Бекки Чамберс – Долгий путь к маленькой сердитой планете (страница 43)

– А вы, должно быть, Сиссикс, – продолжал Медведь, протягивая руку, чтобы пожать Сиссикс когти. – Рад с вами познакомиться.

Он задержал ее руку чуть дольше необходимого, разглядывая Сиссикс с головы до ног, после чего тряхнул головой, словно пробуждаясь ото сна.

– Прошу меня простить! – смущенно пробормотал он. – Я редко покидаю наш мир, а представителей других видов у нас почти не бывает.

– Ничего страшного, – ответила Сиссикс, несколько сбитая с толку. Вероятно, она даже не обратила внимания на то, что рукопожатие слегка затянулось.

– И… – Медведь на мгновение задумался. – Рози? Правильно?

– Розмари, – с улыбкой поправила девушка, пожимая ему руку.

– Роз-мари. Понял. Так это вас я только что видел отходящей от ИИ?

– Да. Определенно, стыковка здесь дело недешевое.

Медведь покачал головой.

– Я переведу все деньги обратно. Этот шутник Мики устроил так, чтобы сдирать кредиты с чужеземцев, не имеющих понятия, что почем. Это чистой воды мошенничество. Я скажу, что вы мои родственники. И тут я не слишком покривлю душой.

– Ого! – стиснула ему руку Киззи.

– Отлично, а теперь все загружаемся, – сказал Медведь. – Надеюсь, вы ничего не имеете против некоторой тесноты.

Конструкция ялика не была рассчитана на пятерых пассажиров (особенно если учесть, что один из них имел хвост), однако в конце концов всем кое-как удалось втиснуться в грязное, помятое транспортное средство.

– Киззи, если ты не против, включи музыку, чтобы не было скучно в дороге.

Медведь указал на самодельную акустическую систему, состоящую из взломанного скриба и трех маленьких динамиков, закрепленных промышленными болтами. Размеры динамиков оказались обманчивыми. Когда раздались первые ревущие аккорды какой-то неистовой группы, все вздрогнули. Трое техников переглянулись и одобрительно кивнули друг другу, и ялик рванул с места.

Гремящая музыка и свист ветра не особо располагали к разговорам. Скрюченный в три погибели Эшби наблюдал проплывающий мимо пейзаж. Сразу по прилете он думал, что собственно колония скрывается где-нибудь за одной из окрестных скал, но нет, Сверчок был голой планетой. Вокруг простирались нескончаемые пространства пыли и камня, среди которых лишь изредка встречались похожие на бункеры поселения. Тут и там торчали мясистые растения, похожие на кактусы, но Эшби не видел никаких следов земледелия – впрочем, источников воды также не было. Однако где-то вода должна была быть. Приемлемой силы притяжения и терпимой атмосферы еще недостаточно для основания колонии – если нет способа доставлять воду откуда-то извне. Но из того немногого, что успел увидеть Эшби, получалось, что обитателей Сверчка никак нельзя было назвать богатыми.

Где-то вдалеке кто-то торопливо нырнул в расселину в земле. Ялик двигался слишком быстро, и Эшби не успел рассмотреть хорошенько, но это был кто-то крупный, размером с большую собаку. Возможно, Медведь носил с собой гранатомет не только для показухи.

Следуя за изгибами дороги, ялик начал взбираться в гору. Дорога сузилась, и он с трудом помещался на ней. Эшби заглянул через край обрыва и тотчас же пожалел об этом. Подобно большинству тех, кто всю свою жизнь провел в открытом космосе, на земле он испытывал страх высоты. Одно дело – взирать на планету с орбиты, потому что там падение будет означать полет в невесомости. Если упасть с большой высоты, находясь на корабле – скажем, провалившись в сопло двигателя большой орбитальной станции, – всегда есть время крикнуть слово «падаю!». Услышав это, местный ИИ сразу же выключит ближайшую искусственную гравитационную сеть. Падение сразу же прекратится, и можно будет плыть к ближайшему ограждению. Конечно, ты здорово повредишь тем, кто в ближайшей окрестности пил мек или работал с мелкими деталями, но это небольшая цена за то, чтобы остаться в живых («безопасное падение» очень любят подростки, считающие внезапное исчезновение силы тяжести где-нибудь в людном месте, особенно в классе, смешным приколом). Но на планете никакой искусственной гравитационной сети нет. Падение даже с высоты десяти футов может окончиться смертью, если приземлиться неудачно. Эшби совсем не нравилась гравитация, которую нельзя отключить.

Ялик повернул, и впереди показалось поселение, построенное на плоском выступе скалы. Высокий забор из металлических листов окружал его со всех сторон, защищая находящуюся внутри постройку. Ялик въехал в автоматические ворота, и поселение открылось во всей своей красе. По большей части оно было построено из небольшого грузового судна, приземлившегося навечно. Сбоку была приделана убогая пристройка, похожая на короткий и толстый росток, проклюнувшийся из уродливого семени. На крыше была установлена спутниковая тарелка, а также мигающий огонек, призванный отгонять низко летающие корабли. На безопасном удалении от поселения на взлетно-посадочной площадке стояли два доставочных зонда. В целом поселение напоминало что-то среднее между заводом и крепостью, но в этом чисто человеческом произведении было что-то подкупающее.

– Дом, милый дом! – воскликнул Медведь, останавливаясь рядом со вторым яликом. – Пройдем внутрь. Да, и здесь вы можете снять маски. Все, что находится в пределах забора, защищается специальным полем, и мы наполняем этот «карман» достаточным количеством воздуха, пригодного для дыхания. – Он стащил маску с лица. – Ух, так гораздо лучше!

Эшби распрямился, выбираясь со своего места.

– У меня затек хвост! – простонала Сиссикс.

Морщась, она помахала им из стороны в сторону.

Все прошли следом за Медведем к двери строения. Эшби обратил внимание на огромный переполненный мусорный бак у входа. Он присмотрелся внимательнее. Сверху каких-то сломанных механизмов и деталей лежала органическая скорлупа, прозрачная и ломкая. Она напомнила Эшби хитиновые панцири насекомых, которые он видел в отходах на кухне у доктора Шефа. Только эта скорлупа была больше. Значительно больше.

– Ого! – сказала Розмари, разглядывая стены поселения. – Вы сами это построили?

Эшби усомнился в том, что ей уже доводилось видеть жилье модификантов. В определенном смысле он находил трогательным, как девушка открывала для себя галактику. Это было очень мило, но в то же время и немного грустно. Эшби порадовался тому, что сам он вырос не в таких тепличных условиях.

– В основном нет, – признался Медведь. Он прижал свою механическую ладонь к панели на стене. Входная дверь с глухим стуком скользнула в сторону. – Мы с братом… пожалуйста, разуйтесь… купили это место лет пять назад. То есть э… примерно три стандарта, да? Или около того? Никак не могу привыкнуть ко времени ГС. Так или иначе, оно принадлежало пожилой компьютерщице, которая решила… о, можете повесить маски вот сюда, на вешалку… которая решила перебраться жить поближе к своим внукам. Поскольку здесь уже имелась мастерская и место для склада, нам практически не пришлось ничего добавлять – только взлетно-посадочную площадку и спутниковую тарелку, ну и кое-какие удобства тут и там…

– Привет!

В комнату вошел второй мужчина. Его поразительное внешнее сходство с Медведем не оставляло никаких сомнений в том, что это не кто иной, как его вышеупомянутый брат. Кожа его также была покрыта вживленными интерфейсами и татуировкой, но волосы были зачесаны назад и забраны в хвостик, а борода аккуратно расчесана. Он также был в мятых брюках, но сверху надел изящную рубашку на пуговицах. Правую глазницу закрывала оптическая пластина. Встроенный в ней сканер блестел подобно внутренности раковины моллюска. Брат Медведя также был вооружен, но его оружие было не таким грозным: два энергетических пистолета в кобурах на ремне. В руке он держал скриб, так, словно только что оторвался от чтения. В нем было что-то от профессора. Эшби сразу же почувствовал: брат из породы начитанных модификантов, упивающихся тем, что они знают всякие малоизвестные сведения и знакомы с историей изобретений.

– Клюв! – радостно воскликнула Киззи, подбегая к вошедшему и заключая его в объятия. – О мои звезды, как ты?

– Лучше не бывает, – ответил Клюв.

Он ответил на объятия Киззи не так пылко, как Медведь, однако улыбка у него на лице была проникнута таким же теплым чувством, как и у его брата.

– Давненько тебя не было видно!

– А то как же!

– Что, со мной ты здороваться не будешь? – проворчал Дженкс.

Клюв преувеличенно тщательно обвел взглядом стены на высоте семи футов и лишь затем посмотрел вниз на Дженкса.

– А, привет, Дженкс! Я тебя и не заметил!

– Мне много чего приходится слушать от придурков, выбивающих себе глаза, – усмехнулся Дженкс.

Оба рассмеялись. Эшби недоуменно заморгал. На его памяти Дженкс реагировал на шутки, связанные с его ростом, исключительно молчаливым осуждением. Похоже, в прошлом Клюв смог завоевать расположение коротышки. Но от Эшби также не укрылось, что Медведя этот обмен колкостями нисколько не развеселил. Похоже, верзила неодобрительно относился к шуткам над друзьями.

После взаимных представлений все пожали друг другу руки. Затем гости прошли следом за Клювом из прихожей в общую комнату. Как только Эшби оказался здесь, его лицо расплылось в улыбке. Ему уже не раз приходилось бывать в таких домах – неказистых, убогих жилищах, сооруженных из того, что оказалось в работящих руках колонистов. Дешевые выцветшие обои едва скрывали промышленные строительные листы. Разномастные стулья и диваны выстроились вокруг пиксельного проектора (который по крайней мере на вид был новым). Искусственные растения стояли на подоконнике и висели под потолком, гипнотически извивая свои цифровые листья, словно дыша. У бабушки Эшби были точно такие же растения, веселые и домашние. Воздух, поступающий из вентиляционной системы под потолком, был чистым и прохладным, и все же в нем чувствовался застарелый запах дыма – с привкусом сажи и древесных углей. Позади одного из диванов стоял верстак, заставленный банками и коробками с подписанными вручную этикетками. На верстаке был расчищен пятачок для кувшина с меком, бутылки ягодной шипучки и нескольких стаканов. Рядом с напитками лежала частично собранная механическая рука.