Б. Истон – Гонщик (страница 49)
«
Поглядев вниз, я увидела, что моя сумка при мне – ее длинный ремень пересекал мое тело по диагонали. А поглядев вверх, я поняла, что моя машина стоит на парковке возле места, где был припаркован «босс» Харли.
«
В своей сумке я отыскала еще несколько хлебных крошек, которые приведут меня к дому – ключи, сигареты, зажигалку, телефон.
«
Небо пронизал раскат грома, напугавший меня и сорвавший мои ноги с места.
«
Новый раскат грома – на сей раз так близко, что у меня заложило уши. Я нырнула в машину как раз вовремя. Это было не вознесение.
Это был чертов потоп.
Я завела машину и тронулась с места исключительно на мышечной памяти, но штуки вроде включения фар и дворников потребовали больших усилий мысли. Так же, как и необходимость понять, куда ехать. У меня не было ни малейшего представления, где я. Я никогда не была в этой бильярдной, я не узнавала этого торгового центра, а вся поездка прошла для меня как в тумане.
Хороший совет. Я его послушалась.
И поехала направо через бордюр.
Неважно. Я выехала с парковки на дорогу. Но одновременно с набором скорости моя связь с реальностью начала быстро уменьшаться. Из-за кислоты я стала видеть следы, так что каждая стекающая по лобовику капля теперь оставляла за собой сияющий след. Я больше не управляла «мустангом». Я вела космический корабль по полю, полному звезд. Пролетая мимо, они образовывали вокруг меня световой туннель. Но не все. Некоторые разбивались о мое лобовое стекло. Мне было их жаль. Жертвы моего космического путешествия.
Где-то впереди замаячил большой красный светящийся шар.
«
Гудки и визг тормозов, как по щелчку, вернули меня на землю. Я только что проехала на чертов красный свет, под проливным дождем, на одному богу известно какой скорости, во время кислотного трипа по Млечному Пути. При осознании того, как близко от смерти я проскочила, у меня застучало сердце, отдаваясь звоном в ушах. Я едва себя не угробила.
Или еще хуже.
Я могла бы убить кого-то другого.
Мне надо было сойти с дороги. Я опустила стекло, чтобы лучше видеть дорогу, и на первом же разрыве бордюра повернула руль влево, въезжая на отдаленно знакомую парковку. Дождь был таким сильным, что я не видела ничего на два метра впереди от машины, но что-то в покрытии, в текстуре асфальта под колесами и в том, как волоски на моих тощих руках внезапно приподнялись, говорило мне, что я тут уже бывала.
Я встала в первом же месте, отдаленно похожем на место для парковки, которое могла различить сквозь дождь, и выключила мотор. Сделав глубокий вдох, я закрыла глаза, предоставив дождю лить на меня сквозь открытое окно, а «ксанаксу» в моей кровеносной системе успокаивать нервы. Потом я перекрестилась, как тысячу раз делала моя мама, ирландская католичка, и произнесла единственную известную мне молитву.
«
Схватив сумку с пассажирского сиденья, я нырнула в нее в поисках этого мигающего, вибрирующего проклятья.
«
Я поглядела на определитель номера и почувствовала, как через «ксанакс» прорывается новая волна паники, потому что я не знала горящего на экране номера. А я была не в том состоянии, чтобы иметь дело с неведомым.
«
«
Затаив дыхание, я нажала на кнопку ответа.
– Алло?
Если там кто и был, я не могла расслышать его сквозь шум дождя, лупящего по металлической крыше и волнами стекающего по моему открытому окну.
– Алло?
Отключившись, я уставилась на экран, стараясь отыскать в памяти хотя бы намеки на то, где же я могла раньше видеть этот номер. В мозгу было пусто, но в носу… мой нос различил донесшиеся откуда-то с ветром нотки теплого, коричного одеколона и сигаретного дыма. Я вдохнула как можно глубже, стараясь уловить эту галлюцинацию и удержать, ради всего святого. Боже мой, этот запах. Я бы хотела закутаться в него, как в одеяло. Или в смирительную рубашку. Как давно это было? Это был май, а я не видела Рыцаря с…
Глава 39
Едва мои пальцы дотронулись до черной пластиковой ручки, дверца машины вылетела у меня из рук с такой силой, что я подумала – налетел торнадо. Но когда две грубые руки проникли в машину и вытащили меня наружу, я поняла, что имею дело с совершенно иной силой природы.
Все мои чувства были обострены. Дождь освежал каждый неприкрытый сантиметр моей кожи. Уши задрожали от звука захлопнутой ударом ноги дверцы машины. Меня опустили на ноги, прижав спиной к захлопнутой дверце с открытым окном. Мои легкие расширились, наполняясь теплым, знакомым запахом, который никуда не исчезал.
А глаза, едва открывшись, немедленно наполнились слезами.
«
– Ты нашла меня. – Голос Рыцаря прозвучал низко и ясно.
Его бровь была недоверчиво приподнята. Я уже видела этот взгляд – в его восемнадцатый день рождения, когда я стащила для него сандвич с курицей в школьном буфете. Рыцарь выглядел таким же растерянным, как в тот день, когда я сделала ему подарок – возможно, первый в его жизни. И это снова точно так же разбило мне сердце.
Мои руки инстинктивно обхватили голову Рыцаря. Даже промокшие насквозь, его светлые стриженые волосы были на ощупь как бархат. Я даже не осознавала, как скучала по всему этому. Его запах. Его руки. Его серые глаза зомби, глотающие меня, как последнюю в жизни пищу.
Не знаю, кто из нас начал этот поцелуй, возможно, мы оба, но, едва язык Рыцаря оказался у меня во рту, я поняла, как скучала и по его вкусу. В школе это был вкус мятной жвачки. После школы – дешевого пива и «Кэмэл лайтс». Но в эту ночь это был вкус Южного Успокоителя. Мой самый любимый. Он напомнил мне обо всех тех ночах, что мы провели вдвоем, свернувшись на кушетке в комнате отдыха тату-салона, пьяные от виски и первой любви.
Но этот поцелуй был не как те. Этот поцелуй был жадным, отчаянным, голодным, он начался в наших ртах и разошелся по всему телу, полностью подчинив его. Руки вздымались, сжимали и срывали одежду. Бедра сталкивались. Ноги старались удержаться на залитом водой асфальте.
Дождь, хлещущий меня по голым рукам и ногам, был ледяным, но я в кои-то веки не дрожала. В Рыцаре было достаточно тепла.
Рыцаря было достаточно.
Приподняв, Рыцарь посадил меня на край открытого окна и продолжил атаку на мой рот, пока я путалась в застежке его камуфляжных штанов. Едва мои пальцы скользнули по его длине, Рыцарь стянул ширинку моих свободных коротких шортов и трусики на сторону и прижался ко мне. Но не вошел. Он сумел сдержать бурлящий вокруг нас поток феромонов, чтобы успеть взглянуть мне в глаза и молча спросить мое согласие.
Не желая, чтобы Рыцарь увидел мои зрачки, я зажмурилась и притянула его к себе для нового поцелуя. Обхватив ногами его талию, я прижала свои грязные бойцовские ботинки к его спине, выдавая ему долгожданное приглашение.
Рыцарь был настолько же обжигающим, насколько дождь был холодным, и эта противоположность ощущений воспламенила меня. Я вцепилась в его черную майку, крепче вонзила в него пятки и прикусила его язык, когда он вошел в меня. С каждым сантиметром я чувствовала, как он стирает след, оставленный Харли в наш с ним последний раз. Рыцарь был единственным, кому я могла вот так доверять.
И он наконец вернулся.
Обхватив его руками за шею, я зарылась лицом в его плечо и заплакала. Этот вечер за каких-то несколько коротких часов сумел превратиться из неприятного в страшный, потом – в опасный для жизни, потом – в волшебный, и мои эмоции просто не могли с этим справиться. Я могла не понимать, где я была и что там происходило, но Рыцарь был тут, и его руки удерживали меня. Возвращали в реальность. В безопасность. Я вдохнула его запах, затаила дыхание и взмолилась вселенной, чтобы все это было на самом деле.
Рывки Рыцаря стали резче, и мои тихие слезы сменились более громкими вскриками и стонами. Наклонив голову, Рыцарь нашел мой рот. Толстые пальцы нырнули в мои промокшие волосы. Зубы прикусили мою нижнюю губу. Рыцарь набух во мне, его грудь разорвало рычание, и все, что он сдерживал в себе последние девять месяцев, вырвалось в мое тело. Его мышцы расслабились. Голова упала мне на плечо, я обхватила эту пушистую светлую башку, а он все продолжал облегченно содрогаться во мне.