Барри Берт – Ангелы сумрака (страница 1)
Барри Берт
Ангелы сумрака
Крик заблудших душ
Последние недели Сергей Ганчев, проводил в здании полицейского отделения, у бывшего сослуживца Алехина. Он давно ведомый делом Фридриха Юргенсона, с помощью звукозаписывающей аппаратуры и радиоплазмохрона, прибора собственной сборки, пытался записать голосовые аномалии.
Месяц назад, они выбрались с Вадимом в бар, желая вспомнить молодые годы, мужчины договорились о встрече. Сидели, попивали пивко, лопали сухую рыбешку, и тут Вадим возьми и выдай.
–В участке ночью, дежурить жутко.
–Чего? – удивился Сергей.
–Дети донимают – протянул Алехин, выудив из пачки сигарету.
–Какие дети, в отделении, у вас, что детей теперь держат?
–Да нет, мертвые дети.
Только сейчас, Сергей обратил внимание на измученное лицо товарища, впавшие глаза, синюшные мешки под ними. Да и движения дружбана, были нервными, рывки руками, глубокие затяжки сигаретой, выдохи дыма. Все указывало на нервное переутомление.
–С этого момента поподробнее...
–Что сказать, администрация города, или кто там, умники сука! Это ж сколько ума нужно, чтобы в бывшей психлечебнице для таких вот детей, разместить отделение. Они ночами воют...
Далее Вадим рассказал, как впервые неделями ранее, как только они переехали в здание, услышал эти жалобные стоны и крики. Одну ночь они раздавались с полуночи и до четырех утра, они с коллегами обошли все помещения никого не обнаружив. Несколько задержанных в камерах молили увезти их в другой приемник, настолько невыносимо и пронзительно выли голоса из ниоткуда.
Затем все стихло. Последующие дежурства, их слышали лишь раз. Днями позже, еще кто-то обмолвился о них. После лишь изредка доносились стоны, одиночные крики, исполненные ужаса и отчаяния.
–Вот уснул ты, часа три ночи, все под контролем, напарник бдит, и тут – вопль. Такой бля, что сердце обрывается, а напарник со стаканом, глядит на тебя, глазами совы. Вот так-то братец, как оно бывает, хрен его...
–Слушай, Вадя, я-то работаю с Громовым, ты же знаешь нашу специфику, мне бы у вас провести опыт, а?
–Что за опыт?
–Да так, замеры потусторонних вихревых колебаний!
Спустя три дня, Вадик договорился с начальником отдела Кирносенко, бывалый правоохранитель, еще из тех, советской закалки, строгий исполнительный, но разрешил, зная Ганчева лично, да и Громов пользовался авторитетом среди правоохранителей несмотря на нестандартный подход к делу.
Ганчев разместился в отдаленном кабинете, с облезшими обоями, вдоль стен стояли шкафы с папками бумаг, около окна томился массивный стол для письма. Именно в этих краях здания в последний раз слышали крики призраков.
Солнце двинулось к закату, оранжевые лучи томно ползли по стеклу книжного шкафа, Ганчев курил очередную сигарету, дожидаясь пока кипятильник нагреет воду в стакане. В кармане пиджака завибрировал мобильник.
–Слушаю вас, Архип Семенович.
–Сережа, ты где?
–Да по делу тут, плазмохрон хочу испытать.
–У нас есть новые задачи, Любовская Анна Петровна, подала заявление, муж пропал при странных обстоятельствах, нужно чтобы вы с Мартыновым разъяснили, что к чему, детали вышлю на почту.
–Добро, жду письмо!
«Ах ты, черт тебя дери, Любовская! Что ж вам не живется спокойно?» – подумал Сергей, облокотившись спиной о спинку деревянного стула. Вечер тянулся, сегодня сумерки сгущались, наползали будто густой синий туман, а темнота все не наступала, отчасти наверно потому, что он так ждал ночи.
Заварив чай, он обновил почту в телефоне, письмо от шефа еще не пришло. Отпив, молодой человек отставил стакан на подоконник и раскрыл стоящие под ногами портфели и чемодан. Из последнего он вытащил довольно тяжелый деревянный ящик, его он поместил на левой половине стола. Посредине он разместил бобинный магнитофон, за ним коробку с лентами, подсоединил к магнитофону микшер, растянул шнуры и вывел в коридор чувствительные микрофоны, один провод от микшера, он подключил к радиоплазмохрону.
Сунув вилку в розетку, он тут-же увидел, как заработали лампы накаливания, торчащие из деревянного корпуса кустарно собранного прибора, фиксирующего всяческие аномалии. Он изготовил его по собственным расчетам, был у него и портативный для перемещения по надобности. Закрепив за край стола штатив, он прикрепил к его концу плетенный леской и проволокой бубен-резонатор, довольно крупный трапецевидной формы предмет, к слову нечто схожее с ловцом снов, как оказалось необходимый атрибут, от него он протянул тонкую шелковую нить, и привязал ее у основания микрофона, стоящего посреди кабинета.
Закурив, Ганчев закрыл окно, чтобы посторонние шумы не мешали процессу, а после усевшись на стул, натянул наушники. Суть радиоплазмохрона, состояла в том, что он считывал звуки психополя пространства, с помощью усилителя он слышал их в наушниках, а вот бобинный магнитофон записывал, что самое интересное, современная техника не слышала аномалии.
После захода солнца, он долго глядел в угол комнаты, иногда снимал наушники, поднявшись разминал поясницу, ноги, прохаживался по кабинету. Пикнул телефон, он прочитал сообщение от Архипа.
«Значит следующее, поступило сообщение о пропаже супруга от Любовской Антонины Петровны. Супруг Колычев Андрей Сергеевич 1977 года рождения, пропал две недели назад. На поиски отправился участковый Никитин Вадим Антонович 1990 года рождения, с. Куйбышево, также исчез. Село Калайтановка и окрестности, найден мотоцикл Колычева, последний участковый территориального объекта, а также записная книжка с оккультными знаками, ритуальные кости и пр. Вам с Артуром, настоящим, приказываю прочесать окрестности Калайтановки и прилегающих территорий, собрать всевозможные улики. Действовать согласно внутреннего устава. К заданию приступить ежечасно!»
Он набрал ответное сообщение:
«Принято! Приступаем к выполнению.»
Затем он отправил скопированное сообщение Костину Артуру, несмотря на то, что Громов явно сообщил последнему, у них приветствовалось дублирование сообщений и приказов.
Он уловил движение шкалы, швырнув на стол мобильник, он схватил наушники и натянув на голову застыл в полусогнутом положении включив запись. Плавно закрутились бобины, потянулась черная лента.
В наушнике раздалось шипение, тонкий протяжный писк похожий на визг летучей мыши. Затем все стихло, хотя датчик со стрелкой продолжал нервно вздрагивать. Он склонился над аппаратурой, откинул верх пачки, выдернул сигарету, щелкнул зажигалкой. Затянулся и замер. Был слышен треск магнитофона, легкое жужжание моторчика, его собственные затяжки сигаретой, трещали горящим табаком громче всего, но более он слышал стук своего сердца. Происходило действо, будоражащее его разум последние три года.
Когда этажом пронесся детский крик, истошный, полный боли и страдания. Он замер, датчик зашкаливал в ушах звенело, сердце стучало пуще прежнего. Крик раздался еще раз, и еще. Ему казалось, эхо трусит стены.
Все стихло так резко, что он принял это за звуковую галлюцинацию, за плод своего воображения. Но последующее прослушивание записей и беседы с дежурными развеяли все его сомнения, радиоплазмохрон функционировал и вполне исправно.
Сыскное агентство - "Ангелы сумрака"
Когда в их «контору» поступило заявление о помощи в одном довольно запутанном деле, как раз в духе их специфики, он тут же согласился, тем-более Соня настояла. Их частное учреждение занималось довольно запутанными делами, вот и сейчас местные сыщики оказались бессильны. В такие моменты, люди считали, что дело связанно с нечистой силой, а их агентство специализировалось на таких вот странных делах.
Сам директор сыскного агентства – «Ангелы сумрака», Архип Громов, был отставным следователем в звании подполковника, их отдел и впрямь занимался всякими чудными преступлениями, и подход в их делах был нестандартный: гипноз имел место, бывший разведчик ныне запойный опер Абрамович, Соня или София Павловна экстрасенс и лекарь в свободное от службы время, да двое разжалованных офицеров Серега и Арчи, последние года, оба служили в патрульной службе, а сейчас трудились под его крылом.
Заявление поступило сразу от двух семей, пропали мальчик и девочка десяти и двенадцати лет, что говорить, большое горе, тем-более что поисковые операции с участием волонтеров и кадетов Марьинского лицея не дали результатов. Поселок Грабовка сам по себе издавна прослыл неблагополучным, пропаже двоих детей Архип не особо удивился, Соня тут же выдала – дело нечистое, мол она видит темную материю и тому подобное, к слову так чаще всего и было, когда девушка, изучала вещи пропавших. Но вот ориентировку, которую она подала, до этого никто не озвучивал.
–Нужно ехать на Старообрядческое кладбище! – заключила она.
–С хрена ли на Старообрядческое, если в Грабовке, Лидиевское?
–Архип Семенович, а я еж что ли? Навеяло мне! – обиделась Соня.
Девушка крутанулась в кресле и уткнулась в монитор, Архип поглядел ей в затылок, тонкая шея пряталась за воротником белоснежной рубахи, воротничок которой скрылся за строгим, серебристым воротом классического костюма. В этой красавице скрывалась неведомая сила, люди, бывавшие на ее приемах, подолгу не могли опомниться, кто-то восхищался даром, а прочие боялись, и более не приходили. Хотя в большинстве случаев она всем помогла избавиться от недугов, касавшихся мануальной терапии.