьми, – грустно усмехнулась Розмари.

Доктор Шеф раздул щеки.

– Я имею в виду не конкретные практические детали. Этого никто не знает. Я говорю о существенном. О том, что в свое время должен был сделать и я.

Он издал кудахчущий звук. Доктор Шеф понимал, что девушка его не поймет, но все получилось само собой. Такой звук издает мать, глядя на своего ребенка, который учится ходить.

– Ты стараешься быть хорошей.

Кедрий

День 335-й, стандартный год ГС 306

Киззи засиделась допоздна, как обычно. Так продолжалось с тех пор, когда она была еще маленькой. В детстве один из папаш рассказывал ей на ночь сказку, целовал и клал к ней в кроватку Тамби, ее любимую плюшевую лягушку. Через считаные мгновения, после того как гас свет, у Киззи начинали дергаться ноги, следом за ними ягодицы, и вскоре сама мысль о том, чтобы лежать неподвижно и спать, казалась сверхнесправедливой. Время от времени папа заходил в спальню, отрывал девочку от кубиков и снова укладывал в кроватку, и родительский голос начинал терять терпение. Наконец бабушка возвращалась домой после вечерней смены на водонапорной станции. «Киззи, милая, пожалуйста, спи! – говорила она. – Завтра утром твои кубики будут на месте, обещаю!» Конечно, это было правдой, но бабушка не понимала главного. Хотя в физическом плане кубики действительно оставались там, где лежали, в голове у Киззи постоянно возникали новые конфигурации, которые она еще не пробовала. И если она не построит их сейчас, до того как заснет, они начисто забудутся утром, когда ее внимание будет отвлечено мыслью о блинчиках.

Повзрослев, Киззи нашла способ более действенно использовать роящиеся у нее в голове чертежи. Она держала рядом с кроватью скриб, чтобы можно было зафиксировать в нем наброски и замечания, не выбираясь из-под теплого, уютного одеяла. Но даже так незаконченные проекты заставляли ее засиживаться допоздна. Неизменно все начиналось с «одной последней платы», что неизменно превращалось в «уверена, я это сделаю» и далее в «осталось несколько последних штрихов», и тут вдруг бам! – пора вставать на завтрак.

Однако после всей этой истории с акараками вот уже несколько десятидневок Киззи не ложилась спать по другой причине. В голове у нее всегда копошились идеи, но последнее время она из кожи лезла вон, чтобы хоть чем-нибудь занять себя и после того, как они были реализованы. Вот сегодня, например, Киззи протирала интерфейсные разъемы вспомогательной энергетической сети. Работа эта не была срочной. Ее вообще можно было не делать. Но это было хоть что-то.

Доктор Шеф дал Киззи капли для борьбы с бессонницей, но они ей не понравились. Утром после них у нее в голове стоял какой-то туман; к тому же ей просто было неприятно зависеть от каких-то там лекарств. Нет, несмотря на тупую усталую боль в висках, Киззи была полна решимости справиться с этим самостоятельно. Она как-нибудь придумает способ лежать в кровати, не возвращаясь мысленно в грузовой отсек, к направленному ей в лицо оружию и окровавленному Эшби у нее на руках. С тех пор не было еще ни одной ночи, чтобы Киззи не ворочалась беспокойно на койке, со страхом представляя себе, как еще один корабль подкрадывается к «Страннику», пока она спит. Она представляла себе, как акараки врываются к ней в каюту, пронзительно крича и потрясая оружием. Представляла себе, как просыпается и видит перед глазами дуло импульсной винтовки или как вообще не просыпается. У нее в ушах стоял скрежет выламываемого люка грузового отсека. У нее перед глазами стояла тонкая алая струйка, вытекающая у Эшби изо рта после того, как акарак оглушил его прикладом винтовки. Когда-нибудь она найдет способ избавиться от всех этих воспоминаний. Ну а пока у нее оставалось еще достаточно интерфейсных разъемов, которые нужно было протереть.

– Привет, Киззи, – послышался из вокса голос Лови. – Извини за то, что тревожу, но ты единственная не спишь.

– В чем дело, моя прелесть?

– К нам приближается корабль, он в часе пути.

Тряпочка выпала у Киззи из рук. О звезды! Акараки вернулись! Они описали круг и вернулись. Ну уж нет, долбаные ублюдки, на этот раз у вас ничего не получится! Она спрячется в стеновой панели, запрется изнутри, и никто ее не найдет. Она будет ползать внутри стен подобно мышке, заставляя срабатывать систему сигнализации, пока последний костлявый мерзавец не отправится на тот свет. Если для этого потребуется несколько десятидневок – замечательно. Она будет просто время от времени наведываться на кухню за съестными припасами. Она сможет жить внутри стен. Это ведь ее корабль, и… твою мать, кого она хочет обмануть? У нее ровным счетом ничего не получится. Можно считать, они трупы, все до одного. Ну почему Эшби не прикупил на Сверчке несколько ружей? Тупой исходник, даже всего одного ружья хватило бы…

– Корабль подает нам сигнал, – продолжала Лови. – Единый для ГС сигнал бедствия.

Киззи шумно выдохнула. Она устыдилась того, что испытала облегчение, узнав, что кто-то другой попал в беду, но… ну да ладно. Киззи установила свой скриб на катушку с проводом.

– Переключи их на мой видеоканал.

Экран скриба ожил. С него на Киззи смотрела самкааэлуонка. Как и все представители своего вида, она была просто великолепна. Серебристая кожа, изящная шея, мягкие глаза и все прочее. Киззи вдруг стало стыдно за свой грязный комбинезон, за беспорядок на столе, за… проклятие, за крошки – у нее на рубашке были крошки, в волосах торчала пиксельная ручка, и… и что тут такого. Несомненно, аэлуонке уже приходилось видеть техника-человека. Она не станет осуждать Киззи за то, что та принадлежит к грязной профессии – и к уродливому виду.

– Привет, – сказала Киззи, стряхивая с себя крошки. – Я Киззи Сяо. Что у вас стряслось?

Только тут она обратила внимание на то, что было надето на аэлуонке. На первый взгляд эту даму можно было принять просто за модницу, но Киззи достаточно играла в боевые симуляторы и сразу же узнала бронежилет – не громоздкий, как у людей, но такой, который соответствовал остальному наряду. Аэлуонка сидела, но от Киззи не укрылась рукоятка энергетического пистолета у нее на ремне. И еще этот браслет у нее на руке – разве это не личный генератор защитного поля? Судя по виду, новый. Эта дама была настроена серьезно. Очень серьезно. Она была не просто в защитном снаряжении. Это снаряжение красноречиво говорило: «делай дело, потому что я здесь главная». Киззи пожалела о том, что рядом нет Дженкса.

Аэлуонка улыбнулась (по крайней мере ее лицо изобразило что-то похожее на улыбку).

– Здравствуйте, Киззи. Я капитан Гайпеи Тым Сери. Я хотела бы поговорить с вашим капитаном. Это возможно?

– Он спит, но если хотите, я могу его разбудить…

– Нет, нет, – остановила ее аэлуонка. – Не надо его беспокоить. У вас есть полномочия разрешить незапланированную стыковку?

Полномочия разрешить незапланированную стыковку. О звезды, эта дама настроена по-деловому.

– Э… да, наверное, – сказала Киззи.

Она сомневалась, что на борту «Странника» когда-либо обсуждалась такая вещь, как «незапланированная стыковка». Если это дружеский корабль и ему нужна помощь, ему надо помочь. Все так просто.

Аэлуонка кивнула. Этот жест получился у нее естественно. Очевидно, она знала, как разговаривать с людьми.

– У нас повреждены системы жизнеобеспечения. Судя по всему, в последний доставленный груз была заложена мина с часовым механизмом. Она взорвалась, когда мы находились в открытом космосе.

– Ого! Твою мать! У вас все в порядке?

– Мы провели ремонтные работы, и вот уже трое суток положение остается стабильным. Но мы держим путь в аэлуонское пространство, и я не уверена, что наши временные меры помогут нам продержаться так долго. На самом деле нам необходимо полностью заглушить ядро и дать ремонтоботам выполнить свою работу.

– И вам нужно место, чтобы переждать какое-то время. Не беспокойтесь, воздуха у нас достаточно. Подождите, а что, техника у вас нет?

Щеки аэлуонки, потемнев, стали зеленовато-серыми.

– Во время последней остановки у нас случились кое-какие неприятности. Наш техник… – Она шумно вздохнула. – Он погиб. А у меня… а у меня пока что не было возможности найти ему замену.

– О звезды! Извините.

Отлично! Чем, черт побери, занимается эта дамочка, если это связано с минами замедленного действия и «неприятностями», которые приводят к гибели техников?

Аэлуонка не стала объяснять подробнее.

– Одним словом, если бы мы могли перейти на борт вашего корабля, только на то время, пока ремонтоботы будут делать свое дело…

– А почему бы вам не доверить это нам? Я на нашем корабле техник-механик, а наш компьютерный техник разбирается в системах жизнеобеспечения. Мы справимся с работой значительно лучше ремонтоботов, и, конечно, это зависит от характера повреждений, возможно, вам не придется полностью отключать систему.