Байки Гремлинов – Неудержимость IX (страница 6)

– Но ты прав. Ты привлёк… моё внимание.

Всё было достаточно просто. Разве станет Хранитель Леса, недолюбливающий людей и эльфов, объявляться у его границ ради проверки того, почему там одни двуногие ублюдки режут других? Ей плевать на всё это. Тут может идти хоть война, и пока никто не рубит и не жжёт её лес, она не кажет и своего виду. Эльфы резали Поля до меня уже достаточно долго, но она явилась тотчас, как я зашёл в лес. Вывод? Она чует меня. Как? Следуя из того, что она подавила у меня эффект Хозяина Леса, сам лес ощущает меня. Я подхватил её слова и направил в нужное мне русло, спросив напрямую:

– Ты пришла познакомиться? Или у тебя более конкретное предложение?

На сей раз её изогнутые объёмные брови зелёного цвета приподнялись, и она на некоторое время, пока обдумывала мои вопросы, молчаливо впялилась в меня обескураженными глазами. Я же, глянув на бой, где среди групп ещё сохранялся статус‑кво, не дал ей додумать ответы и предложил:

– Может, объединим усилия и ты позволишь моим Девам добить эльфов? А я в обмен на это… я выполню твою просьбу.

Дриада сразу же ухватилась за это и с интересом уточнила:

– Любую?

Я хмыкнул:

– Нет, не любую. Но обещаю обдумать её и сказать, смогу ли я её выполнить. И если нет, то ты вправе просить другое.

– Какой ты… хитрый, – Фира стрельнула в меня глазами и, помолчав, заявила: – Ты даже не ответил на мой вопрос о том, кто ты есть…

Я поморгал, так как только сейчас понял, что она уже достаточно давно прижимает меня своим телом к дереву. Как это произошло? Когда она успела? Почему я пропустил этот момент?

– Что случилось? Отчего ты так напрягся? – её голос разразился вереницей ехидных колокольчиков прямо у моего лица, а губы обдало сладким дуновением выдоха Фиры. Я понял! Это глаза. Каждый раз, когда я в них смотрю, она каким‑то неведомым образом гипнотизирует меня, и моё зрение становится замыленным, концентрируясь только на самих глазах. И именно поэтому я не вижу и не определяю её мимику. Я закрыл глаза, что вызвало ещё один смешок со стороны сладострастной Дриады, и она отстранилась, а я с сожалением отметил и оценил утрату давления её упругого тела на своё.

Стараясь более не смотреть в её глаза, я вообще отвернулся от неё и принялся следить за боем. И сразу отметил изменение в поведении зверей, что теперь не кидались при малейшей возможности на девушек, а даже немного скооперировались с ними, отчего дело заспорилось. Эльфы, конечно, были мощными, да ещё и сработанной командой. Разрывая силой, разрубая оружием и уничтожая магически беспрерывно возникающие оковы природы, ушастые не только успевали отбиваться от нападающих зверей и жалящих исподтишка постоянно трансформирующихся в мечи девушек, они также успевали ещё и помогать друг другу избегать новых земляных ловушек и прикрывать от ударов соседей. Я поймал себя на мысли, что вся их бешеная активность напоминает мне собой цирковую труппу гимнастов: выверенную, слаженную, чёткую по движениям. Они скакали с одного места на другое, запрыгивали на плечи и спины друг друга, клинки разрезали воздух столь стремительно, что напоминали крутящиеся лопасти вертолётов, а пара среди них лучников расстреливала округу стрелами, словно из автоматов. И я скажу, что если бы не станящие заклинания Дриады, что тормозили и отвлекали на себя половину движений эльфов, то элитные бойцы бы влёгкую отбились от всех нападающих.

Через несколько секунд моего наблюдения я различил возникновение для ушастых новых препятствий, по земле стали перекатываться волны, стремительные гребни, разрыхляя почву, старались вдарить по ногам обороняющихся, а трава под ногами эльфов теперь становилась острыми ножами. В нескольких местах поодаль битвы стали формироваться фигуры големов, состоящих из земли, камней, веток и оплетающей всё это, чтобы скрепить между собой, травы. Крайние деревья леса стали гибкими, подобно телам змей, и принялись резко, будто хлысты, лупить своими стволами по эльфам, чётко выворачивая свои кроны так, чтобы не зацепить союзных животных и моих Дев. Я кинул быстрый взгляд через плечо на Дриаду, которая, оказывается, уже полулежала на кушетке, образованной для себя из толстых корней деревьев. И она по‑прежнему глядела на меня одним глазом, а вторым следила за битвой.

Подловив меня на том, что я глянул на неё, она внешне равнодушным тоном, но переполненным скрытым подначиванием, предложила:

– Готова поставить на то, что я первой пролью эльфийскую кровь…

Я повёлся и, быстро отводя взгляд, хмыкнул:

– Поставить что? И первой по сравнению с кем?

Я почувствовал прикосновения к моим икрам и настоятельные тычки за коленями, будто мне предлагали согнуть ноги, чтобы сесть. Я оглянулся за спину, увидев сформировавшееся из корней, подобно кушетке Фиры, плетёное кресло, и сел в него. Фира же медовым голосом пояснила:

– Первой из нас двоих… А поставить… Твою жизнь… Если я смогу первой пролить их кровь, то ты навсегда останешься в моём лесу.

Такой наглости я уже не мог противодействовать, отчего я посерьёзнел и мрачно молвил:

– Во‑первых… Я тебя уделаю, Фира. Не в споре… Нет. А в битве один на один с тобой. Я тебя порву на дрова и щепки… А во‑вторых… Твой Лес располагается в моих Землях, а значит – это мой Лес…

Само собой, моей наглости она тоже терпеть не стала, и моё тело мгновенно оплели корни кресла, намертво сковывая собой. После чего они развернули меня лицом к Дриаде и приблизили к ней, но я всё ещё оставался в сидячем положении. Я разглядел хищную улыбку и, избегая её глаз, сфокусировал свой взгляд только на её губах. Она же злоехидно процедила:

– Ты‑ы? Победишь меня? Ты слабак! Нахальный! Самоуверенный! Дерзкий идиот! Насекомое!

Начав перечислять все мои достоинства и сама заводясь от своих слов, Дриада приподнималась из своего полулежачего состояния и всё больше склонялась ко мне. Её палец с длинным острым ногтем, напоминающим огромную чешуйку поясохвоста, ткнулся мне в подбородок и надавил острием на кожу, сама же Дриада продолжала выплёвывать оскорбления:

– Червяк! Знай своё место, ничтожество! Тебя стоит проучить! Тебе лишь невероятно повезло, что ты неведомая для меня зверюшка! Поэтому я лично покажу тебе, где твоё место!

Корни деревьев давно уже перестали формировать для меня кресло и, разведя мои конечности в стороны, подвесили в воздухе перед Фирой. И они также сжимали мне шею, норовя оторвать голову от тела. Вот только реальное давление и разрывание для меня было незначительным, тем не менее я не подавал вида, что мне легко, а продолжал наблюдать за следующими действиями вспыхнувшей Дриады. Фира уже стояла передо мной в полный рост, широко расставив крепкие ноги, а вспыхнувшее бешенство распушило на её теле всю чешую. Голос её сорвался на крик:

– Да как ты вообще посмел?! Наплевал на моё гостеприимство! Хамишь мне?! Это Мой Лес!!! Ублюдок!

Так! Походу, она уже всё. Совсем поплыла. Даже стала путаться в смыслах своих слов. Я использовал Гоустран, проваливаясь спиной назад через её корни, и телепортировался за границы леса и подальше от места битвы. Но навык переноса не сработал, я никуда не портанулся, оставшись падать спиной на землю. Значит, пока я нахожусь в Лесу, Дриада имеет некую власть надо мной и может блокировать у меня некоторые навыки. А я ведь хотел избежать прямой битвы с ней.

Всё ещё падая, я наблюдал, как корни, что держали меня, начали извиваться и тянуться ко мне, но они пока ещё скрывали меня собой от взгляда Фиры. У меня оставалось девять метров в режиме Призрачного Бега, что было достаточным для преодоления пути к границе леса. Но я медлил, так как раздумывал, стоит ли мне бежать? Или всё же трансформироваться в Драконайта и дать бой? Восьмитысячный уровень Дриады подразумевал, что у неё минимум по десятке тонн в каждой Характеристике. Другой же момент: я не знаю её точного билда. Вряд ли она вкачивала в силу и выносливость. Основные – Магия, Интеллект и Мудрость, там примерно по пятнашке, а значит, Сила и Выносливость – по пятёрке. Мои показатели, что возрастут в четыре раза под Мощью Дракона, превзойдут её в физической силе, но ей всё равно будет достаточно попасть по мне любым одним заклинанием, чтобы одолеть. Для неё я всё ещё слаб, это правда. Я могу только подловить её на Ловкости и задавить Силой. Поэтому сейчас, пока она ещё не знает, с кем она столкнулась, у меня остался фактор внезапности и мне надо действовать на опережение. Однако перед моими глазами зарябило от возникшей мелкой пыли. Всё пространство вокруг меня наполнилось грибными спорами, которые несли эффект Ослабления, а моей спины стали касаться новые древесные отростки, но я всё ещё находился в падении, а корни передо мной продолжали скрывать от взгляда Фиры. У меня оставался ещё миг для принятия окончательного решения – бежать или атаковать.

Мощный хвост упёрся в землю, не давая моему монструозному телу окончательно упасть, и спружинил меня в обратную сторону на корни. Моя морда показалась над корнями, так как мой размер увеличился вдвое, и все мои четыре глаза встретились со взглядом Дриады. Я различил в ней мимолётное оцепенение, и пока она воспринимала мой новый облик, я использовал Гоустран, чтобы перенестись через корни к ней. Оказавшись возле Дриады, я наотмашь ударил по ней лапой, и её тело, словно от удара автомобиля, взмыло над землёй. Ею будто выстрелили, и Фира пушечным ядром влетела в дерево, разбивая мощный ствол своим телом. Я постарался не причинять ей критического урона, в противном случае я мог ударить и когтями, мгновенно убив её. Тем не менее мой дробящий удар, по‑видимому, переломал в ней достаточно костей, так как тело дриадки после удара об дерево шмякнулось об землю и затихло.