Барбара Вуд – Звезда Вавилона (страница 47)

И тут он увидел, чему они так радовались: они нашли пистолет на песке. Наверное, он выскользнул из-за пояса. Но где же спальные мешки?

Потом он заметил Кэндис, спрятавшуюся между камнями. Она забрала с собой рюкзак и спальные мешки. Незваные гости ходили по лагерю в поисках чего-либо ценного и все ближе продвигались к Кэндис.

Гленна прошиб пот. Надо было спуститься, отвлечь их от ее укрытия. Испугаются ли они его полицейского жетона или придется драться?

Главный из прибывшей троицы положил винтовку на землю и, взяв в руку пистолет, начал медленно подходить к затаившейся Кэндис. Гленн видел ее волосы, развевавшиеся на ветру, словно темно-коричневые флаги. Даже слепой мог бы увидеть их.

Он, распластавшись, прополз по краю валуна, не сводя глаз с солдат. Когда из-под его руки посыпались каменные обломки прямо под ноги главарю, сжимавшему в руке пистолет, Гленн замер. Кэндис посмотрела наверх. Ее лицо было белым словно мел. Он жестом велел ей не высовываться.

Ветер вдруг стих, и стал слышен каждый звук. Солнце нещадно пекло, по лицу Гленна стекал пот.

Главарь был уже в шаге от Кэндис, но стоял к ней спиной. Если бы он повернулся, то сразу бы увидел ее.

Гленн вскочил на ноги и, прежде чем мужчина внизу услышал шум, прыгнул с валуна. Он приземлился прямо на бандита; Гленн попытался выбить у него из руки пистолет, и они повалились на песок. Противник не сдавался. Гленн нанес ему мощный удар в челюсть. Раздался звук треснувшей кости, и мужчина обмяк.

Подбежали двое других, схватили Гленна, оттащили от своего товарища, лежавшего без сознания, и бросили к скале. Зажав его в угол, они начали бить его в живот и по ребрам, пока не послышался другой треск и один из них не закричал, отступив назад и схватившись за голову.

Третий солдат обернулся, но слишком поздно, чтобы уклониться от приклада винтовки, которым Кэндис со всего размаха ударила его в лицо так сильно, что он отлетел в сторону и с глухим стуком упал на песок.

— Все в порядке? — спросила она, подбежав к Гленну.

Он притянул ее к себе и с силой поцеловал. Отбросив винтовку, она обняла его и ответила поцелуем, затаив дыхание.

— Я думала, что ты меня бросил! — кричала она на него.

Он взял ее лицо в ладони, провел пальцами по волосам, словно не желая отпускать ее ни на секунду.

— Бог мой, разве я мог так поступить? Ян сбежал. Я знаю, в какую сторону он поехал. Кэндис, таблички у него.

— О нет!

Один из солдат пришел в себя и со стоном стал подниматься, подобрав свою винтовку.

Гленн схватил спальные мешки и закинул их в джип. Потом взял Кэндис за руку.

— Скорее!

Пока он заводил двигатель, солдат смог встать и прицелиться. Гленн переключил передачу и утопил педаль газа в пол в тот момент, когда пуля срикошетила от борта автомобиля. Они помчались прочь, петляя из стороны в сторону, подняв за собой столб пыли, перелетая через камни и заросли кустарника. Пули попадали в джип, пока они не отъехали достаточно далеко, чтобы чувствовать себя в безопасности.

Но Гленн не сбавлял скорость. Возможно, солдаты были в патруле и где-то поблизости их дожидались остальные.

— Я не мог понять, почему Фило не перехватил нас и не забрал таблички, — прокричал он, когда они неслись по равнине. — Во сне я догадался, что Ян мог работать на Фило. Тогда я вынул ключи из «понтиака» и спрятал там, откуда Яну не удалось бы их достать, не разбудив меня, — под свою свернутую куртку, которую положил под голову. — Но это не сработало. Я уснул, а утром ключей уже не было.

— Почему ты не проснулся, когда он вынул ключи?

— Потому что нас чем-то опоили.

— Что? — Потом она вспомнила: кофе прошлой ночью. Под колеса джипа попал крупный булыжник. Гленн и Кэндис подпрыгнули на сиденье. — Куда мы едем?

— Следы от машины Яна ведут на север. Будем надеяться, что догоним его раньше, чем кто-нибудь другой догонит нас!

Тогда он окажется в ее власти и будет вынужден раскрыть свое тайное общество и все остальные секреты. Как он сможет не подчиниться ей?

Джессика рассмеялась, ветер сорвал смех с ее губ, и, пока она ехала через высокие горы, ее ярко-синий спортивный автомобиль сиял на солнце, словно сапфир. Никакие уговоры, сказали ей жители деревни, не смогут убедить монахов открыть ворота. Многие пытались, но ни у кого не получилось. Джессике было все равно. Она собиралась как следует напугать монахов, и уж тогда они точно отопрут ворота. Это был надежный план, потому что она знала, чего мужчины боятся больше всего.

Когда она увидела покрытую красной черепицей крышу, высокие арочные окна и круглые башни замка, построенного в романском стиле, то вспомнила сказки, которые читала в детстве, где были герои, спасавшие прекрасных принцесс, и как она мечтала, чтобы они пришли и забрали ее с собой. А потом она выросла и решила, что сама будет определять свою судьбу. Забавно, но детская мечта сбылась. Хотя Фило Тибодо не носил доспехи и не скакал на боевом коне, он тем не менее спас ее.

Она чуть отпустила педаль газа.

Здесь, если верить Раймону Тулузскому, в древней крепости крестоносцев, жило братство известное как орден Огня. Они жили тут еще девятьсот лет назад и, как это ни было удивительно, жили здесь до сих пор.

Она подъехала к воротам, ее оружие было скрыто под юбкой.

— Здесь кто-нибудь есть? Не могли бы вы мне помочь? — позвала она на безупречном французском. — Я заблудилась. Ищу Бонкур.

Охранник сидел в караульном домике, выглядевшем лет на двести, хотя внутри был установлен компьютер и оборудование для наблюдения. Когда он вышел, она с удивлением посмотрела на него. Он носил длинные волосы и бороду, был одет в белую сутану с капюшоном, на ногах сандалии, а на груди яркая эмблема из красного и золотого цветов, напоминавшая языки пламени.

Как на кольце Фило.

— Простите, мадам. Вы должны уехать.

Она вылезла из машины.

— Я направлялась в Бонкур, а потом, видимо, не туда свернула. Могу я позвонить от вас?

Его взгляд переместился вниз, на ее юбку, и она заметила, как переменилось его лицо и появилась осторожность в словах, страх, старый, как само человечество, который действовал на любого мужчину, увидевшего беременную женщину.

— Мне очень жаль, но вы должны развернуться и поискать другую дорогу.

Она сделала несколько шагов, и ему стало не по себе. В старые времена, занимаясь мошенничеством, Джессика срубала большие деньги, изображая беременную. Она мастерски подделывала походку, передвигаясь вразвалочку и сложив руки на огромном животе.

— Могу я воспользоваться вашим телефоном? — повторила она.

Он поднял руку.

— Нет-нет. Уезжайте. Тут нет никакого телефона.

— Ой! — вскрикнула она.

— Что случилось, мадам?

— Схватки! Еще рано! Пожалуйста, помогите мне.

На его лице появилось выражение ужаса.

— Вам нельзя заходить сюда.

Она надавила рукой в область паха и проткнула спрятанный мешочек с водой. Жидкость потекла по ее ноге.

— Ребенок выходит. Он сейчас появится!

Короткий звонок по телефону с просьбой о помощи — и через пару минут прибежали монахи в белых одеяниях. Они уложили ее на носилки старого образца и поспешили вверх по холму; после ее громких криков в окнах замелькали испуганные лица.

Ее пронесли через каменные коридоры, под древними арками и мимо массивных деревянных дверей. Все выглядело каким-то заброшенным. Наверное, здесь проживало не так уж много монахов. Вымиравшее тайное общество? Возможно, если только крепость не использовали в других целях. Странно, но ни у кого не было распятий или четок. На самом деле, в крепости вообще не было видно никаких признаков христианства.

В лазарете ее переложили на койку, застеленную накрахмаленными простынями. Комната, в которую ее принесли, была словно вне времени: голые каменные стены, деревянные шкафы, кувшины и бутылки, возможно, сохранившиеся еще со времен Средневековья. Она схватила руку врача мокрыми пальцами и увидела отвращение в его глазах. Он подбежал к раковине, снял золотое кольцо и вымыл руки с мылом. Потом он вышел, чтобы позвонить по телефону: женщину следовало доставить на вертолете в ближайшую больницу.

Когда он вернулся, койка была пуста, за исключением лежавшей на ней небольшой круглой подушки, которую он раньше никогда не видел. Женщина исчезла.

Так же как, к его вящему ужасу, и оставленное им на раковине кольцо.

— Почему остановились?

Гленн ударил кулаком по рулю.

— Бензин кончился. Отсюда пойдем пешком.

Они оказались посреди неизвестной пустоши, где их спутниками стали лишь солнце, ветер, песок со змеями и постоянная угроза наткнуться на солдат. Они молча взвалили на спины спальные мешки и рюкзак Кэндис. Без еды, с одной бутылкой воды они отправились по пустыне на север.

Синий «ламборджини дьябло» на полной скорости летел вниз по извилистой горной дороге, рыжие волосы Джессики развевались, подобно боевым стягам. Она никак не могла прийти в себя после того, что обнаружила в замке. Выскользнув из лазарета, она тихо пробралась через множество комнат и коридоров, везде встречая одну и ту же обстановку: шкафы с книгами, свитками, манускриптами, письмами и монографиями. Зная, что монахи ищут ее, она не останавливалась, чтобы прочесть все — ей хватило лишь одного.

Она была настолько потрясена, что чуть не попалась, стоя, как завороженная, перед папирусом, вложенным между двумя пластинами из стекла, рядом с которым был лист с переводом арамейского текста на английский и французский языки: «Неизвестное окончание Евангелия от Марка».