BANIFED BANIFED – Пустышка (страница 20)

Николай, окончательно решив, что сейчас лучшее время, чтобы поехать в Вильнюс к своему доктору с позвоночником, написал заявление на отпуск. Заместитель директора Витас, посмотрев на заявление, сказал, что сейчас не время, так как нужно сдавать новые гостиничные комнаты в лечебнице и, кроме того, с двадцать пятого ноября начнётся профилактика в парке. Николай попытался отстоять свой намеченный план, и для этого привёл свои доводы, после которых Витас смилостивился и перенёс решение этого вопроса на пятницу.

Николай, зная его излюбленное и вечное создание проблем на ровном месте, не стал спорить, положившись на провидение. Решив, пусть будет, как будет, поэтому после этого разговора спокойно отправился работать. При этом подумал, что сегодня только тринадцатое, среда, значит, до пятницы ещё есть время, и всё может измениться за эти два дня.

По предварительной договорённости в этот день Николай встречал гостей из Вильнюса, которые прибыли делать замеры по потерям в электрических сетях. Обследовав и сделав замеры в «Б» корпусе, гости намерились передохнуть и попить кофе в «Čili-pizza». Николай, проводив их, увидел Лину, которая, заметив его, сразу отвернулась, словно увидела человека, которого не желает видеть или и вовсе ненавидит. Николай уже почти благополучно миновал её, как услышал окрик Вилюса, коллеги Лины.

Николай, переговорив с ним, повернулся, чтобы уйти, и вновь ему бросилась в глаза демонстративно отвёрнутая голова Лины. Он не выдержал и, обойдя её и став возле неё так, чтобы видеть её лицо, спросил:

- Извините, у вас всё в порядке?

- Спасибо! У меня всё хорошо, - ответила она, ведя себя так, словно Николай находился прямо перед ней, и ей не нужно было поворачивать голову, чтобы видеть собеседника.

- Заметно. Опять что-то не так? - спросил он, еле сдерживая себя, чтобы не сказать ей, что она ведёт себя по-свински.

- Всё так. Я сказала, что у меня всё хорошо, - произнесла она всё так же холодно и с безразличием в интонации, несущей смысл: чего надо?

Тут бы Николаю нужно было бы уйти, чтобы не наговорить глупостей ей, пребывающей в состоянии с явно нездоровой психикой, но у него всё бурлило от её эгоистического самолюбия и непогрешимой правоты.

- Ясно... Знаешь, вижу, что тебе что-то говорить нет смысла, но всё же одно хочу сказать тебе, что я человек, а не собака. И хочу, чтобы ко мне относились соответственно...

- Я тоже не собака... И не надо за мной следить, - перебив его, выпалила она, коротко взглянув на него и вновь отвернув голову.

- Следить? – Николай лихорадочно стал продумывать, что она имеет в виду, и ничего не смог придумать или вспомнить, кроме того, что в день её рождения был вечером на работе и видел её. Значит, Юрга сказала ей о том, что он спрашивал. – Где и когда я слежу?

- Следил..., ай, да, ладно! – бросила она и замолчала, давая понять, что говорить больше не о чём.

- Да, думай что хочешь, только запомни, я - не собака! – он резко повернулся и поспешил уйти, услышав вдогонку от неё фразу:

- Я тебе тоже не сучка!

«Лучше бы ты была сучкой, чем такой свиньёй», - подумал он и поблагодарил Бога за то, что отвёл его от этой неполноценной. – «И причём тут: я – не сучка? Права, видно, Раса, когда сказала, что у неё не всё в порядке с мозгами… Да, везёт мне на идиоток! Боже! Боже! Что с ними происходит? Что с ними случается?».

Николай настолько обозлился, что вновь подумал: «Больше к ней не подойду». Старая песня, ему давно знакомая, именно с ней он не раз испытывал и переживал это состояние. Ведь ей, главное, сделать из него виноватого. И всё! И ничего более! А дальше - упоение самой собой, вот, мол, я какая: непогрешимая, справедливая и незаслуженно обиженная! А то, что она портила настроение, то, что она портила отношения, её это совершенно не волновало. У неё по этому поводу никогда не возникало мысли, чтобы подойти и извиниться или хотя бы внутри себя раскаяться. Главной её задачей потом, после вот таких ситуаций, оставалась только одна: делать вид, что ей всё безразлично. Этот, её женский эгоизм, который практически был сродни дебильности, основательно его доконал. Поэтому Николай и сказал себе - больше ни одного шага навстречу…

Пятница сложилась удачно: Витас не стал ставить ему палки в колёса и подписал заявление на отпуск. Единственное, что теперь волновало Николая, - это найти место, где можно было бы остановиться. Он позвонил Вайне, зная из прежних разговоров, что у сестры есть возможность сдать комнату, но которую в прошлый раз она не сдала. Надеялся, что в этот раз может быть по-иному. В разговоре Николай очень мягко попросил Вайню узнать о возможности на дней десять-двенадцать снять комнату. Вайна пообещала узнать и сразу же дать ответ, как только переговорит с сестрой.

И уже вечером получил от неё весточку: «Вышла погулять с собакой, сестра работает сегодня до 8. Позвоню около 9 часов, хорошо? Не спи ». Николай понял, а скорее почувствовал, что остановиться у её сестры вновь не выйдет. Поэтому он перезвонил ей и сказал, чтобы она не суетилась, скорее всего, остановится у того же знакомого, что и в предыдущий раз. Но Вайна пообещала всё равно перезвонить, как только узнает решение сестры.

В субботу, специально приехав рано утром на работу, чтобы воспользоваться интернетом, Николай уселся у компьютера и начал искать место, где ему жить в Вильнюсе. Странное дело, но никто не хотел сдавать жильё на такой короткий срок. Не менее одного месяца или полгода, либо, вообще, абсурд, для любовных встреч на час-два - пожалуйста! Да, люди делали на этом бизнес, зарабатывали деньги. Такие услуги просили от шестидесяти до девяносто литов за один час. А одни сутки в недорогой гостинице стоили сто литов. Такой номер он и забронировал на всякий случай, полагая, что до понедельника всё же ему удастся через знакомых найти что-нибудь дешевле.

С этим вопросом даже обратился к Вале, подумав, что у неё могли быть знакомые, которые имели возможность на время принять постороннего человека. К сожалению, и она в ответе ничего конкретного не пообещала, но сказала, что попытается в этом ему помочь.

В воскресенье, семнадцатого ноября, после полудня, Николай заехал за дочерью в Ратничу. Она вновь, как и две недели назад, с удовольствием села за руль, и они тронулись в путь. Пока ехали, Николай обзвонил всех вильнюсских знакомых, которые могли бы ему помочь в поиске жилья. Один из тех знакомых подсказал адрес недорогой гостиницы на Калварию улице. Перезвонив в указанную гостиницу, они с дочерью решили сразу же туда заехать. Но, уже оказавшись на улицах Вильнюса, передумали, решив ехать в первую очередь в общежитие дочери. Просто поразмыслив, Николай решил оставить дочь, чтобы она не тратила с ним своё время, а самому ещё попасть на приём к врачу, и только потом заселиться в указанную гостиницу.

Занеся вещи дочери в комнату, Николай не стал задерживаться, планируя в этот день ещё многое успеть. Провожая отца, на доске объявлений в холле общежития Лигита нашла телефон администратора общежития. Набрав номер администратора и переговорив с ней, обнадёжила отца. Так как эта женщина пообещала на следующий день решить проблему жилья, а сегодня, в воскресный день, ей было лень ехать на работу ради одного человека. Понять её можно было. И Николай в хорошем настроении расстался с дочерью и отправился к врачу, пообещав ей вечером позвонить, как только устроится в гостинице.

Но, отъехав от общежития дочери, Николай вновь передумал о последовательности ближайших своих действий, для этого остановился и ввёл в навигацию адрес гостиницы. Решил вначале обустроится, и лишь потом ехать на процедуры.

Зарегистрировался, внёс деньги и, получив ключ от комнаты, на короткое время заглянул оценить свой двухзвёздочный номер. Санузел, душ и даже телевизор присутствовали, а этого было достаточно для минимального комфорта любому человеку.

Перед тем, как войти в кабинет к врачу, Николай позвонил Валентине и сказал, что через три часа он будет свободен и, если она имеет желание и возможность, то они могут встретиться. Она сказала, что очень рада и обязательно будет ждать звонка.

Мануальный терапевт Винковскис припомнил Николая, что было приятно, хоть и прошло ровно два года. Отнёсся приветливо и дружелюбно, но, расспрашивая о состоянии здоровья, сказал, что нужно всё равно сделать снимок позвоночника на магнитно-резонансном томографе, тем более что появилось онемение в руке. По его словам, выходило, что у Николая есть проблемы и в шейном отделе позвоночника. Такой предварительный диагноз несколько расстроил Николая.

Эту первую процедуру Винковскис провёл в щадящим режиме, а по окончанию дал направление на МРТ уже к знакомому Николаю рентгенологу Красавцеву. Снимок можно было сделать только во вторник, раньше не было возможности. Следующую процедуру назначил на восемнадцать часов понедельника. Распрощавшись с доктором, Николай вышел из кабинета и, присев на кушетку в холле, позвонил Валентине. Она ждала его звонка и сказала, что уже находится в магазине «Iki». Николай ещё раз напомнил номер своей машины и пообещал через минут десять приехать.