Беар Гриллс – Призраки пропавшего рейса (страница 81)

— Только попробуй, и никакого фильма не будет.

Они расхохотались.

Между ними возникло что-то напоминающее дружбу, чего при их первой встрече Джегер и допустить не мог.

Время близилось к полуночи, когда Нарова наконец-то расшифровала свой первый документ. «Манускрипт Войнича» действительно оказался ключом к его пониманию, и тем не менее процесс взламывания шифра был медленным и кропотливым. Она вышла на палубу и присоединилась к Джегеру, Раффу и Дейлу.

— Я сделала приблизительно половину, — сообщила им она. — Но уже совершенно ясно, что это что-то невероятное. — Она посмотрела на Джегера. — Теперь мы точно знаем, куда отправились первые три «Ju-390», которым были присвоены кодовые названия Adlerflug Ein, Zwei и Drie, и куда полетел бы наш самолет, Adlerflug Vier, если бы на взлетной полосе не закончилось топливо. И это означает, что нам достоверно известно, где находилось главное убежище нацистов. Aktion Feuerland. Знаешь, почему они назвали ее операцией «Огненная земля»? В честь мыса Tierra del Fuego — земля огня. Где это? Это осколок суши, выступающий в Атлантический океан на крайней южной оконечности Аргентины… Лично меня это не особенно удивило. Аргентину всегда подозревали в том, что она укрыла главных нацистских главарей. Но документы называют и несколько других точек на карте земли. Других убежищ. И вот они-то действительно повергли меня в шок.

Она помолчала, пытаясь справиться с охватившим ее волнением.

— Знаешь, у нас никогда не хватало средств — разведданных или квалификации, — чтобы довести это до конца. Покончить с этим. Но вполне вероятно, что, взломав эти шифры, мы наконец-то получим такую возможность.

Нарова не успела ничего добавить, потому что изнутри баржи донесся торжествующий вопль. Голос принадлежал Дженкинсону, и они поняли, что архивариус, который, вообще-то, особой эмоциональностью не отличался, обнаружил что-то совершенно невероятное.

Они поспешили внутрь.

Дженкинсон показал им лист бумаги.

— Вот оно! — тяжело дыша, произнес он. — Это меняет все. Этот ничем не примечательный листок бумаги, покрытый каким-то цифрами, легко мог ускользнуть от нашего внимания… Но теперь все начинает обретать смысл. Жуткий смысл.

Он смотрел на вбежавшую в каюту троицу, и его нижняя губа дрожала от… от чего? От волнения? От тревоги? Или это был ужас?

— Нет смысла развозить награбленные ценности, главарей и все Wunderwaffe — фантастическое оружие — в разные уголки земли без веской на то причины. Плана. Генерального плана. Вот это, — он помахал листком бумаги, — это и есть генеральный план. Aktion Werewolf. «Операция Оборотень»: проект Четвертого рейха.

Дженкинсон обвел их взглядом, в котором читался страх.

— Обратите внимание: Четвертого рейха. Не Третьего. Четвертого рейха.

Они стояли как громом пораженные и слушали то, что читал им Дженкинсон.

— Документ начинается так:

«По приказу фюрера на пепелище Третьего рейха Ubermensch — раса господ — сделает все необходимое, чтобы мы снова возродились…»

Дженкинсон прочел вслух весь документ. Он содержал план того, как использовать против членов антигитлеровской коалиции их самую большую слабость — паранойю относительно того, что Восточный блок и советский коммунизм наберут силу. Антигитлеровская коалиция праздновала победу, а нацисты уже готовились использовать эту паранойю как своего троянского коня, с помощью которого они намеревались выжить, набрать силу и завоевать мир.

Имея немыслимое богатство, накопленное ими в военные годы, они планировали внедрять своих людей во все слои общества. Они сделали вид, что согласились поставить свои технологии на службу новым хозяевам, а на самом деле имели целью расшатать устои их общества. Самые многообещающие технологии Wunderwaffe должны были разрабатываться в полной тайне и исключительно для возрождения нацизма и Четвертого рейха.

— «Невозможно переоценить стоящую перед нами сегодня задачу, — начал читать Дженкинсон последний параграф документа. — „Операция Оборотень“ не может быть осуществлена за один день. Нам необходимо запастись терпением. Нам необходимо восстановить свою мощь и перегруппировать силы. Фюрер будет тайно работать над этим при помощи величайших умов рейха. И, когда рейх подобно фениксу возродится из пепла, он будет всемогущ и неудержим. Многие из нас, возможно, не доживут до этого дня, но это точно увидят наши дети. Они вернут себе то, что принадлежит им по праву рождения. Ubermensch — раса господ — исполнит свое предназначение. И наконец-то свершится возмездие. Мы будем отомщены».

Дженкинсон перевернул страницу, принимаясь за следующую.

— Тут говорится об их людях, внедряемых в самую верхушку управления стратегических служб — предшественников ЦРУ, а также в американское правительство, британскую разведку, крупнейшие корпорации… список можно продолжать до бесконечности. И на все это они отводят себе семьдесят лет — семьдесят лет с момента их абсолютного бесчестия, безоговорочной капитуляции перед странами антигитлеровской коалиции в мае 1945 года.

Дженкинсон поднял на них испуганные глаза:

— Это означает, что сейчас настало время, когда в любой момент новый рейх может начать свое возрождение, как феникс из пепла.

Он повернул документ, показывая его Джегеру и остальным. Внизу второй страницы виднелся уже знакомый отпечаток — Рейхсадлер.

— Это, — он показал на штамп, — их знак. Это эмблема Четвертого рейха. Взгляните на этот круглый символ под хвостом орла. Надпись вокруг тоже выполнена шифром, причем тройным, но мне удалось его взломать.

Дженкинсон опустил глаза на слова внизу страницы и произнес:

— В расшифрованном виде это звучит так: Die Ubermensch des Reich — Wir sind die Zukunft. Высшая раса рейха — за нами будущее.

Глава 80

Джегер посмотрел на Ирину Нарову.

— Твоя волна, — подзадорил он ее, переводя взгляд на теплую бирюзовую воду. — Если ты, конечно, не сдрейфила.

Позади них поверхность моря вздымалась массивной выпуклостью, становясь все выше и мощнее по мере приближения к пляжу.

— Schwachkopf! Догоняй! — приняла и тут же передала вызов Нарова.

Они развернулись и начали яросто грести в сторону берега. На мгновение рев прибоя заполнил его уши, а затем мощный рывок поднял заднюю часть его доски. Он принялся грести еще активнее, пытаясь оседлать волну, с ревом несущуюся к тоненькой серебряной полоске пляжа вдали, и стать ее частью.

Доска заскользила вниз, стремительно набирая скорость, и он одним ловким движением вскочил на нее, согнув ноги в коленях, чтобы лучше чувствовать волну. Доска неслась все быстрее, и, ощутив знакомый прилив адреналина, Джегер решил исполнить поворот, чтобы не просто победить Нарову, а сделать это красиво и убедительно.

Он развернул плечи в сторону волны, и доска понеслась вверх по двенадцатифутовой водной стене. Взлетев на вспенившийся белый гребень, он попытался развернуться и снова скользнуть вниз. Но Джегер недооценил того, как его ослабили пять недель, проведенных в «Черном Пляже», за которыми последовал почти такой же промежуток времени в джунглях бассейна Амазонки.

Когда Джегер попытался перенести вес тела на переднюю стопу, он вдруг понял, что собственные ноги его не слушаются. Он потерял равновесие и мгновение спустя оказался под водой. Массивная волна поглотила его и увлекла в свои глубины, не переставая вращать в своем ревущем надсадном чреве.

Он ощутил, что первобытная мощь океана схватила его, превратив в свою игрушку, и подчинился. Иначе после такого падения было не выжить. Джегер вспомнил, как наставлял сына, когда впервые взял его с собой заниматься серфингом: «Не спеши. Представь себе, что у тебя есть десять секунд на то, чтобы спасти мир, и всегда трать первые пять на молоко с печеньем». Так Джегер пытался научить сына сохранять спокойствие во время шторма.

Он знал, что, когда волна наиграется с ним, она все равно выплюнет его с противоположного конца.

И в самом деле, через несколько секунд Джегер вынырнул на поверхность.

Он судорожно глотнул воздух и пошарил в воде в поисках поводка доски. Найдя его, он подтянул доску к себе, взобрался на нее и погреб к берегу. Нарова, торжествующе сверкая глазами, ожидала его на песке.

Прошла уже неделя после героического взламывания шифров на барже Джегера и обнаружения заговора под названием «Операция Оборотень». Идея прилететь на Бермуды принадлежала ему. Здесь они намеревались провести несколько коротких дней, перезаряжая батареи и строя планы, одновременно находясь в гостях у родителей Джегера.

Отдых перед неотвратимым сражением.

Бермуды были крошечной британской колонией, расположенной в самом сердце Атлантического океана, что позволяло лучше, чем где бы то ни было, укрыться от любопытных глаз. Родители Джегера даже не жили в самом большом их поселении — на Главном острове. Они предпочли обосноваться в бухте Подковы, среди захватывающей дух красоты мыса Моргана.

Полное уединение. Среди умопомрачительной красоты.

И бесконечно далеко от ада Серры-де-лос-Дьос.

Он не ожидал, что Нарова, человек, который так одержим своей миссией — преследованием, — обрадуется возможности побывать в этом крошечном островном раю. Джегеру подумалось, что, когда они окажутся здесь, вдалеке от всего пережитого, она наконец-то будет готова заговорить о своем загадочном прошлом, в котором большую роль играли ее взаимоотношения с его дедом.