Baltasarii – Архивы Инквизиции: Инцидент при Драконьем Клыке (страница 6)

— Похоже, сегодня мы умрем, — мрачно выразил витавшее в вонючем воздухе общее мнение тер Салазар, когда тварь прооралась, и слова уже можно было услышать.

— Очень может быть, — Курт с академическим интересом изучал монстра. — Но сидеть и ждать, когда ЭТО приползет отужинать нашими душами я не собираюсь.

— Никто не собирается. Мы все будем бороться за свои жизни, — отец Радомир потеребил четки. — Только хотелось бы узнать мнение профессионала, с чем мы имеем дело. Я, конечно, догадываюсь, но…

— Ммм? — жнец отвлекся от созерцания лениво шевелящейся туши. — А. У нас, господа, появилась редкая возможность наблюдать за реликтовым экземпляром высшей нежити. В природном, так сказать, состоянии. Костяной дракон, да.

И тут Михей понял — они и в самом деле сегодня умрут. Все.

Глава 5

У подножия Стены Скорби, как называл ее Михей, происходили увлекательнейшие события. Настолько, что Курт моментально отвлекся от непонятностей, связанных с этим, без сомнения, дурно пахнущим, во всех смыслах, делом. Жнец понимал, что из такого огромного кокона обязательно вылупится что-нибудь особенно гадкое и сильное. Но костяной дракон — такой подставы Курт не ожидал. В свое время жнецы приложили много сил и времени, а кое-где и своих жизней, чтобы знания о печати призыва костяного дракона исчезли из мира. Видимо, прополоть удалось не всю делянку, да.

С другой стороны, когда еще попробуешь свои силы против такого противника? Этих тварей уже века три никто не видывал, а вот Курту «свезло». Особенностью любой высшей нежити, а костяных драконов в особенности, была длительная начальная адаптация. Если те же гули[21] призывались сразу дееспособными и обладающими полным, хотя и достаточно куцым, набором способностей и свойств, то высшим требовалось длительное время на, так сказать, дозревание. И чем сильнее нежить, тем больше времени необходимо. Тот же дракон еще полдня будет квелый, медлительный. А на крыло сможет встать не ранее, чем через сутки. Время дозревания в данном случае можно увеличить за счет часовни и регулярного освящения кладбищенской земли.

На этой мысли Курту пришлось закругляться с отвлеченными размышлениями, так как нежить, наконец-то, избавилась от мерзкого на вид, покрытого пленками слизи кокона. Жнец с интересом изучал новопризванную тварь, рассеянно отвечая на вопросы спутников. Следом наступила пора действовать. Курт одним движением расчехлил висящий за спиной посох и поставил его вертикально прямо на воздух, а потом разразился приказами:

— Граф, щит на пятый уровень.

— Сделаю, — тер Салазар стал на ходу усложнять управляющие печати, вращающиеся вокруг его предплечий в строгом порядке. Работа мастера всегда вызывает восхищение, но сейчас, к сожалению, не до созерцаний.

— Отец Радомир, — Курт обратился к священнику. — С вас самый мощный экзорцизм, который сможете.

— Понял, мастер Курт, — ответил священник, становясь на колени и разводя замерцавшие теплым желтым светом ладони, как будто в попытке обнять кладбище.

— Слав. Тварь сейчас слаба, но до нас доберется довольно быстро. Отвлеките ее. Тем же составом. Под зубы не подставляйтесь, может плюнуть гадостью. За хвостом тоже следите.

— Можно ли нам использовать Тень[22], господин? — слова предводителя наемников прозвучали совершенно спокойно. Да и у остальных воинов, кроме побледневшего от страха Зорана, признаков паники не наблюдалось.

— Нужно, — медленно произнес Курт, перебирая в уме печати, которыми можно было бы угостить высшего. — Мне нужно минут пять-семь. Потом по команде отскакиваете. И поосторожнее там.

— Будет исполнено, господин.

Та же четверка воинов, что совсем недавно играючи крошила потрошителей, окуталась прозрачной темной дымкой. По вершине скалы прошелся ледяной порыв, и наемники, только что стоявшие рядом со жнецом, оказались недалеко от дракона, преодолевшего уже половину пути до вкусных человеческих душ. Лучники заработали с невероятной скоростью, нанося твари множество чувствительных, но далеко не смертельных, повреждений. Лад резко сблизился с нежитью и, ловко уклонившись от хвоста, обрушил свой молот на заднюю конечность дракона. От чудовищного по силе удара лапа переломилась, а громко вопящая тварь резко потеряла в мобильности. Хотя менее опасной не стала, что и доказала, резко крутанув хвостом. Лад, уходя из-под туши монстра, почти уклонился от летящей в корпус хвостовой булавы. Почти, да. Левая рука, попавшая под удар, повисла плетью. Однако воин не вышел из боя, продолжая орудовать зажатым в здоровой руке двуручным молотом. Следом в дракона прилетел, разгоняя сумерки солнечным светом, экзорцизм, подарок от приора, после чего костяной ящерице стало совсем кисло.

Курт понял, что помощь наемникам особо не нужна, и занялся начертанием печати, известной, как темное раскаяние. В теории, должно хватить одной только этой печати, чтобы развоплотить тварь. На практике же может не хватить сил. А еще у нежити может быть якорь, хотя почему может быть? Вон она, сидит. Девица-якорица, да. Впрочем, у жнеца был способ решить оба эти вопроса.

— Михей, Зоран. Мне некогда объяснять вам каждое свое действие. Поэтому, просто не мешайте. Чтобы я ни делал, помните, что в округе сотни невинных, и вы неосторожным действием приговорите всех, — жнец требовательно посмотрел на неуверенно переминающихся мужиков, и добавил. — Ясно?!

Дождавшись утвердительных кивков, Курт начертал простенькую, практически ученическую, печать и на вершине холма образовался ровный саженный круг, покрытый прахом от рассыпавшихся травы и камней. Еще начертание, и прах снесло порывом ветра. Следующее начертание, и на ровной земляной площадке появляется сложный рисунок печати, мерцающий ядовитым гнилушечным светом. Со стороны удивленно охнул граф, который понял, что именно затеял жнец, но каких-то других комментариев с его стороны не последовало.

Порывшись в висящей на правом боку рабочей суме, Курт извлек из нее небольшой молоток, выполненный из темного металла и покрытый зеленоватыми мерцающими рунами, и четыре таких же заточенных штыря, в полторы пяди длинной каждый. Жнец обернулся посмотреть, как там справляются его Стражи. Стражи справлялись неплохо. Дракон находился под постоянными атаками и, пытаясь достать обидчиков, кружил по осколкам разбитых в крупный щебень склепов, периодически отхватывая экзорцизмы от приора. Убить — не убьют, но ослабят знатно. Уже ослабили, да. Восстанавливаться твари теперь суток трое, если не найдет себе пищу. А вот пищи в округе, к сожалению, достаточно.

Курт повернулся обратно и махнул Хлысту и Волку, продолжавшим удерживать Агну. Разведчики сноровисто потащили девушку к начертанной на земле печати. Агна, выйдя то ли из ступора, то ли из экстаза по поводу призыва твари, решила оказать сопротивление, но куда ей против двух сильных воинов. Стражи сноровисто уложили девушку спиной на печать. Курт присел возле правой руки сироты, и вогнал в прижатую Богшей ладонь Агны один из штырей, звонко постукивая по нему молоточком. Брызнула кровь, девушка выгнулась дугой и застонала от боли, кляп из ее рта никто и не собирался убирать. Под ошалелыми взглядами войта и племянника Слава, а так же заинтересованным взглядом графа, Курт без суеты проделал ту же процедуру с оставшимися конечностями девушки. Не пытаются ее спасать, и ладно. Курт окинул взглядом результат своей работы. Кровь капала точно на узловые руны. Руки и ноги девица не сможет теперь ни освободить, не передвинуть — спасибо зачарованным штырям. Мастерство не пропьешь, да.

Удовлетворившись увиденным, жнец спрятал в сумке молоток, а взамен достал хищный, похожий на коготь, ритуальный нож, сделанный все из того же металла. Присев на девушку верхом, жнец проколол себе палец. Зафиксировав ее голову, быстрыми четкими движениями начертал своей кровью еще одну печать на лбу Агны. Та уже просто плакала, не пытаясь больше сопротивляться — обессилила. Отложенный нож вернулся в руку жнеца. Одно резкое движение, и клинок вошел точно между четвертым и пятым ребром слева от грудины так, чтобы остро заточенный кончик проник в центр сердца. Еще один болезненный стон со стороны девушки, и жизнь стала быстро покидать ее тело.

Жнец почувствовал, как его тело начинает «звенеть» от того потока силы, что непрерывно стал вливаться в его источник. Тихая Госпожа приняла душу ведьмы и наградила своего слугу за, так сказать, доставку преступницы на суд.

— Тварь была завязана на некромантку, — отстраненно, как сквозь подушку, услышал Курт объяснения графа войту и Зорану. — А так жнец получил много силы для борьбы с нежитью, снял удерживающий здесь дракона якорь, да еще и избавил Таал от колдуньи. Изящное решение.

Дальше Курт уже не слушал. Глянув последний раз в остекленевшие глаза преступницы, жнец поднялся и, выйдя на край площадки, подхватил свой посох. Пора приступать к основному этапу, да. Руны и линии чертились с необыкновенной легкостью. Начертав пять направляющих, сочащихся тенью, печатей вокруг оси посоха, Курт приступил к формированию темного раскаяния. Направив навершие посоха на высшего, жнец мысленно скомандовал наемникам отойти от твари и, дождавшись исполнения приказа, отпустил печать. Воины отскочили от твари. Направляющие печати соскользнули с посоха и выстроили своеобразный коридор для основной печати. Следом с навершия посоха сорвались три дымящихся тенью сгустка, размером с конскую голову каждый. Покружив мгновение над заподозрившим неладное драконом, сгустки впились в его тело с разных сторон, растворяясь в его теле.