Азрет Зеушев – Правило первой ошибки (страница 2)

Он прошел к кафедре, бросил туда папку и оперся ладонями о стол — точно так же, как час назад.

Его взгляд медленно прошелся по аудитории.

Я инстинктивно попыталась исчезнуть: сползти ниже, спрятаться за спину впереди сидящего, слиться со стулом. Бесполезно.

Янтарные глаза нашли меня сразу.

И его губы дрогнули в ленивой, почти торжествующей усмешке.

Он залез в карман худи, достал мою ярко-зеленую ручку и покрутил её между пальцами.

— Ну что, первокурсники, — произнес он спокойно. — Давайте знакомиться. Меня зовут Марк. И следующие полгода я буду вашим куратором.

Пауза.

— А для кого-то — главным кошмаром.

Его взгляд остановился на мне.

— Особенно для некоторых любительниц чужих мест.

Он едва заметно подмигнул.

Я поняла две вещи.

Первая — моя учеба действительно превращается в ад.

Вторая — зеленый цвет я теперь ненавижу окончательно.

Глава 2. Особые полномочия

— Акулова? Здесь. Баринов? Забирай. Волков? Держи

Голос Марка звучал ровно и на удивление чётко, пока он перебирал синие корочки студенческих билетов. Наша группа заворожённо следила за каждым его движением. Девчонки с первого ряда, кажется, забыли, как дышать, то и дело поправляя макияж и бросая взгляды на новоиспечённого куратора.

Я сидела неподвижно, надеясь, что на галёрке меня просто не заметно. Стопка документов в его руках стремительно таяла.

— Якимова? Получи. Всё, свободны, — Марк хлопнул ладонью по пустой кафедре и небрежно сунул руки в карманы худи.

Однокурсники зашумели, собирая вещи и устремляясь к выходу. Я нахмурилась и быстро проверила рюкзак. Студенческого не было. Но мою фамилию он точно не называл.

— Извини, — я несмело подошла к Ане, которая уже надевала куртку. — Он ведь не говорил «Кузнецова»?

— Не-а, не слышала, — отозвалась она, не отрываясь от телефона. — Ой, ладно, пошли, а то в столовке всё разберут.

Я спустилась по ступеням амфитеатра последней. Аудитория быстро пустела, и через минуту мы с Марком остались почти вдвоём. Почти — если не считать тяжёлой, звенящей тишины.

Громов сидел на краю кафедры, покачивая ногой. В пальцах он снова держал мою несчастную зелёную ручку.

— Потеряла что-то, Кузнецова? — спросил он, даже не глядя на меня.

— Мой студенческий. Вы его не выдали.

— Разве? — он лениво запустил руку в карман худи и достал синюю корочку. Покрутил её передо мной.

С фотографии на меня смотрела я сама — с тугим пучком и слишком серьёзным выражением лица.

— Надо же. Завалялся.

— Отдайте, пожалуйста, — я протянула руку.

Он поднял документ выше, заставляя меня сделать шаг ближе.

— Не так быстро, отличница.

Его усмешка стала заметнее.

— Видишь ли, статус куратора — это куча скучных обязанностей. Бумаги, отчёты, списки, организация студенческих мероприятий Мой отец считает, что это развивает «лидерские качества». А я считаю — пустая трата времени.

Я насторожилась.

— И при чём здесь я?

— При том, что мне нужен помощник. Ответственный, — он чуть наклонился вперёд. — Ты идеально подходишь. Будешь старостой группы. Вся бумажная волокита — на тебе. Твоя аккуратность наконец-то пригодится.

— Я отказываюсь.

Я выпрямилась.

— Старосту выбирает группа. И я не собираюсь делать твою работу.

Марк вздохнул так, будто я его утомила, и постучал моим студенческим по моей ладони.

— Какая жалость. А я ведь могу забыть передать этот документ в деканат. Ну знаешь потерялся. Зависла система. Восстановление до ноября. Стипендия, библиотека, допуск к занятиям

— Вы не посмеете, — прошептала я.

— Проверим?

В его голосе прозвучал спокойный интерес, даже азарт.

— А ещё я могу случайно напомнить профессору Кольцову, кто именно сорвал лекцию у магистров. Он очень трепетно относится к дисциплине. Твой «автомат» по матанализу сгорит, даже не начавшись.

Я смотрела на него и не верила.

Наглый. Испорченный. Самоуверенный.

Но самое ужасное — я понимала, что он действительно может это сделать.

Один звонок. Одна фамилия. И всё, что я строила годами, может рухнуть.

— Ладно, — процедила я. — Что конкретно я должна делать?

— Умница.

Он наконец отдал мне студенческий.

Я резко выдернула документ, но он не отпустил сразу. Наши пальцы соприкоснулись. Короткий разряд прошёл по коже — горячая, сухая ладонь.

Я быстро отдёрнула руку.

На долю секунды его взгляд изменился. Но он тут же спрыгнул со стола.

— Первое задание, староста.

Он бросил мне зелёную папку.

Я едва её удержала.

— Личные карточки группы. Внеси в электронную ведомость и отправь мне до вечера.

Пауза.

— И, Кузнецова ручку я, пожалуй, оставлю себе.

Он покрутил её между пальцами.

— В знак успешного начала сотрудничества.