Барбара Фритти – Ловушка безмолвия (страница 58)
— Теперь я знаю, почему была связана с ним. Почему могла слышать в голове его голос, почему постоянно чувствовала его зло. Человек, который собирался меня убить, был моим отцом.
У Дилана отвисла челюсть, его глаза расширились от изумления и недоумения.
— Это… это невероятно.
— Он не знал, что это я, — быстро сказала Кэтрин. — Пока мы не спустились сюда, на причал, и он, наконец, не посмотрел мне в глаза. До этого я была для него просто работой. Этим он и занимался. Убивал людей. Все эти годы… все эти кошмары… все эти жертвы… это были его жертвы. Я видела, как они умирали. Видела, как он убивал, и не могла его остановить. Я никого не смогла спасти, даже родную мать.
Ее глаза наполнились слезами.
— Я вспомнила ночь ее смерти, всё… как вылезла из кроватки, когда они начали кричать, те ужасные вещи, что он ей говорил. Он считал ее сумасшедшей. Он был под кайфом. Вел себя как дикое, злобное животное, намеревающееся разорвать свою жертву на части. Один раз я попыталась обхватить его ногу руками, но он отбросил меня прочь, и после этого я просто стояла и смотрела. Как я могла так поступить, Дилан? Как могла ничего не сделать?
— Ох, Кэтрин, ты была маленькой девочкой. — Он притянул ее в объятия, прижимая ее лицо к своей груди, гладя по волосам. — Ты пыталась его остановить, но не смогла. Никто бы не смог.
Она хотела верить ему, и в глубине души верила, но эмоциональное чувство вины еще долго будет течь по ее венам.
— Возможно, я бы не смогла, — призналась девушка. — Но все же должна была стараться сильнее.
Он отстранил ее от себя, заглянув ей в глаза.
— Ты чертовски старалась спасти меня, и тебе удалось. Думай об этом, Кэтрин. Отпусти прошлое. Все кончено. Он мертв. Его нет.
— Хотела бы я быть уверена, что он не выйдет сухим из воды. Что, если он просто уплыл? — По выражению лица Дилана она поняла, что он рассматривал ту же возможность.
— Не думаю. Я видел, как его глаза вылезли из орбит, когда стискивал его шею. Он не мог дышать. Он тонул.
— Но ты сказал, что ударился обо что-то твердое. Должно быть, он приложил тебя головой о сваю причала. Ты был без сознания, когда я прыгнула в воду. Он мог сбежать.
Дилан кивнул в знак согласия.
— Возможно. Но ты ведь его не видела?
— Нет. Только кровь повсюду.
— Думаю, он мертв, но ты не обязана мне верить. Ты сама знаешь, что у тебя на сердце. Что ты чувствуешь?
Что она чувствовала? Кэтрин покачала головой, не уверенная, что сможет обратиться к своим способностям так скоро.
— Не знаю. Я в замешательстве. И очень не хочу снова пытаться связаться с ним.
— Это понятно.
— Ты, наконец, веришь моей связи с кем-то? — спросила она, немного пораженная мыслью о том, что Дилан безоговорочно поверил в нее. Она думала, что его логическое мышление никогда не сможет принять эту ее часть.
— Она привела меня к тебе, — сказал он. — Я слышал, как ты говорила со мной. Описание коттеджа, кормушки для птиц, каменной трубы.
— О, Боже. Правда? Так ты говоришь, что слышал голоса в голове? Лучше не говори об этом полиции. Они отправят тебя в психушку.
— Не голоса, а твой голос. — Он медленно улыбнулся. — Очевидно, ты не единственная, кто может быть чуточку экстрасенсом, но почему бы нам не оставить это между нами?
Его улыбка померкла, глаза стали более серьезными.
— Я тоже вспомнил то место из прошлого. Мама часто приезжала туда. Думаю, здесь она встречалась с моим родным отцом. В этом месте должен быть какой-то смысл. Это все, о чем я могу думать.
— Жаль, что мне не удалось заставить отца сказать, кто его нанял.
— Мы знаем, Кэтрин. Все всегда сводилось к нашим родителям и странным параллелям между нашими жизнями. Не верится, что признаю это, но я начинаю понимать, что жизнь состоит не только из фактов. Она не только черно-белая, а наполнена миллионом оттенков серого и вещами, которые не имеют смысла.
Кэтрин знала, что Дилану потребовалось много усилий, чтобы понять, что у него нет ответов на все вопросы, и что он не полностью контролирует свою жизнь или судьбу. Но он начинал принимать свои эмоции и верить в то, чего не понимал.
Какое-то время они просто сидели на галечном пляже, глядя на воду. Она не знала, искал ли Дилан признаки ее отца, но она определенно искала. Ему пришлось бы проплыть долгий путь, чтобы скрыться из виду и иметь возможность незаметно добраться до берега, но нет ничего невозможного. Вероятно, ей просто хотелось в это верить.
— Надо идти, — сказал Дилан. — Но прежде чем мы покинем остров, прежде чем вернемся, чтобы встретиться лицом к лицу с моим отцом, я хочу проверить, смогу ли найти здесь кого-то, кто точно скажет мне, как утонула мама. Может, кто-нибудь из соседей знает. Из тех, кто живет на острове уже много лет.
— Хорошо, — согласилась она.
Кэтрин поднялась на ноги и провела руками по мокрым волосам. С ее одежды все еще капало, и она наклонилась, чтобы отжать края футболки и брюк. Подняв с причала туфли и свитер, девушка постояла там мгновение, чтобы еще раз внимательно осмотреть окрестности. Она глубоко вздохнула и постаралась вести себя очень тихо. Ей не хотелось устанавливать связь с отцом, но нужно было в последний раз проверить, сможет ли она добраться до него. Ее разум вызвал его образ. Она видела, как он боролся с Диланом, упал в воду, но больше ничего. Она не чувствовала его. Может, он действительно мертв.
* * *
Дилан поежился, промокшие джинсы неуютно липли к ногам, но мокрая одежда была наименьшей из его забот. Несмотря на твердое заявление о том, что отец Кэтрин мертв, он не был в этом абсолютно уверен. И не хотел ослаблять бдительность. Они сбежали от одного плохого парня; кто знает, сколько еще ждало своего часа? Если он что-то и знал о Ричарде Сандерсе, так это то, что старик получал то, что хотел, и никогда не сдавался. Но Ричард, вероятно, не ожидал, что нанятый им профессионал потерпит неудачу. Они с Кэтрин должны были умереть на этом острове, далеко-далеко от жизни Ричарда.
И все же, если Ричард хотел держаться в стороне от преступления, почему не отправил их куда-то еще, в другом направлении? Зачем вести их в дом, который принадлежал ему? Нахмурившись, Дилан понял, что что-то не сходится, но не мог понять, что именно.
Черт, может, план состоял в том, чтобы убить Кэтрин и снова подставить Дилана. Возможно, ему и не суждено было умереть, просто быть ответственным за смерть невинных людей. План больного человека, но его отец должен быть неуравновешенным, раз жил с такой ложью двадцать с лишним лет.
«Не его отец», — напомнил он себе. Ричард Сандерс не был его отцом. Его уродливые, гадкие гены не проникли в его тело. Слава Богу.
Взглянув на Кэтрин, мужчина понял, что она все еще нервничает, потому что ее отец — ее мерзкий, отвратительный отец — пытался ее убить. Удивительно, что стрелок оказался ее отцом… а может, и нет. Может, как сказала Кэтрин, Вселенная свела их вместе не просто так. Какова бы ни была причина, Дилан не мог представить, что она чувствовала, столкнувшись лицом к лицу с человеком, убившим ее мать. Но она, конечно, не выказала страха. Когда он спустился по тропинке к пирсу, Кэтрин, сильная и с высоко поднятой головой, стояла перед своим отцом. Она не дрогнула перед ним. Смотрела прямо ему в лицо. Дилан более чем гордился ею. Должно быть, ей потребовалась последняя капля мужества, чтобы смотреть монстру в глаза.
Помимо гордости, Дилан также был более чем благодарен ей за то, что она спасла его задницу. Если бы она не прыгнула в воду, не вытащила его из Пьюджет-Саунд и не сделала искусственное дыхание, он бы сейчас плавал с рыбами или, что еще хуже, с ее безумным отцом.
Из них получилась хорошая команда. Будет трудно прощаться с ней.
«Почему ты должен прощаться?» — спросил голос в его голове.
Но разве она уже не забрала все, что у него было? И разве не вернула ему гораздо больше?
Она взглянула на него, одарив красивой, добродушной улыбкой. Протянула ему руку, и он взял ее.
Ему пока не нужно прощаться.
* * *
Припарковав машину перед домом его матери, Кэтрин и Дилан направились через улицу, чтобы постучать в дверь ближайшего соседа. Дилан определенно восстановил твердость походки, подумала Кэтрин, следуя за ним чуть поодаль. Она все еще чувствовала себя неуютно. Вероятно, это было связано с тем, что она не видела, как умер отец, и было трудно поверить, что он не выскочит из ниоткуда и не закончит начатое. Она попыталась отогнать плохое предчувствие и сосредоточиться на Дилане. Он столького никогда не узнает о своей матери, но, возможно, она могла бы ему помочь, по крайней мере, найти ответ на вопрос, как она умерла.
— Помню, что раньше играл здесь с двумя девочками, — сказал Дилан, когда они подошли к синему дому с белыми ставнями. — Не могу вспомнить их имен. Знаю, что наши родители дружили. Вместе готовили барбекю по выходным. На подъездной дорожке стоит машина. Надеюсь, кто-нибудь дома и сможет рассказать мне то, что нужно.
Дилан постучал в дверь и та приоткрылась. Очевидно, она не была закрыта полностью.
— Мы не можем просто так войти, — прошептала Кэтрин. — Это чужой дом.