Барбара Дж. Кинг – Как животные скорбят. Что чувствуют кошки, слоны, дельфины и другие, теряя близких (страница 3)

Разумеется, это не всегда можно увидеть даже у людей. Любовь к семье, друзьям и партнеру ощущается по-разному, также и горе из-за потери любимых разного порядка будет отличаться. Но заметны ли эти эмоциональные различия сторонним наблюдателям (то есть нам)? Только в некоторых случаях.

Сфера изучения эмоций животных вызывает у наблюдателей значительные трудности. Можно опираться на мое определение. Но в первую очередь нам нельзя забывать, что любовь и горе у животных сильно отличаются от любви и горя у людей или других приматов, например шимпанзе, с которыми у нас много общего.

Пока вы будете читать и смотреть материалы из раздела «Книги и визуальные материалы», мысленно возвращайтесь к предложенному мной «идеальному определению» горя и его связи с чувством любви. Некоторые животные, которых я описала в книге, полностью соответствуют условиям определения любви и горя. Иногда нам удавалось засвидетельствовать проблески горя и любви, но в каких-то ситуациях описания были слишком туманны для понимания истинных чувств животных. На данном этапе изучения горя у животных большой ценностью обладают даже намеки и туманные описания, потому что они приводят нас к более сложным вопросам, которые мы будем изучать в дальнейшем.

После всех уточнений, которые я, как ученый, не имела права не озвучить, я готова подвести итог: когда мы видим проявление горя у животных, мы с большой вероятностью увидим и проявление любви, и наоборот. Эти состояния граничат между собой. Помните, была такая известная оптическая иллюзия – ты смотришь на рисунок и отчетливо видишь кролика, но, если продолжать смотреть, точка зрения смещается и кролик становится уткой.

Из этой книги вы узнаете о том, как горюют кролики, утки и другие животные, а также как они проявляют любовь.

Глава 1

Плач по кошке Карсон

Мои друзья Карен и Рой Флоу украсили к Рождеству дом в Глостере, в штате Виргиния. В каждом окне приветливо мерцали свечи. На входе стояла величественная белая рождественская ель, другая, на втором этаже, переливалась разноцветными огнями. Музыка, угощения и ощущение предвкушения праздника создавали в доме теплую атмосферу.

Однако в этом году к общему настроению добавилась нотка печали. Сиамская кошка Уилла бродит из одной украшенной комнаты в другую и останавливается напротив пуфика у камина. Она окидывает взглядом мягкие теплые подушки и жалобно мяукает. Забравшись в хозяйскую спальню, кошка запрыгивает в изголовье кровати и лезет, чтобы проверить укромное место за подушками, напоминающее норку. Она смотрит туда, и у нее снова вырывается жалобный вопль. Ее крик звучит очень жутко, потому что кошки обычно так не голосят.

Уилла никак не может найти себе места. Она успокаивается только в крепких объятиях Карен или Рона либо когда лежит у кого-то из них на коленях. Она неутомимо ищет свою сестру Карсон, которая умерла в начале месяца. Впервые за четырнадцать лет жизни Уилла не чувствует рядом родное плечо, не может показать себя главенствующей и более любознательной половинкой их дуэта.

Уилла осталась одна и от этого горюет.

Уилла и Карсон, которых назвали в честь писательниц Уиллы Кэсер и Карсон Маккалерс, попали в дом литературоведов из Виргинии в день рождения Шекспира, 23 апреля. Уилла была пухляшкой и лучшей из помета. Карсон предложили взять за полцены. Как сказал продавец, она была низкорослая.

Уже с первой недели Карсон вела себя необычно. У нее была невероятно сильно развита чувствительность, и шерсть становилась дыбом от малейшего шороха или резкого движения. Однажды, когда снаружи свирепствовал ураган, она забралась к Рону на плечо и крепко прижалась к шее. Иногда, что было весьма странно, она решала пересечь комнату не по прямой, а кругами. Она никогда не мяукала и даже мурчала как-то слишком тихо. Семья Флоу пришла к выводу, что кошка была немой.

И вот настал день, когда нужно было удалять когти. Уилла и Карсон отправились на операцию вместе (как и многие другие, Флоу удаляли когти всем домашним кошкам, но теперь отказались от этого). Ветеринар пропустил один коготь Уиллы, поэтому ей пришлось посетить больницу еще раз. «Оставшись дома одна, Карсон начала кричать», – вспоминает Карен. Кошка металась по дому в поисках Уиллы и кричала.

Вскоре сестры воссоединились, и их беззаботная жизнь продолжилась – они грелись на солнышке, вкусно ели и лежали на коленях у любимых хозяев. Уилла всегда была лидером и занимала лучшие места – теплый пуфик или удобный край кровати, – а Карсон ей подчинялась. Устроившись поудобнее, сестрички старались слегка прижаться друг к другу бочком, неразлучные, как крылья бабочки. Если одна заболевала, то вторая беспокоилась о сестре и ухаживала за ней.

С возрастом Карсон начала страдать от сильного артрита, и у нее проявились проблемы с кишечником. Она похудела, и в итоге ей потребовалась операция. Походы к ветеринару стали для кошки обычным делом. Когда Карсон не было дома, Уилла была сама не своя, но их расставания длились недолго, и Карсон продолжала активное общение с сестрой.

Одним декабрьским днем Карсон начало трясти: у нее понизилась температура, и по рекомендации ветеринара ее поместили в инкубатор. Вечером того же дня в умиротворяющем тепле инкубатора Карсон заснула и больше не проснулась.

Рон и Карен были благодарны, что Карсон умерла во сне и не страдала. Но их все равно переполняло горе. Уилла же сразу почувствовала себя не в своей тарелке и потеряла покой. Флоу предполагали, что позже реакция кошки усилится, но они не были готовы к тому, что произошло.

«Через два или три дня, – говорит Карен, – Уилла начала вести себя странно. Она постоянно искала Карсон и издавала поразительные звуки, которых мы от нее никогда раньше не слышали. Я вообще ни разу не слышала, чтобы какое-то животное так кричало. В ирландских произведениях я читала об обычае оплакивать покойников с причитаниями – именно этим словом можно было описать поведение кошки. Уилла без устали искала сестру и вдруг затягивала этот ужасный…» Голос Карен дрожит, но вскоре она продолгает: «Когда Уилла забиралась ко мне на колени, это прекращалось. Она горевала. Но теперь ей становится легче, прямо как человеку».

Действительно ли Уилла выражала скорбь? Может быть, ее поведение выражало беспокойство из-за перемены в привычной жизни? В статье для журнала Modern Dog («Современная собака») (хотя в ней говорится о собаках, но это справедливо и по отношению к кошкам) Стэнли Корен как раз комментирует эти вопросы: «Исследователи поведения животных до сих пор не могут определить, горюют ли собаки по умершим любимым или просто волнуются из-за нарушения привычного образа жизни».

Скептики в один голос кричат «Антропоморфизм!», указывая на легкомысленное желание любителей животных приписывать им человеческие качества.

У них есть свои доводы: прежде чем слепо принимать на веру существование горя или любви у животных (или любого другого сложного эмоционального переживания), мы должны принять во внимание другие, более приземленные варианты объяснения ситуации. В случае Уиллы и Карсон подобные истории не раз происходили за их долгую совместную жизнь. Известно, что после операции по удалению когтей Карсон кричала и звала Уиллу, несмотря на то что она была одна совсем недолго.

Но реакция Уиллы на смерть Карсон была на порядок сильнее, чем все, что происходило с ней прежде. Карен убеждена, что кошка инстинктивно поняла, что сестра больше не вернется. Отчасти ее могли спровоцировать горюющие Рон и Карен, так как она их видела и слышала, что всему причина Карсон. Еще это можно объяснить сознательным желанием сестер каждый день соприкасаться телами друг с другом. Не мог ли этот телесный контакт привести к пониманию трагедии на физическом уровне? Может быть, тот факт, что Уилла не может больше согреваться о тело сестры, помог ей осознать безвозвратность утраты?

Я хочу подчеркнуть, что горе животных не зависит от осмысленного отношения к смерти. На этом утверждении основываются мои рассказы и главная мысль всей книги. Люди предвидят – иногда с ужасом, иногда с одобрением – приближение смерти, и, пройдя определенный рубеж в детстве, мы начинаем понимать, что значит умереть. Может, у других животных тоже есть понимание непоправимой завершенности, которую Карен видит у Уиллы. Но как я уже говорила, мое определение горя связано не с мыслительными способностями, а с чувствами. Горе появляется из-за привязанности, заботы и, может быть, даже любви – из-за уверенности в том, что присутствие другой особи необходимо как воздух.

Когда время Карсон пришло, Уилла это почувствовала. Карен не знала, чем еще помочь одинокой Уилле, кроме как проявлением большей ласки и заботы. Она даже думала о том, чтобы взять другую взрослую кошку и таким образом вернуть в дом утраченную сиамскую симметрию. Но она знала одну простую истину: любимых заменить невозможно.

В книге ХIХ века «Естественные истории», сборнике эссе о животных, писатель Жюль Ренар рассказывает о быке по имени Кастор. Однажды утром Кастор вышел из хлева и, как обычно, направился к парной упряжи. «Пока горничная спала с метлой в руках, он щипал траву и поджидал Поллукса», своего давнего приятеля.