Барбара Фритти – Ловушка безмолвия (страница 48)

Точно не Дилан. Когда все закончится, и они найдут того, кто пытался подставить его или убить, он пойдет своей дорогой, а она — своей.

Встав с кровати, Кэтрин оделась и поправила одеяло. Она едва взглянула на номер, когда они в него вошли, настолько захваченная безрассудной потребностью раздеть Дилана, чтобы он вошел в нее. Она никогда не чувствовала себя такой увлеченной, такой сосредоточенной на мужчине. Тело все еще покалывало, а между ног пульсировала сладкая боль, которая эхом отзывалась на не совсем удовлетворенную потребность. Она хотела снова заняться любовью с Диланом, более медленно, наслаждаясь каждым ощущением, каждым прикосновением, но сейчас этого, вероятно, не произойдет.

Кэтрин пересекла комнату и отодвинула край занавески, чтобы выглянуть в окно. Их номер выходил окнами на парковку, ее машина была припаркована там, где они ее оставили. Она обыскала окрестности в поисках коричневого фургона, но там стояло всего несколько других машин, и ни одна из них не соответствовала автомобилю, описанному Диланом. Мотель располагался в нескольких часах езды от города. Здесь они должны быть в безопасности. Но стрелок, которого она видела в своей голове, также находился в мотеле недалеко от шоссе. Кто знает, как далеко на самом деле? Он, конечно, не казался обеспокоенным тем фактом, что потерял их. Почему? Раскрыл ли он в своем разговоре какую-то зацепку, которую она упустила? Девушка сосредоточилась, пытаясь вспомнить, но ничего существенного на ум не приходило.

Опустив занавеску, она достала из сумочки дневники и снова села на кровать. Она возилась с упрямым узлом, пока, наконец, не ослабила его, и лента не начала распутываться. Дневники отделились один от другого. Она открыла первый, и по ней пробежало нервное предвкушение. Здесь содержалось нечто важное. Она чувствовала это раньше, а сейчас это ощущение усилилось. Если в этом замешан отец Дилана, то в дневнике должна быть зацепка.

Она не могла игнорировать параллель между Ричардом Сандерсом и ее собственным отцом. Не там ли зародилась связь между ней и Диланом? Испытывала ли она сочувствие к нему из-за насилия, которому он подвергся от рук отца? Хотя его отец, конечно, не был убийцей — по крайней мере, пока.

Дверь открылась, и в номер вернулся хмурый Дилан.

— Тебе следовало закрыться на цепочку после моего ухода, — упрекнул он.

— Ты же уходил ненадолго.

— Нам следует соблюдать осторожность, Кэтрин. Неужели я должен тебе это говорить?

— Нет.

Если честно, ее так поглотили воспоминания и желание одеться до возвращения Дилана, что она забыла запереть за ним дверь. Но такого больше не повториться. Дилан прав: ей нужно оставаться сосредоточенной. С каждым днем ставки становились все выше, и на кону стояла не только жизнь Дилана, но и ее собственная.

Дилан поставил две содовые на комод и бросил на кровать пару пакетиков чипсов и два шоколадных батончика.

— Не самая питательная еда, но если проголодаешься, с голоду не умрешь. Можешь притвориться, что «Читос» — это морковь.

— У меня не такое богатое воображение.

— Когда ты стала вегетарианкой?

— Мне было чуть за двадцать. Какое-то время я увлекалась подобным питанием. Думала, что если откажусь от определенных видов продуктов, смогу остановить свои сны. Не сработало, но я чувствовала себя здоровее, сильнее и намного способнее переживать ночи, так что продолжила в том же духе. Однако я питаю слабость к шоколаду. — Она схватила один из батончиков и, развернув его, быстро откусила шоколадно-кокосовое лакомство. — Ммм, один из моих любимых.

— Должно быть, я прочитал твои мысли, — сказал Дилан.

Она улыбнулась ему, оценив легкий тон. За последний час все стало слишком тяжелым, и им обоим нужен был перерыв.

Дилан сел на стул у стола и открыл банку кока-колы. Едва он успел сделать глоток, как зазвонил его мобильный. Он посмотрел на номер на экране.

— С моей телестанции.

— Не отвечай.

— Я и не собирался. Но меня осенило, что если я не собираюсь пользоваться телефоном, следует от него избавиться. Я держал его раньше при себе в надежде, что Эрика позвонит, но сейчас этого не произойдет, и я не хочу рисковать тем, что кто-нибудь отследит нас по сигналу. Сделаю это завтра, когда мы снова будем в пути. — Когда он закончил говорить, телефон зазвонил снова. — Это мой друг Джефф. Я переведу его на голосовую почту, а потом выключу.

Дилан положил телефон на стол. Тридцать секунд спустя он зазвонил снова. Он посмотрел на номер. Затем взглянул на часы.

— Я знаю, почему все звонят. Десятичасовые новости только что закончились.

Сердце Кэтрин пропустило удар.

— Думаешь, в них было что-то о тебе?

— Предполагаю.

Мужчина встал и включил телевизор. Переключил несколько каналов, но выбирать можно было только из нескольких, и ни один не показывал новости. Выключив телевизор, он снова сел за стол.

— Хотела бы я знать, о чем там говорилось, — пробормотала Кэтрин.

Дилан открыл ноутбук.

— Хорошо, что я взял его с собой. Проверю краткое содержание выпуска на сайте, и если мои друзья не свяжутся со мной по телефону, уверен, они отправят письма по электронке. — Мгновение спустя Дилан тихо присвистнул. — Двенадцать писем — все за последние пятнадцать минут.

— От кого они? — Кэтрин пересекла комнату, заглядывая через его плечо в почтовый ящик.

Дилан нажал на первое письмо.

— Это ответ от Риты, помощницы Блейка Говарда. Я отправил ей электронное письмо ранее, чтобы спросить о Метро Клаб. Вот что она написала: «Да, Блейк состоит к Метро Клаб, но я спросила его, не согласится ли он порекомендовать тебя, и он просто рассмеялся. Прости! Может, ты сможешь найти кого-нибудь другого. Я только что услышала, что полиция хочет поговорить с тобой об убийстве в парке «Золотые ворота» прошлой ночью. Что происходит, Дилан? У тебя неприятности?»

— Итак, Блейк связан с Метро Клаб, Равино, твоим отцом и Эрикой, — сказала Кэтрин с приливом волнения.

— Вместе с сотней или около того других людей, — напомнил ей Дилан.

— Да, но большинство из них не испытывают к тебе неприязни. Во всяком случае, насколько нам известно.

— Верно. Также, похоже, что кот вылез из мешка из-за моей связи с Эрикой. — Дилан нажал на следующее электронное письмо. — Это от Джули Бристоу, фактчекера, с которой мы встретились на станции: «Привет, Дилан, я и забыла, что Эрика Лейтон была твоим источником в истории с Равино. Теперь я знаю, почему ты так интересовался ее убийством. Но почему тебя выставляют возможным подозреваемым? Это нелепо. Я знаю, что ты этого не делал. И постараюсь помочь доказать это. Что тебе нужно, чтобы я сделала? У меня есть друг, отличный частный детектив. Уверена, он тоже был бы готов помочь».

— Может, Джули могла бы выяснить, знали ли Блейк Говард и Эрика друг друга, — заметила Кэтрин.

— Хорошая идея.

Дилан напечатал этот вопрос, а также попросил Джули посмотреть, сможет ли она найти какую-либо информацию о том, чем занималась Эрика последние две-три недели. Он перешел к следующему электронному письму, которое пришло от Райана, другого фактчекера.

«Чувак, ты по уши в дерьме. Копы опрашивают всех на станции. Мне пришлось сказать им, что ты был здесь раньше и спрашивал об Эрике. Извини, чувак. Дай мне знать, если я могу чем-то помочь».

— Возможно, твои расспросы об убийстве Эрики, сделают тебя менее подозрительным, — сказала Кэтрин. По циничному выражению лица Дилана она видела, что он не убежден.

— Уверен, они бы списали это на то, что я прикрываю свою задницу.

Кэтрин снова посмотрела на экран ноутбука. Следующее письмо было от его продюсера, в котором выражалась озабоченность. Трое других друзей также прислали письма поддержки вперемешку с вопросами. Последнее письмо было от Марка.

«Дилан, становится жарко. Сегодня вечером новости всех городских каналов вышли с твоей фотографией. Не знаю, где ты, но тебе лучше не высовываться. Не знаю, поможет ли это, но мой друг — частный детектив проверил для меня кредитные карты Эрики. Около четырех недель назад она ездила в Сиэтл, штат Вашингтон. Не знаю, связано ли это с тобой, но я подумал, что должен упомянуть об этом. Кроме того, у нее имелись крупные финансовые проблемы, она была по уши в долгах и вот-вот потеряла бы свою квартиру. Ей нужны были наличные. Возможно, она продала тебя. Дай мне знать, что еще я могу сделать».

— Как думаешь, поездка Эрики в Сиэтл важна? — спросила Кэтрин.

— Не представляю, как. В Сиэтле я никого не знаю. Интересно, есть ли там квартира у Равино? На это стоит обратить внимание. Может, Марк сможет это проверить или выяснить, не встречалась ли она там с кем-нибудь.

Дилан напечатал свои вопросы.

— Я также хочу, чтобы Марк попросил кого-нибудь съездить в дом моей бабушки и заколотить окна, — добавил он.

— Если он скажет полиции, что в нас стреляли, возможно, они поймут, что ты не единственный, кто должен их интересовать.

— Возможно. — Дилан нажал «отправить» и откинулся на спинку стула, затем посмотрел на Кэтрин. — Знаю, ты пытаешься быть оптимисткой. Я ценю это, даже если не могу сесть с тобой в счастливый поезд.

— Никто никогда раньше не говорил, что я сижу в счастливом поезде.

Он ухмыльнулся.

— Тогда, это достижение. — Он вздохнул и вытянул руки высоко над головой. — Понимаю, сейчас есть дюжина дел, которые я должен сделать, но я ни о чем не могу думать. Может, ты мне поможешь?