Байки Гремлинов – Неудержимость VIII (страница 5)
Моя голова снова стала пульсировать слабой болью, но уже походившей на боль от давления. Ни один из нас никак не мог окончательно расслабиться, хоть мы оба и были чересчур заведены. Поэтому я остановился и, опустив её ногу вниз, хотел было уложить её на шкуры, но она вдруг выгнулась, вставая на мостик, а затем, оттолкнувшись ногами, встала на руки. Широко разведя передо мной ноги в стороны, уже в поперечном шпагате, она прогнулась в спине и, задрав к ней голову, посмотрела на меня снизу вверх счастливыми глазами. Радостная улыбка с её лица так и не сходила, и я не стал выдумывать ничего другого, наконец-то попробовав в первый раз в жизни подобную гимнастическую позу.
Вид её изогнутого плоского живота да и умопомрачительного тела в целом стал сводить меня с ума. И, наверное, я был бы уже первым, но её мурашки, побежавшие по её коже, дали понять, что Лойт опередила меня. Мне пришлось подхватить её за бёдра, чтобы она, как и перед Сарги, снова не плюхнулась себе же на голову. Она одним движением подняла свой торс, обняв меня за шею, и я обхватил её медовую попку. Всё её тело покрылось гусиной кожей, вздыбив маленькие волоски там, где они были у неё, и Лойт спазматически задёргалась, а заодно и объявила своими чересчур громкими и прерывистыми вскриками о своём таком большом успехе всем снаружи шатра. Наверно, так кричат, когда рожают.
Её улыбка исчезла, и она сжала челюсти, словно в поднятии тяжёлой штанги. С десяток секунд Лойт, затаив дыхание и сильно вцепившись пальцами в меня, была сжата, словно стальной комок, но затем её глаза закатились, и она резко обмякла.
Я обескураженно замер, продолжая держать в руках медузу, в которую превратилось крепкое тело девушки, и… Эй, а что делать-то? Я в панике заозирался, так как никогда такого ещё не видел, не испытывал и не знал, что делать. Вокруг никого не было, и я, сгорая от стыда, неуверенно, но громко позвал:
– Эй!.. Сартах!.. На… помощь!
Продолжая нервно смотреть на тело в своих руках, я пропустил мимо мышления пришедшее уведомление, хоть и прочитал его краем глаза.
Наконец-то ко мне пришли на помощь. В шатёр зашла Роал, которая с ходу глухо и строго спросила:
– Ших! Чего орёшь? Что у вас тут?..
Гаяра скинула капюшон плаща Роал со своей головы с подобранными в хвост на затылке пышными волосами и, недовольно пробормотав, что в шатре нечем дышать, вопросительно воззрилась на меня. Но её лицо вытянулось в недоумении, и она непроизвольно воскликнула:
– Ты кто, Машах, такой?!
Но я проигнорировал её вопрос о своём обличии и плаксиво, так как мне было некомфортно, что она меня видит в таком положении, протянул:
– Во-о-от… – и, чтобы привлечь её внимание к проблеме, помотал телом Лойт в своих руках, отчего тело белой девчонки замотало, как пакет на ветру.
– Что «вот»? – отрешённо переспросила Гаяра, что так и не отвела своего прилипшего ко мне взгляда, продолжив заворожённо пялиться не туда, куда надо.
– Да вот же! Она… она издохла. И тут… – не выдержал я, поддавшись панике, отчего вскрикнул и замотал телом Лойт ещё сильней.
И всё же Гаяра наконец переключила своё внимание на Лойт и, увидев безвольное тело девушки, подозрительно всмотрелась в неё. Но тут же вынесла вердикт своим строгим голосом:
– Успокойся. Она жива. Просто девочка не справилась с эмоциональным выплеском.
Говоря это, Гаяра пошла ко мне и, снова переключив всё своё внимание только на меня, отчего конец её фразы зазвучал механическим голосом, она так и не договорила конец фразы. Поняв, что с Лойт всё нормально, все её мысли снова переключились на мой облик, отчего она, подойдя ближе, с неподдельным интересом резко спросила:
– Ты эльф?
– Да нет же, Гаяра. Другое… Во-о-от, – и на этот раз я помотал тазом.
Глаза Гаяры, горя любопытством и пристально изучая всего меня, скользнули с моего лица вниз и, достигнув проблемы, преобразились в скучные. Она одним движением скинула с себя плащ и, принявшись стягивать перчатки с рук, зашла мне за спину.
– И чего ты её держишь на весу? Давно бы сел на колени. Садись уже, – усмехаясь надо мной, произнесла она.
Я послушно стал опускаться на шкуры, а она, вздохнув, запричитала дальше, но голос её был беззлобным:
– Вот не думала я, что вот так сразу буду обхаживать… убийцу своего мужа. Постой!
Я уже сел, продолжая держать безвольное тело Лойт перед собой, когда Гаяра запустила свои пальцы мне в волосы. Она аккуратно развела их в стороны и задумчиво прокомментировала:
– А я всё думаю, чего ты как пришибленный себя ведёшь? Вроде и эффект от зелий уже давно должен был бы спасть. Болит?
На удивление, её голос стал очень мягким, а прикосновения пальцев аккуратными. И она, не дожидаясь от меня ответа, ответила сама:
– Знаю, что болит. Сильная травма. Ещё и нанесённая во время действия зелий. Тц! Лойт не видела, что ли? Тупая, Сартах…
Шикарное тело коснулось моей спины, и упругие груди надавили мне на лопатки. Она придвинулась ещё ближе, и к моей спине прижалось всё её великолепное тело, а подбородок Гаяры лёг мне на надплечье, и её лицо показалось сбоку от моего. Гаяра, сев на колени позади меня, обняла меня бёдрами, и её ладони заскользили по моему торсу от груди вниз.
Я повернул лицо к ней, посмотрев слегка сверху вниз, так как её голова на моём надплечье находилась ниже. У неё был твёрдый и спокойный взгляд, а прелестное лицо, обрамлённое двумя изогнутыми и длинными до подбородка прядями, ничего не выражало. И я наконец вспомнил, кого она напоминает, но я никак не вспомню имени. Помню, Мишель что-то там, то ли Срам-это, то ли Царь-миньето. И то, когда та была очень молодой, так как Гаяра больше схожа с Лойт, особенно их носики идентичны. У Гаяры он просто копия того, что у беленькой.
Её пальцы, достигнув моего физиса, перебрались на тело Лойт, что намертво зажала меня, будто стальной капкан. Я не видел, что Гаяра там делает, так как продолжал смотреть в разноцветные глаза женщины. Они были словно голубые сапфиры, но имели небольшой белый, словно молоко, окрас вокруг белого зрачка. И Гаяра, в свою очередь, пристально смотрела в ответ. Одна из её ладоней вернулась обратно ко мне, обхватив меня пальцами и начав управлять всем там. Её подбородок оторвался от моего плеча, и лицо Гаяры слегка приподнялось, став ближе к моему, а её губы тихо прошептали:
– Почему ты так смотришь?
Я неуверенно ещё чуть-чуть приблизил своё лицо к её. Она продолжала работать руками и пристально смотреть мне в глаза, но её губы едва приоткрытого ротика задрожали. Я стал медленно отклонять свою голову дальше вбок и приближать свои губы к её, а её веки медленно прикрылись, став узкими прорезями, через которые её расслабленный взгляд ещё продолжал смотреть на меня. Её губки потянулись ко мне навстречу. Соприкоснувшись друг с другом лишь краешками, я почувствовал, насколько они мягкие и гладкие. Но только её сухие губы стали проминаться под моим последующим давлением губ на них, как произошло несколько вещей. Во-первых, я наконец выскользнул из Лойт. Во-вторых, уже сама Лойт застонала. И, в-третьих, бешено ворвавшаяся в шатёр Сартах властно прикрикнула:
– Что за своевольное бабское царство вы тут развели?!
Всё это заставило Гаяру вздрогнуть и резко отстраниться от меня назад. Впрочем, её лицо оставалось расслабленным и спокойным. Она с достоинством встала и принялась одеваться. Сартах же, скинув капюшон, грозно обвела всех взором. А за её спиной обнаружилась Тосэт, которая, тоже открыв лицо, смотрела уже с горящим взором, и она явно желала не то что увидеть продолжение, но и самой присоединиться. Сартах уставилась на натягивающую перчатку Гаяру и тяжёлым голосом вопросила:
– Гаяра?
И я отметил, что бывшая названная сестра моей лисички избегает прямого контакта глаз с Сартах, хоть и остаётся внешне непоколебимой. Гаяра пристально посмотрела на меня, будто решая, что говорить, но, поёжившись и не отводя от меня глаз, заговорила:
– Да Лойт упала в обморок, ей свело мышцы, и она защемила твоего Д’хокар. Сама понимаешь, дело нехитрое. Так что пришлось расцеплять их.
Но Сартах не удовлетворилась ответом и угрожающе заметила:
– И ты решила воспользоваться Рамаб’Гир, чтобы самой стать Роал?
Гаяра лишь тяжело вздохнула, так ни разу и не взглянув в сторону Сартах, а затем сказала:
– У него травма головы. Сильная. Я бы повременила с проведением Хубаал.
– Не тебе решать! – Сартах гневно оборвала Гаяру, но на половине фразы прервалась, так как, по-видимому, чуть её не назвала своей сестрой.
Гаяра же, всё это время одеваясь и продолжая смотреть на меня, лишь грустно улыбнулась, тем самым показывая мне, что между двумя женщинами сложные взаимоотношения. Тем не менее Сартах подошла ко мне, всё ещё сидящему на земле, и стала перебирать когтями мне волосы на голове. И ещё что-то проделав у меня за спиной, она обратилась к Лойт, что удивлённо оглядывалась по сторонам: