Беар Гриллс – Дьявольское cвятилище (страница 54)
Мистер Петров хотел как можно скорее покинуть город, пока его вместе с женой не бросили в этот самый Тауэр.
80
В пяти тысячах миль от доков святой Катерины Хэнк Каммлер, мрачно усмехаясь, сидел в кресле своего подземного командного бункера. Три звонка сделаны; три устройства начали обратный отсчет. Каммлер буквально слышал тиканье часов у себя в голове: время пошло.
Он был уверен в одном: теперь, что бы ни попытались сделать Йегер и его люди, они не смогут остановить грядущие разрушения.
Фитиль зажжен.
Каммлер не был экспертом, однако он знал достаточно и вполне мог представить, что вот-вот должно произойти. Когда бомбы «Малыш» и «Толстяк» были сброшены на Хиросиму и Нагасаки, они взорвались в нескольких сотнях футов над городами. Это позволило максимизировать разрушительную силу взрывов.
В отличие от американских бомб, первые СЯУ Каммлера должны были сдетонировать на уровне земли. Взрыв будет слабее, а вот степень радиационного поражения, наоборот, увеличится, поскольку радиация не сможет рассеяться в воздухе. Районы, которые не будут уничтожены взрывом, станут непригодными для обитания на многие десятилетия.
Сотни тысяч людей — быть может, даже миллионы — погибнут. Их смерть будет либо мгновенной — от взрыва, — либо долгой и мучительной — от лучевой болезни. Уже одно это большое достижение.
На то, чтобы добиться подобного результата, ушло семьдесят лет.
Унижение Третьего рейха вот-вот должно быть отомщено.
А когда бойцы Каммлера разделаются с Йегером и его командой, он сможет перебраться в другое убежище. Их у него много.
Все должно получиться, несмотря на ущерб, причиненный несколькими сорвиголовами.
На войне как на войне, думал Каммлер.
Иногда в планы приходится вносить коррективы.
А месть — воистину блюдо, которое подают холодным.
81
В рации Йегера раздались пронзительные помехи. Входящее сообщение.
— Гасим свет, — констатировал Повеса.
Через несколько секунд глухой ритмичный стук генератора прекратился. Повеса рассматривал несколько вариантов отключения подачи энергии: подрыв генератора, перерезание проводов или порчу топливного шланга. Однако, когда он взломал замок генераторной, оказалось, что с тем же успехом можно просто нажать на кнопку отключения.
Разумеется, Каммлер мог отправить своих головорезов перезапустить генератор, однако для этого им придется пройти через главный вход бункера, который вот-вот должен был начать поливать огнем Алонсо. А недостатка в боеприпасах огромный афроамериканец не испытывал: Йегер и Повеса отдали ему все остававшиеся у них сорокамиллиметровые гранаты.
А ну его на хер, сказал себе Повеса. Он вырвал топливный шланг и сунул его себе в карман. Теперь генератор точно не запустится.
Его переданное по рации сообщение стало сигналом. Когда Алонсо открыл огонь, звуки взрывов эхом стали разноситься среди низкорослых деревьев.
Йегер предположил, что Каммлер выстроил командный бункер именно здесь, под зоной наиболее густой растительности, чтобы его невозможно было обнаружить с воздуха.
Что ж, благодаря Хину они его нашли.
Йегер взглянул через плечо и увидел, как Хин ободряюще поднял большие пальцы вверх и подергал себя за мочку уха — такой жест в этой части света также означал, что все в порядке.
Йегер не мог не заметить, что Хин, несмотря на нестандартность ситуации, ведет себя довольно хладнокровно. Впрочем, служба в Народно-освободительной армии Китая — не курорт. Да и то, что ему удалось пережить неизвестно какие ужасы за время принудительного труда на Каммлера, означает, что внутренний стержень у него имеется.
Повеса вновь присоединился к команде, и они осторожно подкрались к предполагаемой точке входа. Как оказалось, световой люк был отлично скрыт среди зарослей. Без Хина им бы никогда не удалось его отыскать.
Люк позволял естественному свету проникать в бункер; вниз вела узкая металлическая лестница. Очевидно, что люк спроектировали так, чтобы его можно было использовать в качестве аварийного выхода на случай пожара или атаки противника.
Держа в левой руке гранату, Йегер отсчитывал секунды. Решив, что Алонсо обстреливает вход уже достаточно долго, он подобрался к люку поближе, выдернул чеку и бросил гранату. Она покатилась по стеклу.
К моменту, когда граната остановилась, Йегер уже со всех ног мчался в укрытие. Задержка взрыва стандартной натовской осколочной гранаты составляет четыре секунды, а радиус гарантированного поражения — пять метров. Йегеру как раз хватило времени на то, чтобы залечь. В следующее мгновение раздался оглушительный хлопок, и осколки с воем разлетелись во все стороны.
Все четверо немедленно вскочили на ноги и ринулись к разбитому люку. Йегер достиг его первым и, пролетев примерно семь футов вниз, приземлился на пол задымленного помещения.
У него и мысли не возникло спуститься по лестнице. Йегеру требовались скорость и фактор неожиданности. Восстановив равновесие после прыжка, он выхватил П228 и, оставаясь в полуприседе, стал водить по комнате лучом установленного на пистолете фонарика. Выбросив из головы все прочие мысли, Йегер искал человеческие силуэты.
Не опуская оружия, Йегер повернулся вправо. Луч фонаря танцевал в призрачных клубах дыма. Но вот он выхватил из темноты повалившуюся на стол фигуру.
82
Йегер услышал стук пары ботинок у себя за спиной. Он инстинктивно догадался, что это Повеса, который направлялся зачищать комнату напротив. Вслед за ними спрыгнула третья фигура: Хин. Нарова прикрывала тыл.
— Каммлер, на мои одиннадцать часов, — произнес Йегер в рацию. Ублюдок выглядел раненым или как минимум оглушенным взрывом. — Он нужен нам живым. Повторяю: живым.
Критически важно захватить Каммлера живьем — чтобы он дышал и был в сознании. Он являлся ключом, с помощью которого можно остановить разрушения. Его знания. Его власть. Его авторитет. Его способность отозвать тех, кого он отправил вершить месть и сеять опустошение. Или, на худой конец, его подсказки, которые помогут выследить бомбистов.
Йегер наметил цель. Справа от Каммлера на значительном отдалении он заметил пошатывающегося, оглушенного взрывом человека, который пытался прицелиться из пистолета-пулемета «Тип 79». Йегер высветил фигуру установленным на пистолете фонариком и трижды выстрелил.
Две пули: в туловище и контрольная — в голову.
— Враг уничтожен, — выдохнул он в «Селекс».
«Три», — раздался голос у него в голове. Он выпустил три пули из тринадцати, которые вмещал магазин П228. Осталось десять.
В люк спрыгнула четвертая фигура. Нарова. Она уже держала оружие наизготовку. Вместе они прочесали помещение в поисках новых целей. Осматривая комнату, Йегер не уставал поражаться — она была просто набита компьютерными терминалами и сложным коммуникационным оборудованием, стоявшим вдоль стен.
Это место напоминало оперативный штаб маленькой, но высокотехнологичной армии.
Йегер заметил, что Каммлер пытается пошевелиться.
— Берем Каммлера, — рявкнул он.
Едва он начал красться вдоль стены, как из укрытия, вскинув оружие на плечо, выскочил человек.
Повеса пристрелил нападавшего раньше, чем тот успел нажать на курок.
— Враг уничтожен, — произнес он спокойно.
Огромный маори находился в своей стихии. В полной темноте сражаясь с плохими парнями в ближнем бою, он чувствовал себя как дома.
Йегер осторожно продвигался к Каммлеру. Справа от него мелькнула фигура. Это Хин с бешеной скоростью рванулся к Каммлеру — своему бывшему боссу и тюремщику. Китаец растопырил пальцы, как когти, словно собирался вырвать мучителю глаза.
Учитывая пожилой возраст, движения Каммлера оказались поразительно быстрыми. Он выхватил компактный вариант пистолета «Тип 92» и открыл огонь. Две девятимиллиметровые пули попали в Хина, и он тяжело рухнул на пол.
Каммлер начал разворачиваться с оружием наизготовку, однако Йегер выстрелом выбил пистолет у него из рук и в следующее же мгновение нанес удар по голове рукоятью своего П228. Каммлер зашатался и ударился о стену.
Йегер схватил его за волосы и дернул голову назад. На скуле у Каммлера виднелся порез, но больше никаких ранений — просто оглушен взрывом. Йегер ударил его по ногам, и Каммлер повалился на пол как мешок с дерьмом.
— Чисто, — произнес Повеса по рации.
— Чисто, — эхом отозвалась Нарова.
— Прикройте вход, — приказал Йегер. — Плюс Хин ранен. Проверьте Хина.
Он обыскал Каммлера, чтобы убедиться, что у того при себе больше нет оружия, а затем опустился на колени и посмотрел ему в глаза.
— Здравствуйте, мистер Каммлер. Вы приглашали нас спуститься. А вот и мы.
Он поднес ствол П228 к лицу Каммлера, уперев его в окровавленную скулу.
— Несколько вопросов. — Он надавил на пистолет сильнее, и по угловатому стволу начала стекать кровь. — Я спрошу лишь один раз… Где Рут Йегер и Питер Майлз?
Лицо Каммлера исказило подобие улыбки.
— Слишком поздно. Тебе их уже не спасти. И не остановить процесс. Хайль Гитлер и да здравствует Тысячелетний рейх.
Йегер отступил и пнул его в грудь. Каммлер отшатнулся.
Йегер взглянул на Нарову: