Беатрикс Маннель – Затерянный остров (страница 36)
Они прорубали себе дорогу сквозь кустарники, пока не добрались до дерева. Перед ним они остановились как вкопанные.
Джекфрут был полностью окутан золотистой паутиной, и, чем ближе они подходили, тем отчетливее видели пауков, которые сидели в ней. В центре устроился большой коричневый паук величиной с майского жука. Ноги у него были в черно-красную полоску, и, если бы он разместился на ладони Паулы, они свисали бы с нее. По краям располагались пауки поменьше, которые производили впечатление робких гостей.
— Придется разрушить их паутину, чтобы добраться до фруктов.
— Ну и что? Мы голодны. Это всего лишь пауки, они могут сделать новую паутину.
Паула не боялась пауков, но эти были очень большие.
— А вдруг они разозлятся?
— Пауки на Мадагаскаре не ядовиты. — Ласло взмахнул ножом. — Я пойду вперед, нам нужно есть, чтобы идти, и малыш долго не протянет без еды.
Паула прикрыла лицо Йо платком и последовала за Ласло. К его ножу приклеивалась паутина, как влажный золотистый дождик.
Она шла за Ласло и поэтому увидела, как один из длинноногих пауков укусил его за шею. Трое меньших пауков карабкались по его спине, Паула попыталась их сбросить, и, хотя ей это удалось, но теперь у нее на руке сидели два паука, вблизи вызывавшие у нее отвращение. Она отряхнулась, чтобы избавиться от них, и увидела одного из больших черно-красных пауков на голове Ласло, когда тот уже собирался залезть к нему под рубашку.
Вдруг Ласло громко вскрикнул. Паула вздрогнула.
— Что такое? — спросила она.
— Эти твари меня укусили! За шею и за брови.
Он остановился, при этом он шатался и трясся, как дервиш.
— Сделайте что-нибудь! Вы их еще видите? Тогда снимите их, помогите мне, быстрее!
Паула заметила еще одного большого паука на его руке, затем другого на бедре. Она сбросила их. Острая боль пронзила ее ладонь, и она проверила, нет ли пауков в складках платка Йо.
Наконец они оказались перед деревом. Ласло выругался, и, когда Паула посмотрела на его лицо, она ужаснулась. Его глаз распух, а на шее у него красовалась шишка размером с яблоко.
— Проклятье, мне больно. Возможно, они не ядовитые, но у меня такое чувство, что все-таки да.
Паула посмотрела на фрукты, которые висели прямо над ними.
— И как нам их достать? — спросила она и сама же ответила: — Палкой, то есть длинной веткой или стволом дерева.
Ласло упал как подкошенный у ствола дерева, его дыхание участилось.
— Эти проклятые пауки…
Паула протянула ему флягу с водой, и он жадно выпил ее.
— Я попытаюсь найти ветку, которой мы собьем фрукты. Затем вы мне расскажете, как их есть. Сидите, я справлюсь.
Она отдала ему Йо, а сама отправилась на поиски. Хотя там было множество мертвых веток, но они все крошились, как только она к ним прикасалась. Она заметила несколько тонких палисандровых деревьев, но Паула не могла с ними справиться одним только ножом. Не говоря уже о более толстых стволах. Она все время пыталась не терять из виду Ласло и наконец нашла подходящую ветку. Ей стоило немалых усилий срубить ее, однако она справилась, и ветка упала на землю. Когда она наклонилась к ветке, у нее появилось такое чувство, что за ней наблюдают, должно быть, Ласло уже отдохнул и подошел за ней. Она обернулась, но сзади никого не было. Ласло все еще сидел у джекфрута с Йо на руках. Негромко кряхтя, она взяла ветку и потащила ее к дереву. Орудовать ею должен был Ласло, она не подняла бы ее даже на полметра. Когда Паула подошла к джекфруту, она увидела, что Ласло заснул.
— Ласло? — Она потрясла его, Йо скатился с его рук, но она успела подхватить малыша. — Ласло! — Она снова потрясла его свободной рукой.
Он тяжело вздохнул, что-то тихо пробормотал и не открыл глаза.
— Что такое? — Он говорил так, будто был пьян.
— Ласло, пожалуйста, вы должны помочь, я не смогу поднять эту штуку.
Ласло засмеялся, и Пауле стоило больших усилий разобрать его неясную речь.
— Такого я еще никогда не слышал из уст дамы!
— Ласло, возьмите себя в руки!
Ласло с трудом перевел дыхание, поднял голову и открыл глаза, но Паула один из них увидеть не смогла, потому что он полностью отек. А тот глаз, который она видела, вызвал у нее панику. Его глазное яблоко было желто-красного цвета, зрачок настолько увеличился, что полностью закрыл голубую радужную оболочку. Что это значит?
— Ласло, что с вами?
— У меня чешутся ладони и стопы, мне нечем дышать, мне очень плохо, но в остальном все хорошо.
— Вам нужно что-нибудь съесть. Мы вдвоем достанем фрукты с дерева, да?
Он не ответил и упал на бок. Она присела на колени рядом с ним.
— Ласло, Ласло, скажите что-нибудь! Что мне сделать? Что вам дать?
— Воды! — прошептал Ласло, и Паула поспешила дать ему немного воды, которая осталась в ее фляге. Для этого она опустила Йо на землю рядом с собой и уложила голову Ласло себе на колени.
Он поперхнулся, начал тяжело дышать, жадно хватая воздух.
— Похоже, что я не вернусь с вами.
Он шептал все тише, и Пауле пришлось наклониться к нему как можно ниже, чтобы разобрать, что он говорит.
— Это была ошибка, никому нельзя убивать дронго.
— Нет, Ласло, возьмите себя в руки, эти пауки не ядовитые. Давайте, пойдемте уже. Такой мужчина, как вы! Выпейте еще немного! Вам станет лучше.
Но Ласло хрипел все сильнее. Он нашел ее руку и прошептал:
— Никому не верьте. Никому. Все лгут. Не забывайте радость. Любите.
Он больше ничего не сказал. Он больше не дышал. Она в панике пыталась нащупать пульс на его запястье, на сонной артерии, склонилась к его сердцу. Ничего.
— Нет!
Паула посмотрела на Ласло. Это было невозможно, он был слишком красивым, слишком молодым, слишком живым, чтобы так просто умереть. Она погладила его по щеке. Вчера он подтолкнул ее к тому, чтобы она дала ребенку имя. Сегодня утром он кормил ее медом, и вот только что они вместе лежали в грязи и смеялись. Этого просто не может быть. Только не Ласло, не этот здоровый, красивый, дружелюбный молодой человек. Почему такие люди, как барон Вагенбах, живут вечно, а такой человек, как Ласло, просто взял и умер? Так быстро. Это несправедливо.
Она как оглушенная сидела возле Ласло и смотрела на золотистые клочья, оставшиеся от паутины.
23 Зерна мускуса
Паула все еще смотрела на мертвого Ласло, который выглядел так, будто просто спал. Могла ли она что-нибудь сделать, должна ли была что-нибудь сделать, чтобы спасти его? Если укусы пауков не ядовиты, что же погубило его так быстро? Возможно, все-таки на Мадагаскаре водятся ядовитые пауки, которых ни один исследователь еще не обнаружил.
Тогда ей нужно немедленно обезопасить Йо и себя, но прежде следовало достать фрукты с дерева, иначе Ласло действительно умер зря. Она осмотрелась, нет ли вокруг пауков, но нигде их не увидела. Вокруг Ласло кружили комары, будто они уже знали, что он мертв. Что ей с ним делать? Она не могла его нести, но не могла и просто бросить. А что делать с его вещами? Она осталась одна, невозможно все взять с собой. А как отреагируют остальные, если она вернется без Ласло? Паула содрогнулась при одной мысли о том, что ей придется сказать Вильневу, что Ласло умер, лицо Нориа при этом она даже представлять себе не хотела. Мортен удивится, но не рассердится, он просто скажет что-то вроде «пути Господни неисповедимы».
В этот момент проснулся Йо и начал плакать жалобнее, чем прежде. «Будто он тоже понимает, что произошло», — подумала Паула. Она прижала его к себе и попыталась успокоить, но ей это не удалось.
— Ты голоден, тебе нужно молоко, но у меня его нет.
Паула посмотрела вверх на коричнево-зеленые фрукты. Она должна их как-то снять, открыть и покормить ими Йо.
Йо кричал все громче, что с каждой секундой раздражало Паулу все сильнее. Она положила малыша на живот Ласло, взяла ветку, сцепив зубы, толкнула ее вверх. Не хватало совсем чуть-чуть.
«Ничего больше нет, — подумала она, — что делать? Возле меня лежит труп и орущий младенец. Мы голодны, и эти фрукты, которые стали причиной смерти Ласло, очень близко, но я не могу сорвать их».
Паулу накрыла волна мощнейшего гнева. Она сделала еще одну попытку: подпрыгнула с палкой в руках, в результате чего та выпала у нее из рук, а она подвернула лодыжку. Йо был уже темно-красный от крика, из глаз у него текли слезы.
Пауле тоже хотелось заплакать, лечь и умереть рядом с Ласло, но она спасла Йо из муравейника не для того, чтобы обречь его на голодную смерть, потому что это было бы, по словам Ласло, очень странно с ее стороны.
Паула искала что-то, куда она могла бы залезть: ствол дерева, большой камень, хоть что-нибудь. Но она не видела ничего подходящего. Крик Йо учащал пульс Паулы. Она должна что-то сделать, чтобы хотя бы на какое-то время успокоить его, она должна думать.
Паула раскрыла узел, в который Ласло упаковал ее вещи, нашла флягу, потрясла ее. Слава богу, там оставалось немного воды. Она напоила Йо водой, что успокоило его ровно на столько, сколько он пил воду. Как только фляга опустела, он опять начал кричать.