Бекки Чамберс – Долгий путь к маленькой сердитой планете (страница 42)

Какое-то мгновение Лови молчала.

– Даже если дело дойдет до плохого, ненависти к тебе не будет. Эти люди всегда останутся твоими друзьями.

– И твоими тоже.

– Тут я ничего не могу сказать.

– А я в этом уверен. – Дженкс помолчал. – Итак, мы беремся за это дело?

– Похоже на то.

В ее голосе прозвучала улыбка, улыбка, которую Дженксу страстно хотелось увидеть.

– Отлично. – Кивнув, он рассмеялся. – Так, решено, я завтра же свяжусь с этим типом.

В эту ночь Дженкс спал в колодце с искусственным интеллектом, примостив голову на холодную панель интерфейса. Он чувствовал, как жесткий металл оставляет у него на коже рубцы. Дженкс заснул, воображая прикосновение нежных рук к своей груди, ощущая щекой теплое дыхание.

Сверчок

День 249-й, стандартный год ГС 306

Это было странное название для естественного спутника планеты. Называть его колонией было большим преувеличением. Эшби насчитал поблизости десять строений плюс несколько одиноких поселений, разбросанных по окрестным холмам и скалам. Дороги представляли собой лишь плоские колеи в земле. Правда, навигационные огни и тротуары для пешеходов присутствовали, однако вид у них был такой, словно спохватились о них в самую последнюю очередь. Небо имело цвет серы, земля словно была покрыта ржавчиной. Мельчайшая пыль уже скопилась обильными прожилками в канавках дыхательных масок и оправах очков. Вокруг не было ни одной разумной души.

Эшби прикрыл лицо козырьком ладони, защищаясь от ослепительного сияния белого солнца.

– Сиссикс!

– Мм?

Ее голос, как и его собственный, был приглушен маской.

– Зачем мы здесь?

– Это философский вопрос или…

Эшби посмотрел на нее.

– Что мы здесь делаем, на этой платформе?

Платформа, о которой шла речь, представляла собой толстый лист промышленного металла, бурого от ржавчины на швах, который держался на балках сомнительной надежности. Киззи и Дженкс сидели на краю платформы, оживленно обсуждая какой-то приключенческий симулятор; при этом Киззи складывала из металлической стружки фигурки животных. Розмари в похожем на будку крошечном строении спорила с плохо работающим ИИ насчет платы за стыковку. Выцветший плакат на будке гласил: «Добро пожаловать на Сверчок». Ниже пространное предупреждение сообщало о том, что детекторы оружия реагируют на нелицензированные подкожные имплантаты.

Сиссикс поправила очки.

– Насколько я помню, Киззи сказала: «Ты знаешь, что нам нужно», а ты ответил: «Что?», а она сказала: «Оружие», а ты ответил: «Никакого оружия», а она сказала: «Ну, тогда защитная решетка» и добавила, что у нее есть знакомые, которые все устроят, и для этого нам нужно будет не так уж и сильно отклониться от пути…

– Я отлично все помню, – перебил ее Эшби. – Наверное, на самом деле я хотел спросить, почему я согласился на все это?

– Ты получил сотрясение мозга и находился под воздействием болеутоляющих лекарств.

– А, это все объясняет.

– Должна сказать, Эшби, что мысль иметь на борту кое-какое оружие не такая уж и плохая. Особенно в свете последних событий.

– Ну ты хотя бы не начинай! То, что нас взяли на абордаж, событие из ряда вон выходящее. Я летаю всю свою жизнь, и никогда раньше со мной ничего подобного не случалось. Я не буду забивать свой дом оружием только потому, что всех нас хорошенько встряхнуло.

– Эшби, мы направляемся туда, где еще совсем недавно шли боевые действия. Тебе не кажется, что народ там отчаявшийся, озлобленный?

Эшби потрогал подбородок. Шрамы от винтовки акарака затянулись еще не полностью. Эшби заново прокрутил в памяти жуткие моменты в грузовом отсеке, пережил то, что чувствовал, когда чужие люди ворвались к нему в дом. Он мысленно воссоздал случившееся, представив, что у него в руках оружие. Выстрелил бы он? Эшби не мог сказать. Однако присутствие в сценарии оружия повысило ощущение безопасности. Он уже не чувствовал себя беспомощным. Он почувствовал себя полным сил. И это вселило в него страх.

– Из-за этого происшествия я не поступлюсь своими принципами. Вопрос закрыт.

– Долбаные исходники! – пробормотала Сиссикс, однако, говоря это, она улыбалась.

– То же самое слово в слово сказала Киззи, – фыркнул Эшби. – Она преподнесла все так, будто нам на борту нужен арсенал, способный уничтожить целые планеты.

– Она испугалась, Эшби. Мы все испугались. Нам до сих пор страшно. – Держа Эшби за руку, она ткнулась щекой ему в плечо.

Розмари выскочила из будки, захлопнув за собой дверь.

– Глупый ИИ! – Она постаралась смахнуть с очков упрямое пятно пыли. – За такие деньги, какие сто́ит стыковаться здесь, они могли бы по крайней мере обеспечить приличное обслуживание!

– Во что нам это обошлось? – спросил Эшби.

– Семьсот пятьдесят кредитов, – сказала Розмари. – Плюс административный налог. Хотя я не вижу здесь вообще никакой администрации.

– Проклятие! – присвистнул Эшби. – Пусть знакомые Киззи только попробуют не стоить таких денег.

– Эшби, тут все как-то очень непонятно, – поежилась Розмари. – Я вовсе не имею ничего против короткой лекции по поводу ведения документации, но…

– Не беспокойся, – остановил ее Эшби, – на борту моего корабля нет незаконного оборудования, особенно если учесть, как близко к квелинскому пространству мы находимся. Уверен, знакомым Киззи можно доверять.

– Ты давно знаешь Киззи? – спросила Сиссикс.

Проследив за ее взглядом, Эшби увидел открытый ялик, приближающийся к платформе. Судно еще двигалось, когда водитель встал на сиденье. Это был человек – мужчина крепкого телосложения, моложе Эшби; выше пояса из одежды у него были лишь дыхательная маска, несколько резных подвесок и маленький гранатомет на ремне. Редкие волосы цвета горелой меди ниспадали на плечи подобно плащу. Борода в тон волосам, коротко подстриженная на подбородке, спускалась ниже подбородка каскадом витых косичек. Кожа была темной от загара, но персиковый фон говорил о далеких предках на какой-то обособленной колонии на окраине, удаленной от кровосмешения Исхода. Накачанные бицепсы были покрыты имплантированными портами для подключения техники и затейливой татуировкой, а вместо левой кисти красовалась насадка с различными инструментами, судя по виду, кустарного изготовления. Когда ялик подошел совсем близко, Эшби разглядел сплетение шрамов вокруг шва, отделяющего механическую кисть от живой кожи. Он предположил, что хирургическая операция также была проведена в домашних условиях.

– Так, замечательно, – выдохнул Эшби.

Предложение обзавестись защитной решеткой было неплохим. Чего нельзя было сказать про этого извращенного модификанта-деревенщину. Ну как он, Эшби, мог согласиться на подобное?

– Киззи! – радостно протрубил водитель ялика.

Широко раскинув руки, он воздел их к небу.

– Медведь! – взвизгнула Киззи, выбрасывая наполовину готового металлического зайца.

Заяц пролетел мимо плаката, напоминающего пользователям причала о надлежащей утилизации мусора. Киззи сбежала вниз, перепрыгивая через две ступени.

– Медведь, медведь, медведь, МЕДВЕДЬ!

Запрыгнув в ялик, она бросилась в объятия мужчины, и оба, не удержав равновесия, упали на сиденье. Улыбающийся Дженкс устремился следом за ней. Они с Медведем крепко пожали друг другу руки, а Киззи стиснула Медведю голову, радостно вопя:

– Ура!

– Его зовут Медведь? – повернувшись к Эшби, спросила на энске Розмари.

– Похоже на то, – ответил капитан.

– Слово «медведь» что-нибудь означает? – спросила Сиссикс. Слово на энске прозвучало неуклюже во фразе на клиппе, особенно учитывая акцент Сиссикс. – Что такое медведь?

Направившись к лестнице, Эшби кивнул на волосатого верзилу, стиснувшего своими здоровенными ручищами техника-механика.

– Вот это и есть медведь.

– Добро пожаловать на Сверчок! – окликнул их Медведь, приветливо помахав рукой. По крайней мере настроен он был дружелюбно.

Спустившись вниз, Эшби протянул руку.

– Привет! Я Эшби Сантосо.

– А, капитан! – Медведь пожал ему руку.

Эшби постарался не смотреть на его другую руку, ту, что была вся в проводах и шрамах.

– Киззи прекрасно о вас отзывалась.

Киззи залилась краской.

– Тс! А то он вообразит, будто я попросила тебя его умаслить!