Барбара Картленд – Слушай свое сердце (страница 13)

Делле не хотелось вновь пожимать руку Джейсону, и потому она стала подниматься по ступеням.

Когда из дверей показался герцог, Джейсон развернулся, поспешил за Деллой и взял ее за руку.

– Я увижу вас завтра, – тоном, не терпящим возражений, заявил он, – в три часа. Не забудьте.

Он говорил очень настойчиво, так, словно это действительно много значило для него.

От прикосновения его ладоней у Деллы возникло то же ощущение, которое она уже испытывала, – отвращение и едва ли не ужас.

С величайшим трудом она сдержалась, чтобы не отнять свою руку у Джейсона, заставив себя пообещать:

– Не забуду.

Джейсон же смотрел на нее так, словно впервые увидел.

– Это было бы ошибкой с вашей стороны, – пробормотал он.

С этими словами он повернулся и торопливо зашагал вслед за отцом.

Взбежав по ступенькам, Делла бросилась к себе в спальню. И, только закрыв за собой дверь, она заметила, что дрожит всем телом.

Сначала ей угрожал герцог, а потом и Джейсон. Чего-чего, а этого она никак не ожидала.

– Да как он смеет! – воскликнула она.

И вдруг ей стало страшно.

Делла испугалась Джейсона и того давления, которое оказывалось на нее. Она испугалась того, что не успеет и глазом моргнуть, как выйдет замуж за человека, которого презирает.

И тогда она поняла, что должна бежать отсюда.

Джейсон наверняка не станет выжидать и тянуть время, как она надеялась, да и ей самой не удастся избежать замужества, не оскорбив при этом герцога.

Капкан был расставлен мастерски, и ей оставалось лишь сунуть в него ногу.

– Я не могу. Я просто не могу этого сделать, – со стоном вырвалось у нее. – От меня требуют слишком многого.

Делла в панике огляделась по сторонам.

Она почти ожидала, что стены расступятся и в них откроется тайное убежище.

А потом, словно повинуясь неведомой силе, снизошедшей на нее свыше, сопротивляться которой не было никакой возможности, она поняла, как должна поступить.

На самом деле все было очень просто.

Она должна выказать храбрость, чтобы поступить единственно правильным образом, как подсказывало ей чутье.

Делла все еще стояла в нерешительности посреди комнаты, как вдруг услышала, что наверх по лестнице поднимается дядя.

Постучав, он отворил дверь.

– Покойной ночи, Делла! Вечер удался на славу, и все остались чрезвычайно довольны.

– Да… пожалуй, что так, – выдавила девушка.

– И, насколько я понимаю, завтра после обеда к нам пожалует Джейсон.

– Да… он так… сказал.

– Замечательные новости. Покойной ночи, моя дорогая.

Дядя затворил за собой дверь, и Делла услышала, как он направился по коридору в свою комнату.

Она принялась судорожно переодеваться, первым делом сорвав с себя драгоценности, а потом и платье, которое швырнула на кресло, словно ненужную тряпку.

Затем Делла надела простое платье, в котором собиралась предстать завтрашним утром.

После этого она бросилась к французскому секретеру, стоявшему в углу, и достала лист гербовой бумаги из кожаного ящичка. Схватив промокательную бумагу, она выбрала перо и принялась быстро писать, не выбирая слов.

Ей казалось, будто кто-то посторонний диктует ей, что нужно изложить на бумаге.

«Мой дорогой дядя Эдвард!

Я должна ненадолго уехать, чтобы спокойно обдумать то, что от меня требуется, и прийти в себя от подобной неожиданности.

Я знаю, что вы непременно поймете меня.

Передайте графу, когда он приедет, что я совершила непростительную глупость, позабыв о том, что пообещала друзьям погостить у них несколько дней, и что, поскольку мы будем идти на их яхте вдоль побережья, вы не сможете снестись со мною.

Если вы пообещаете ему, что немедленно уведомите, как только я вернусь, то между вами и герцогом не возникнет обид и недопонимания.

Простите меня, но я не могу поступить иначе. Я еще не готова к откровенному разговору с Джейсоном.

Как всегда, с искренней любовью

ваша преданная племянница

Вложив письмо в конверт, она адресовала его дяде.

Затем девушка заглянула в гардеробную, которая соседствовала с ее спальней, в поисках мешка для грязного белья, и обнаружила большую сумку, в которой Эмили относила ее одежду в стирку.

Подойдя к гардеробу, она принялась укладывать в него самые простые свои платья, добавив к ним нижнее белье и щетку для волос.

Взяв с секретера письмо, которое она написала для дяди, Делла задула свечи и отворила дверь спальни.

Как она и ожидала, света в коридоре почти не было, а того, что оставался, едва хватало, чтобы она различала дорогу.

Ступая на цыпочках, девушка положила письмо на коврик перед дверью дядиной спальни, после чего спустилась вниз по широкой лестнице, которая привела ее к двери, выходящей в сад. Отодвинув засов, она выскользнула наружу и закрыла за собой дверь.

Быстрым шагом она пересекла лужайку, прошла сквозь кусты и оказалась перед конюшней.

Старый грум, ухаживавший за дядиными лошадьми, об эту пору наверняка крепко спал у себя в сторожке, а мальчишка, который помогал ему, жил в деревне.

Делле не понадобилось много времени, чтобы взнуздать Аполлона и водрузить ему на спину седло.

Пристроив сумку с одеждой позади седла, она подвела Аполлона к опорной подставке и села на него верхом.

Из конюшни она выехала через заднюю дверь на тот случай, если в доме кто-нибудь еще не спит, чтобы ее никто не услышал.

Затем она неспешно, поскольку торопиться ей было некуда, поехала прочь, в сторону Лонг-Медоу.

К этому времени на небе взошла луна и показались звезды. Дорога впереди была хорошо видна, а льющийся с неба свет придавал окружающему миру невероятное очарование.

Сидя в седле, Делла чувствовала себя так, словно та сила, что помогла ей раньше, и сейчас направляла ее.

Вот вдалеке показался цыганский табор, в центре которого янтарным блеском светился затухающий костер.

В ушах у нее вдруг отчетливо зазвучали слова Ленди о том, что она должна слушать свое сердце.

Впрочем, именно этим она сейчас и занималась, разве что по-своему.

Сердце подсказывало ей, что она не может выйти замуж за Джейсона. Когда он взял ее за руку, она с пугающей ясностью ощутила всю его порочность и непривлекательность.

Правда, с этим ничего поделать она не могла.

«Я убегаю, – сказала себе Делла, – и это единственное, что мне сейчас остается. У меня нет другого выхода, кроме как слушать свое сердце».

Глава четвертая