Айя Субботина – Солги обо мне (страница 46)

Я быстра сбрасываю полотенце, включаю воду и нарочно оставляю ее прохладной. Мягкие струи опускаются на плечи, заставляют прикусить нижнюю губу, чтобы не вскрикнуть от неприятных ощущений первых пары секунд. Потом становится легче. Нервное напряжение как рукой снимает. Не знаю, почему холодный душ всегда так эффективно снимал любой мой стресс - начиная от плохой оценки в школе и потом, когда в институте не с первого раза сдавала зачет. Вдруг вспоминаю, что из-за мужчины я тут впервые, и это открытие заставляет задрать голову и нервно забулькать полным ртом воды.

Нужно просто взять себя в руки.

Ничего страшного не произошло.

За и нечего прикидываться невинным одуванчиком - я же все равно что-то такое подозревала. Даже если думала, что совместной и уже далеко не такой трепетной станет наша следующая поездка. Просто, если бы Олег хотя бы предупредил, что летит ко мне - я успела бы морально к этому подготовиться и точно не вела бы себя как девственница-истеричка.

Ох, вера, ты про гея зачем брякнула?

Я то и дело верчу эту мысль в голове, пока мою волосы, наношу кокосовое масло вместо бальзама, и ополаскиваюсь уже немножко теплой водой. Потом пять минут, как было написано на всех плакатах в детской поликлинике, чищу зубы, забираясь щеткой даже в те самые «труднодоступные места». Я ведь правда пару раз задумывалась об ориентации Олега - слишком уж странно он себя вел. Был рядом - но не пытался сблизиться, опекал - но ничего не просил взамен. Это немного напоминало поведение парней из романов о геях, которые я пару раз читала на иностранных сайтах. Типа, он, чтобы не привлекать внимание родственников, женится на какой-то подходящей женщине и обеспечивает ей сытую жизнь взамен на право заниматься тем, чем ему хочется и не посещать супружескую постель. Ну, лучше уж думать такие глупости, чем начинать ковыряться в своих и без того посредственных внешних данных и снова поднимать с полу рухнувшую самооценку. После слов Меркурия она до сих пор скорее не очень жива, чем на марше.

Странно, но именно сейчас мысли о Меркурии приходят как нельзя кстати.

Раньше они вызывали во мне спазмирующую режущую боль. Каждое утро я буквально за волосы вытаскивала себя из кровати, потому что всю ночь кричала ему во сне, как сильно люблю, а он каждый раз отворачивался и уходил. Потом я перестала кричать, но боль все равно осталась. Со временем притупилась и она.

А сейчас…

Решительно смахиваю ладонью пар с большого круглого зеркала и вижу там себя - уже без синяков под глазами, с «цветущими» под жарким тропическим солнцем веснушками, со все еще болезненно впавшими щеками, но уже абсолютно зажившими губами здорового розового цвета.

— Ты танцевала как богиня на той сцене, - говорю своему отражению и назидательно грожу ему пальцем, - не смей расклеиваться из-за мужика. Просто скажи ему все, что думаешь. И нечего бояться.

Я накидываю на плечи халат - обслуживание меняет их каждый день - взбиваю еще влажные волосы руками и, сделав глубокий вдох, выхожу.

Глава тридцать четвертая: Венера

Глава тридцать четвертая: Венера

Олег сидит ровно на том же месте - смотрит на океан и задумчиво «жует» зубочистку из коктейля, с нанизанным на нее кусочком ананаса. Он все так же без рубашки и на этот раз я могу полюбоваться и его широкими плечами, и крепкой спиной. Даже немного завидую, что у него идеально чистая кожа, без намека на веснушки и пигментацию, а не то, что у меня.

Только когда подхожу на расстояние вытянутой руки, Олег поворачивает голову. Мое появление, хоть я не пыталась нарочно идти бесшумно, для него не сюрприз. Взгляд такой же выжидающий. Сразу понятно, что не только я провела последние полчаса в режиме «Нужно это разрулить». Только Юпитер не делает и шага навстречу - продолжает молча смотреть, только едва заметно нетерпеливо дергает бровью.

Я захожу за стойку - ей-богу, мне спокойнее, когда нас разделяет хоть какая-то преграда. Тогда есть шанс, что меня не сразу расплющит его недовольством. Оно ведь обязательно будет, потому что я настроена крайне решительно.

— Если бы ты с самого начала сказал, что хотел провести выходные с девушкой, которая будет рада расставить ноги в обмен на все подарки, то этого разговора не было бы, - говорю на выдохе, и даже немного удивляюсь, что на этот раз не заикаюсь и не ломаюсь на третьем же слове. - Я не из тех женщин, которые готовы торговать своим телом в обмен на… оказание услуг эскорта.

Не самое подходящее определение, но что уж сказалось.

Олег вытаскивает зубочистку из рта, задумчиво стаскивает зубами несчастный ананас и жует его с абсолютно постным лицом.

— Если бы мне была нужна эскортница, девочка, я бы не стал заморачиваться с тобой и просто запросил бы каталоги в соответствующих агенствах. К слову, - он безразлично кривит губы, - пару раз так и делал. Но я рад знать, что ты в курсе всех мужских развлечений.

— В наше время все об этом в курсе, - пытаюсь так же, как он, скривиться, но получается только жалкая пародия.

Олег относится с пониманием к моей попытке и кивком предлагает продолжить.

Честно говоря, после его абсолютно честного признания насчет эскорт-услуг, я уже и забыла, какая «предъява» была следующим пунктом в моем списке. Придется как всегда - импровизировать.

— Мне жаль, если я стану самым огромным разочарованием в твоей жизни и я абсолютно не снимаю с себя вины. - Язык все-таки сдает позиции и начинает противно липнуть к нёбу. Я беру кокос Олега, делаю жадный глоток и морщусь, потому что он до их пор холодный после холодильной камеры. - Мне не нужно было сюда приезжать. Чтобы сейчас не было вот этой абсолютно дурацкой ситуации.

— Уточнишь, о какой именно дурацкой ситуации идет речь? - просит Олег.

Его вежливость как будто особенной аристократической породы - ни разу в жизни я не сталкивалась с человеком, который бы, ни разу не повысив тон и не изменившись в лице, используя самые корректные выражения, доходчиво дал понять собеседнику, что тот - говно. Но так или иначе, а отступать мне некуда. Даже если вслед за языком, мой боевой настрой тоже начал стремительно сдавать позиции.

— Я не хочу быть эскорт… - Запинаюсь, потому что он прищелкивает языком. - Хорошо, не хочу быть содержанкой.

И снова пауза.

На этот раз слишком длинная. Мне приходится вступить в неравный бой со всеми своими нервными окончаниями, чтобы не утроит нервную барабанную дробь по столу или не начать теребить волосы.

— Мне нравятся твои трезвые рассуждения, - наконец, произносит Олег.

Эффект у этой фразы такой, что я с облегчением выдыхаю, уже абсолютно наплевав на то, как выгляжу со стороны. Но, когда проходит флёр первого облегчения, я понимаю, что за этой фразой должно последовать продолжение. Ведь должно же?

— Проблема в том, - на этот раз Олег не тянет резину, - что я тоже не собирался делать тебя содержанкой. И девочкой для секса - тоже. Это на случай, если ты снова скажешь, что ошиблась с формулировкой.

А вот это уже слегка похоже на ядовитую издевку.

Вроде бы, все сказано тем же нейтрально-вежливым тоном, крайне гуманно, учитывая то, что я прямо выпрашиваю более крепкие выражения. Но чувствую себя так, словно меня только что взяли за руку на глазах у всего класса и показательно поставили в угол. Если бы, не стесняясь в выражениях, обозвал меня дурой, я бы чувствовала себя гораздо легче, чем сейчас. А так хоть снова беги в душ - смывать невидимые потеки.

— Потому что, Ника, может тебе будет трудно в это поверить, но у меня никогда не было, нет и в ближайшем будущем точно не будет проблем с женщинами для ебли. - Вот теперь его тон перестает быть «томным». Совсем. Абсолютно. В стогу проще отыскать иглу, чем хоть толику мягкости в голосе Олега. И он снова использует мат - я уже знаю, что он делает это только когда очень зол. - Нет, не смей опускать голову! Смотри на меня!

Я вздрагиваю и с огромным трудом снова заглядываю ему в лицо. Он так рассержен, что от напряжения желваки на острых «углах» его челюсти становятся похожи на натянутые под кожей канаты.

— С самого начала, когда я увидел тебя мокрую и жалкую под тем дождем, я подумал: «Ну надо же, а ведь в ней что-то есть, раз из сотен остальных взглядов, именно ее взгляд привлек мое внимание!» Я нашел тебя - сам! Проявил инициативу - сам! Я ни разу не дал повода думать, что хочу какие-то особые «услуги» в обмен на знаки внимания с моей стороны!

Слово «услуги» Юпитер произносит с подчеркнутой брезгливостью, как будто я и те самые «услуги» - это что-то крайне непривлекательное.

— Я давал тебе столько времени, сколько было нужно, чтоб ты просто ко мне привыкла. Простил твою дурацкую выходку с моим, якобы, «тайным браком» и ни разу…! - Олег громко хлопает ладонями по столешнице, из-за чего мои ноги рефлекторно пружинят. - Ни разу не упрекнул тебя этим, хот я ни когда и никому не прощал такого скотского к себе отношения! Я был само обаяние и добродушие, чтобы только не спугнуть твою хрупкую душевную организацию. Боялся лишний раз к тебе дотронуться, чтобы ты - не дай бог! - не увидела в этом злой умысел. С пониманием отнесся к твоим «страхам», потому что всегда делал скидку на твой возраст и тринадцать лет разницы между нами. И вот, когда я, наконец, выбрал максимально подходящий момент, чтобы сделать тебе предложение…