Baltasarii – Навстречу ветру (страница 56)

И только Сигриниаль, милый Сигриниаль, смотрел на Аири. Альви кивнула. И мастер-убийца последовал примеру кхуорра. Рядом с ним на колени опустились нявы. А когда все клятвы были принесены, Императрица вновь заняла свое законное место за столом и спросила:

— Лэрд Каррач?

— Уже ложимся на курс, моя госпожа.

На этот раз возражений не последовало.

— Тогда слушаем вводную, — спокойно произнесла Императрица. — Мне нужен рабочий план.

— Госпожа?

Аири отвела занавеску, что отделяла гостевую от личных покоев Императрицы. В покоях было тихо и пусто. Только едва уловимо гудело Сердце парящей крепости, да откуда-то доносилось тихое-тихое пение. Это даже не песня была, а так — мотив. Альви напрягла и без того чуткий слух. Колыбельная, а это была именно она, звучала откуда-то справа. Аири миновала обеденную, гардеробную, туалетную, ронове знает какую еще комнату и, наконец, попала в личную спальню Императрицы на «Затмении».

Сама повелительница нашлась в глубоком кресле. Девушка с ногами забралась в мягкое нутро мебельного монстра и отсутствующим взглядом смотрела в пустоту, поглаживая живот. И напевала.

— Проходи, Аири. Я чувствую тебя, — усталый и какой-то безразличный голос заставил альви вздрогнуть. — Присаживайся. Что тебя ко мне привело?

Императрица выглядела плохо. Бледная кожа, круги под глазами, потухшие глаза и упрямо сжатые губы. В таком состоянии Хелена пребывала с того самого момента, когда Аири увидела ее в своей камере. Жизнерадостная рыжеватая девчонка уступила место суровой правительнице, и последняя пока не собиралась сдавать позиции. Впрочем, потеряй она Сигриниаля насовсем, сама не знала, как держалась бы. А девочка просто чудеса самообладания проявляет. Достойно уважения, как минимум. Аири присела на кресло, опустив рядом тяжелую сумку, что несла от самой библиотеки.

— Ваше состояние, госпожа, внушает беспокойство, — с чего-то надо начинать диалог, раз раньше не удосужилась. — Восьмая треть уж скоро, а лик ваш так же мрачен.

— Что-то я не замечала раньше с твоей стороны любви к витиеватости речи, — мрачно ухмыльнулась Хелена.

— Просто волнуюсь, — опустила глаза альви.

— Вижу. Много чего вижу, — Императрица ласково погладила свой живот. — Вот только не научилась еще отстранятся от всего этого, как муж. Тяжело постоянно чувствовать что-то не свое. Вот и сижу тут. Сычую.

— А почему…

— Почему у меня прорезался дар императорского рода? Наверное потому, что это не мой дар, — Хелена кивнула на свой живот. — А его.

Аири озарило. Так вот в чем дело! Вот откуда простая девчонка получила такую силу. Альви задумалась, и мысли ее были далеки от веселья. Все хуже, чем она думала. Гораздо хуже.

— Ты чего вдруг пригорюнилась? — поинтересовалась Императрица. — Не уж то жалеешь об упущенных перспективах?

— Я… Глупо было бы не желать принести наследника Ворону. Спросите любую женщину в Тиране, и даже глубокие старухи ответят вам щербатыми улыбками, — слегка смутилась Аири. — Но в печаль меня приводит совсем другая причина, госпожа.

Императрица продолжала внимательно смотреть на собеседницу, раскладывая ее чувства на составляющие. Наконец, Аири решилась.

— Госпожа, вы знаете, что эдлер Оррвел и лерд Карим перерывают библиотеку «Затмения» в поисках любого упоминания Камня Перерождения и проводимых на нем обрядов?

— Знаю, — Повелительница потянулась к маленькому столику и взяла в руки вышивку. — И вижу, что тебе есть что сказать.

— В молодости я была очень любознательной альви, — начала Аири. — И перечитала множество книг из клановой библиотеки. А там есть много чего. И редкого, и эксклюзивного. И запрещенного.

Игла мелькала в тонких пальцах Императрицы, складывая цветные нитки в рисунок. Аири пожалела, что у нее нет такого же занятия. Куда деть свои руки, она не знала. Хелена же на миг оторвалась от вышивки, улыбнулась и кивнула на столик. Там лежало еще много канвы и нитей. Аири благодарно поклонилась и собрала набор и себе. Подобное монотонное занятие обычно помогает структурировать мысли и отринуть эмоции. Вот и сейчас альви, занявшись привычным делом, начала успокаиваться.

— Вот тогда-то я и наткнулась на один древний трактат, — продолжила фрейлина. — В нем говорилось, что независимо от успеха обряда на Изначальном Камне, Эн-Соф частенько забирает душу просителя.

Какой-то реакции со стороны Повелительницы не последовало. Ну, то есть, совсем никакой.

— И я подумала, госпожа, — неуверенно произнесла Аири. — Теперь же, когда пророчество исполнилось… Да еще и то, что у вас будет наследник…

— Что не стоит рисковать? — снова симпатичное для хуманы лицо Императрицы прорезала неприятная усмешка. — Благодарю, Аири. Да только с чего ты решила, что пророчество исполнилось?

— Ну как же…

— Я знаю текст, — припечатала правительница. — Вот только никто из вас, кроме разве Дана и Каэльаэра, не в курсе, что враг еще не повержен.

Аири с трудом удержала лицо. Как так? Они ошиблись? Все то, что произошло, было зря?

— Род Лира всегда был связан с тьмой. Но в пророчестве речь идет не столько о тьме, сколько о Бездне, — хмыкнула Хелена. — И враг, что еще жив, обитает именно там. И продолжает воплощать свои планы.

— Тогда мы должны ему помешать! — вырвалось у альвы.

— Тем я и занимаюсь, — игла продолжила свой путь, протягивая нить через ткань. — И поверь, я хорошо себе представляю все последствия. Вот только и я, и сын согласны с такой платой. Без мужа нам, нам всем, не победить тварь Бездны, что уже не одну сотню лет пытается погрузить Нерею во тьму.

От осознания глобальности происходящего альви оцепенела.

— Ты выкрала этот трактат и принесла мне, так? — Хелена мельком посмотрела на сумку. — Правильно. Не стоит кому-либо знать, что мы с сыном можем и не выжить. Не стоит убивать надежду. Да и исполнить предначертанное мне станет гораздо сложнее, если ближний круг снова начнет мне мешать. Потому ты и дальше будешь хранить эту тайну. Благо до развязки недолго осталось.

Какое-то время девушки сидели молча, уткнувшись в рукоделие. Но вот Аири не выдержала.

— Кто же наш враг? С кем мы имеем дело?

— Ронове.

Сначала альви подумала, что Императрица выругалась, уколовшись об иглу. Но затем поняла, что «ронове» — это не ругательство. «Ронове» — это ответ.

И этот ответ наполнил сердце много повидавшей альви ужасом.

Глава 16

Конец твоим страданьям и разочарованьям! И снова наступает хорошая погода…

Эта зима для Сида аен Риваса, наместника Виалвейна, началась неудачно. Да и продолжалась не то чтобы гладко. Хуман утомленно потер виски. Око восходит в зенит, нормальные разумные укладываются спать. Вот только много ли нормальных разумных, да и разумных вообще, осталось на святом острове? Судя по всему — не особо.

Сначала экзальтированные святоши выгребли почти весь гарнизон и увели большинство боеспособных кораблей. А что? Святой Поход же! Ты против воли Эн-Соф? Нет? Ну и молодец. Вот тебе пирожок и куча проблем. А темные не нападут, нет. Они будут заняты крупнейшей в истории армией Света, что поперлась «освобождать братские народы от ненавистного ига неверных».

Воля Эн-Соф, как же. Скорее, воля зажравшихся жрецов. Но кто он, прославленный генерал Сид, и кто — Наисвятейший Патриарх, наместник Всевышнего всея островов и престарелый говнюк. Не та весовая категория оказалась у отпрыска славного рода Ривас, чтобы спорить. И вот наместник стратегически важного острова остался с голой жо… С немногочисленными стражами, многие из которых страдают тяжелой формой зеркальной болезни из-за раздутых пивных складок на необъятных боевых телесах. Некоторые даже поножи не в состоянии самостоятельно надеть. Видимо зря Сид в свое время сконцентрировался на подготовке солдат, оставив стражу на откуп очередному сынуле очередной важной шишки.

Потом пришла эпидемия, заставив ввести карантин не смотря на противодействие оставшегося клира. Целители только руками разводили, не в состоянии решить проблему страдающих разумных. Затем, ожидаемо, начались беспорядки и мародерство. И решить этот вопрос не смогли уже редкие, страдающие одышкой стражи. А следом на улицах появились чудовища. И начали убивать. Сид горько сплюнул.

Неожиданное прибытие светорожденных, казалось, могло выправить обстановку. Да только все джевеодан уже которую треть стоят кругом в центре острова, пытаясь сдержать… что-то. Как раз там, где некогда стоял величественный Первохрам. Сам Сид своими воспаленными глазами видел сферу маслянистой тьмы, что окружили редкие золотистые фигурки. Видел прямо сейчас, из окна своей резиденции. Если сейчас еще и темные заявятся, аен Ривас ни капли не удивится. Удивлялка уже отсохла. Разве что тиранцы по прибытии еще и помощь предложат.

Сид потер веки. В глаза как будто песка сыпанули. Мысли путались. Сколько он уже нормально не спит? Четыре трети? Пять? А сколько еще придется держаться? Только Эн-Соф знает. Сид стер рукавом плевок с рабочего стола и бездумно уставился в окно. В дверь его кабинета ввалился пожеванный секретарь, Лин аин Торр, и присосался к графину с водой. Глядя на гуляющий кадык верного помощника, бывший генерал и не думал попрекать Лина. Парень тащит на себе кучу дел. Да и сном тоже пренебрегает, явно видно.

— Что говорят светорожденные? — спросил Сид, дождавшись, когда доверенный секретарь утолит жажду.