Baltasarii – Навстречу ветру (страница 32)
Плечи девушки-мечты украшали аристократические наплечники. Такие же, как на паре приставших к ней кхуорров. То, что они были неприятны бледнокожей дворянке, было заметно по выражению симпатичного личика. Хо! Три отмеченных тьмой не поладившие между собой? Трое исчадий бездны, страшные сказки про которых наполняют ужасом сердца разумных, ругаются посреди улицы? Что должен делать любой благоразумный хуман, увидевший такое? Правильно…
— Хороший день для смерти, — радостно-дебильно пробормотал парень и уверенным шагом направился к ожесточенно спорившей троице.
— Теперь я глава рода, — надменно втолковывал девушке высокий кхуорр. — Ты обязана подчиниться!
— Мой отец…
— Твой отец не может повлиять на ситуацию, он в экспедиции, — сказал, как плюнул все тот же неучтивый аристократ. — Потому и сложил с себя полномочия главы дома. Так что эта карта крыта.
— А Ворон, — тихо произнесла девушка. — Что скажет он?
— Он не полезет во внутренние дрязги кланов, — сально ухмыльнулся молодой глава дома, демонстративно раздевая взглядом собеседницу. — К тому же ходят слухи, что бессмертный Ворон забросил свою Империю, и гуляет ронове знает где… А вот первый сенешаль Каэльаэр, с которым я удостоился беседы совсем недавно…
— Ты говоришь крамольные вещи, — голос девушки задрожал от еле сдерживаемой злости.
— И что? Кому какое дело? — глумливо продолжил кхуорр. — К тому же скоро мы будем дружной семьей, и ты станешь самой
— Да я скорее лягу под первого встречного, чем стану твоей подстилкой!
Дернувшегося от оскорбления главу слегка развернуло, когда между ним и его спутником протиснулся здоровенный хуман. И пока кхуорр набирал воздуха для гневной речи, хуман ловко встал перед кхуоррой на колено и, протянув той руку, зачастил:
— Ну зачем же так, милая девушка. Выходите лучше за меня. Мой род еще молод, но достаточно перспективен. Да и сам я красавец хоть куда. К тому же — настоящий глава, не чета этому напомаженному хлыщу.
По мере излития словесного потока черные глаза кхуорры последовательно выражали раздражение, удивление, неверие, радость и, наконец, злорадное веселье. Кхуорра вложила изящную кисть в протянутую лапу хумана.
— А почему бы и нет, — улыбнулась она. — Ты меня устраиваешь, как пара, красавчик. Пойдем, тут недалеко храм есть.
— Ты не посмеешь! Смешать кровь с хуманом?! Да я теб…кхмм…
— Что ты там сказал, недалекий? — змеем прошипел парень, слегка царапая горло оппонента кончиком клинка, что слишком быстро появился в руках. — На арене повторишь?
— Хоть бы вызов нормально бросил, деревенщина, — процедил кхуорр, безуспешно стараясь отодвинуться от опасного острия.
Парень ловко убрал клинок в ножны и выпрямился. Слегка загородил забеспокоившуюся Миранду широким плечом от ее сородичей. Оглядел уже собирающуюся толпу зевак и хмыкнул.
— Прошу простить мою неотесанность. Хотя нет, не вздумай даже, — парень слегка поклонился. — Меня зовут Хален тор Строг, граф Норкеданский. Ты оскорбил меня и мою невесту. Я требую поединка.
— Мириарин Порыв Ветра. Оружие — сталь.
Не удивительно, Хален на мага похож не был. Предложи кхуорр магию — позора бы не избежал. Хотя, он и так не избежит.
— Место, малая дуэльная арена. Через неделю. Утром. Условия победы обговорим на месте.
На том и разошлись.
— Ты не удивлен, — констатировала Миранда, намекая на свою внешность.
— Пообщался тут на досуге с Даном тор Эшесом, посмотрел на твоих сородичей для тренировки.
— И как я тебе?
— Я сейчас ослепну от твоей красоты.
— Фу, как банально.
— Зато чистая правда.
— Прощен, — улыбнулась бледнокожая девушка, позволив парню взять себя под руку.
До площади с расположенной на ней церковью шли молча, просто наслаждаясь присутствием друг друга.
— К Хелене потом сходим?
— Вряд ли, — голос девушки погрустнел.
— Что-то случилось? Она разве не с тобой? — обеспокоенный отец посмотрел своей избраннице в глаза.
— Меня убили. Я тут через купель оказалась. Как и ты, — потупилась Миранда. — Там целыми королевствами за твоей дочерью гоняются. Вот недавно закрылась купель Ррыча, а ведь он последний, кто с ней оставался. Остальные уже тут.
— Так что, ее схватили? — Хален похолодел.
— Пока нет. Недавно весточку от Лира получили. Без подробностей, но что он снова с Хеленой, уже знаем. И что им нужна помощь.
Парень от таких новостей присел на кованую лавку.
— Снова? Помощь?
— Ох, про «снова» долго рассказывать, — присела девушка рядом и обняла почти своего мужчину. — А про помощь… Тут политика. Запретить нам не могут, все же по приказу Вечного Императора нам обязаны оказывать содействие. Но вот затягивают все процедуры как могут. Чувствуется потная ладошка первого сенешаля. Пока нам на руку — через сутки очнется няв, тогда и начнем гайки закручивать.
— Да уж, вывалила ты мне новостей, — Хален запустил руку в свои волосы и слегка подергал. — Вот я чего не пойму во всей этой истории. Зачем моя семья понадобилась этому ваш… кхм… нашему Вечному Императору?
— Ну, не вся ваша семья, — несмело улыбнулась Миранда. — Твоя дочь ему нужна. Ты так, комплектом.
— А она зачем?
— Всего не знаю, Ворон обычно преследует несколько целей, — пожала плечиками девушка. — Но из самого очевидного — ты же сам одобрил их помолвку. Еще от Ситры защищал.
— А, понятно… — растерянно пробормотал Хален, но тут же вскинулся. — Так, подожди! В смысле, сам одобрил?!
Хелена сидела у костерка и занималась привычным в своей новой жизни делом. Плакала. По тенту моросил мелкий дождь, вокруг поляны темной стеной стояли деревья, слегка шурша вечнозеленой хвоей, и только небольшой кусочек неба слегка посветлел, намека на далекий еще рассвет.
Девушка посмотрела на перстни — единственный камень оставался целым. Пока. Надолго ли? Руки сами потянулись к оставшейся провизии и отправили в рот кусочек вяленного мяса. Одиночество, слезы и голод. С недавних пор постоянные ее спутники. И если голод можно было объяснить «перестройкой организма под действием алхимических препаратов», а слезы — потерями, то одиночество объяснить было нечем. Задавать небу и Эн-Соф вопросы девушка уже тоже устала. Ответов все равно не дождаться. Осталось только плакать, есть и ждать.
Время, что Ррыч отвел под ожидание, постепенно выходило. Дрова закончились. Нужно бы еще за хворостом сходить, да только разве найдет городская девушка в лесу дрова. А уж найти сухие — и вовсе невыполнимая задача. И тут небо хмурое небо озарилось яркой белой вспышкой, на миг отпечатав в глазах Хелены все окружающие предметы и деревья. А когда девушка проморгалась и вытерла слезы, оказалось, что камень в перстне нява уже рассыпался. Ну вот и все. Теперь она совсем одна.
Нет, Хелена понимала, что Ррыч пошел на смертельно опасное дело, но надежда грела душу едва теплившимся угольком. И вот жестокий мир забрал последнего ее спутника. В груди разлился холод и девушка замерла. Больше не хотелось ничего. Не к чему стремиться. Некуда бежать. Только пепел на месте сердца, и безысходность, давящая на плечи тяжелым бременем. Сколько Хелена так просидела, не сказала бы и она сама. Время тянулось, словно карамель в горшочке у повара.
В себя девушка пришла неожиданно. Костер превратился в тлеющие угли и едва грел, кончик носа и руки совсем озябли. Небесная хмарь превратила утро в стылый сумрак, где каждая тень казалась чем-то большим, чем была. Но вот среди деревьев почудилось неверное движение. Вот, что ее насторожило. Она не одна на этой поляне! Ее нашли! Сердце бешено забилось в груди. Разум охватил страх. А вот тело… Тело не стало покорно ждать. Девушка тихо, с несвойственной плавностью, поднялась на ноги и слегка присела. Руки умело выхватили пару изогнутых клинков Листа. Пальцы ловко крутнули орудия убийства и сжали клинки обратным хватом.
Секунды растянулись до бесконечности. Глаза лихорадочно обшаривали стену леса, выхватывая все больше деталей. В ушах стояла тишина, разбавляемая дробным стуком сердца. Еще не время. Нет. Нет. Вот! Ноги резко послали тело вперед, как только глаза увидели неясный силуэт разумного. Сблизившись с противником, Хелена нанесла два четких быстрых удара и отскочила. Уши услышали запоздавший звук стали. Удары отбили? Не беда.
— Подожди… — донесся до девушки приглушенный и странно знакомый голос.
Но тело не хотело слушаться мечущегося в страхе разума и пошло в атаку. Еще два удара были отбиты, а затем в лицо что-то прилетело и опустилась темнота.
Сознание возвращалось медленно. Девушка почувствовала. Что ее несут. Как тогда, при побеге из тюрьмы, на плечах. В живот и левый бок упиралась чья-то голова, спину подпирал, видимо, рюкзак. Сил не было даже глаза открыть. Чем это ее приложили? На этой мысли Хелена снова впала в беспамятство.
На этот раз девушка пришла в себя рывком. Но глаза открывать не спешила. Она лежала на земле, на одеялах. Одеялом же и была прикрыта. За спиной весело трещал костер. Вкусно пахло какой-то мясной похлебкой. Звякнул котелок, и Хелену продрало морозом по спине. Кто бы ее не оглушил, он здесь. В паре локтей. Девушка проверила руки, не связана. Да и голос, что тогда звучал, кажется она его узнала.
— С добрым утром, — послышался тихий и слегка утомленный баритон. — Как спалось?