Б. Самет – Менталист (страница 16)
Из машины выскочил второй, пытаясь уцепить меня за костюм и ударить. Но я отбив протянутую руку, завернул ему с разворота ногой под подбородок. Того слега подкинуло и он мешком рухнул на землю.
Подойдя к запаниковавшему водителю, не успевшему догнать что произошло, я ударил того об руль и спокойно спросил:
— Ну, чего хотели?
— Пацан, ты чего? — обиженно ответил тот, но что-то увидев в моих глазах, зачастил: — Мы тебе мотор подогнать хотели, со всем уважением от братвы. Вон сороковка стоит, как у тебя старая, один в один.
Я быстро пробежался по мыслям этого струхнувшего водителя. Действительно, с подарком приехали пацаны. Хотели наладить взаимовыгодное сотрудничество братвы и полиции. Тут в Москве дела денежные, даже в районе. Схемы крутят мудреные, на которые мои коллеги иногда закрывают глаза. Вот и приметили молодого резкого опера, заранее решив так сказать подмазать, а то мало ли что нароет. Времени не было полноценно потрошить ребят, но ситуация меня заинтересовала. Мелькнула там мысль о майоре Чехвостине, зама полиции по опер работе… Надо бы прозондировать о нем.
— Слушай сюда дятел. — я внимательно, проникновенно посмотрел на мужика, внушая ему толику страха. — Машину свою на х…й забрали и чтобы не приходили ко мне больше с этим. Доступно сказал? Или меня оформить вас за дачу взятки?
— Да-да… Мы эта… перепутали кажись тебя, ошибочка вышла. — с облегчением ответил водитель.
Тут из здания выбежали наконец двое сотрудников дежурки, капитан и сержант. Сержант со автоматом, который неявно навел на покряхтывающих мужиков, явно уголовной наружности. Навел со знанием, чтобы на линии огня не было гражданских. Тут их хватает, правда все разбежались или не успели с реагировать на скоротечную схватку.
— Что случилось? — подошел ко мне немолодой усатый капитан. — Напомни-ка, ты кажется наш новый опер?
— Да новенький… Краснов.
— А тут что, нападение на сотрудника? Задержать их. — спросил капитан, хотя знал что напал я. По камерам мои очередные подвиги засветились. Но капитан был с понятиями, в мыслях уже наслышан об мне, понял что я сотрудник не простой, так что акценты расставил правильно. Что-то увидев в моих глазах, добавил: — Камеры кстати не работают сегодня, сбой программы.
Я с благодарностью кивнув, давая понять что понял услугу и буду должен.
— Недопонимание вышло тащ капитан. Подумал, что пацаны мне взятку собрались дать машиной. Вот она кстати… — кивнул я на сороковку. — А они оказывается меня с кем-то перепутали.
— Мы тут эта… — выглянул из салона внедорожника помятый водитель. — Действительно ошиблись. Сейчас машину отгоним. И эта… претензий тоже не имеем.
— Точно нет претензий? — с сомнением обвел капитан взглядом пошатывающихся уголовников, которых я разбросал. Один встал быстрее и сейчас поднимал второго, которому я удачно ногой заехал.
— Точно-точно… — прокряхтел Сталоне. Именно ему меньше досталось.
— Ну мы поедем? — не уверено напомнил о себе водитель, протирая кровь из припухшей губы, разбитой мной об руль.
— Езжайте… — махнул капитан и кивнул своему бойцу, который все это время молча контролировал обстановку. С виду спокойный, но в эмоциях напряжение. Видать молодой совсем, не привычен для него такой махач во дворе ОМВД.
Помятые братки загрузились в свою машину, причем второй, который с моей ногой познакомился, еще явно не пришел в себя. Это я удачно ему, даже растяжка заболела. Тело Краснова явно еще не готово к такому.
Перепуганные братки кажется забыли про оставленную сороковку, но я напомнил, решив припугнуть напоследок, внушив немного страха. Для повышения культуры общения с оперативным сотрудником, так сказать:
— А ну стоять!
От моего голоса дернулись даже сержант с капитаном, ощутив отголоски наведенного внушении. Бандиты же даже на вид струхнули, не делая резких движений.
— Подарок свой забыли. — кивнул я на сороковку. Донесшийся вздох облегчения даже глухой бы услышал.
Дальше, дождавшись когда братки отъедут, я повернулся капитану:
— Так говорите тащ капитан камеры не работали?
Я решил точно закрыть этот вопрос, а то опять появится ролик в youtub-е с моим участием, а мне отчитывайся потом перед руководством, рапорта пиши.
— Зови меня Семен, и на ты. — не чинясь протянул мне капитан руку, которую я пожал: — Камеры работают, но записи я удалю, не переживай.
— Спасибо — ответил я улыбаясь. — Буду должен.
— Иди уж, должник. — усмехнулся по доброму капитан.
Чуть позже, когда Краснов отъехал, на такси, к капитану заинтересованно обратился сержант:
— А кто это Семен Саныч?
— Слышал же, молодой опер наш, у Шилова в отделе.
— Да я не в том смысле. — смутился сержант. — Молодой вроде, но… харизматичный что ли. И не боится ничего. Про камеры знал, но в драку полез. А у нас сами знаете, за такое увольняют… И еще братков не боится. Вот и спрашиваю, кто такой?
— Кто такой — кто такой… — передразнил капитан, сам отметивший, что опер больно уж жесткий. Так забудешься, глянешь, а словно взрослый. — Кто такой не знаю, но пацан хваткий, непонятно что ли. Ему, щеглу заметь, братки тачку подгоняют… Значит успел уже за яйца где прихватить.
— Мне бы кто сороковку подогнал. — буркнул на это сержант.
Капитан только усмехнулся и добавил:
— Служи усерднее, потом может и переведешься к операм и будет тебе счастье. Вот только, еще заметь, опер то наш, машину не взял… Ладно пошли, покажешь мне старому как там видео удалять. А то донесут руководству или СБ не дай бог увидит, а мне с таким опером не с руки ссорится. Действительно крутой какой-то слишком.
Глава 9
Сижу присматриваю за ребенком по просьбе соседки. Сама соседка о чем-то оживленно болтает с родителями, в основном с отцом, который нет-нет, но бросает на меня задумчивый взгляд. Сегодня я отца конечно удивил, когда сказал что у меня теперь новый Гелендваген, еще и в полной комплектации, со всеми наворотами которые могут быть. А еще я повелся и оформил в салоне блатные номера с тремя пятерками в середине и с тремя семерками в цифрах региона. Всего-то полтора миллиона рублей отдал. Мне за эти деньги машину без ожидания на месте оформили, и двух часов не прошло. В общем родители от всего этого были в шоке, и это еще мягко сказано.
Отец, обычно не вмешивающийся в жизнь Краснова, вцепился мертвой хваткой, пытаясь выяснить у меня от куда добро. В эмоциях его полыхало таким беспокойством за своего младшего и как он думал непутевого сына, что ввязался в мутную историю, что мне невольно стало стыдно за свое попадание. Но случившегося не повернуть вспять, мне только остается соответствовать образу Краснова, добавив от себя только лучшее и попытаться стать гордостью этих людей.
Я для себя еще ранее решил не проводить никаких манипуляций с разумом родственников и близких. В особенности это касается родителей и брата с сестрой с которыми мне еще предстоит познакомится. Максимум чтение эмоций и поверхностных мыслей, но и то в исключительных случаях. И никакого внушения, работы с памятью или с самой личностью. При желании я могу такого наворотить, как с тем же Антоном, который час назад проломил себе голову в камере по моей установке, но мне этика в отношении близких не чужда. А эти люди, в силу обстоятельства, теперь мне не чужие. Я себя знаю, начав раз что-то внушать или убирать из памяти, я не остановлюсь, пока эти люди не станут со всем другими личностями.
И вот слушая вопросы Краснова, мне пришлось выдумывать историю без какого-либо вмешательства в разум. Лгать без ментальных способностей мне было непривычно, так что я придумал какую-то дурацкую историю, что машину мне подарили в качестве взятки за разовую помощь уважаемым людям. Взятка Краснову старшему, как опытному адвокату прошедшему лихие 90-е была понятна. Да и маму как бывшего следователя СК это не особо задело. В условиях российской действительности, их больше напугал размер взятки в виде дорогой машины, а также возможные последствия для меня, чем сам факт совершения мною коррупционного преступления.
Но родители еще не успели разобраться, как отнестись к таким нетрудовым доходам сына, когда пришла наша соседка, давняя подруга матери. Я пользуясь моментом, быстро схватил со своей комнаты сумку с остатками денег, где еще оставалось больше 700 тысяч евро, и отнес ее в машину. Пусть там пока лежит, дальше что-нибудь придумаю. Не хотелось бы чтобы деньги обнаружили. Мама конечно соблюдает частную жизнь сына, но после таких новостей может и покопаться в вещах. А объяснить такую взятку я не смогу, не поверят.
И вот придя домой я играюсь с ребенком. Все не могу понять что с этой девочкой не так и посомневавшись, начинаю легкое сканирование. С удивлением понимаю, что она больна. Внешне обычный здоровый, красивый ребенок, но отделы мозга отвечающие за аналитическое мышление немного повреждены. Поэтому ребенок не разговаривает, не понимает обращенную речь, зациклен на повторяющихся действиях.