Айя Субботина – Серебряная Игла (страница 32)
— Не знаю, о чем ты думала, - говорит Кай, - но вид у тебя был весьма милый. Думай об этом по-чаще.
— Мне нужна твоя помощь, - сразу перехожу к делу, помня, что любой разговор с ним может стать по истине бесконечным из-за нашей взаимной любви к словесным пикировкам. - И это очень важно. И касается моей семьи, нашего сожженного дома и… меня.
Он кивает.
— Признаться, Йоэль, я был уверен, что ты придумаешь десяток убедительных отговорок чтобы не приехать и вместо себя прислать сестру. Даже приготовил самого быстрого своего скакуна, чтобы мчаться за тобой. Твой добровольный приезд меня порядком удивил, но теперь все встало на свои месте - тебе просто что-то от меня нужно.
— Ради Взошедших, только не говори это таким тоном, будто тебе не все равно, - кривлюсь в ответ. - Мы и раньше прекрасно взаимодействовали с пользой друг для друга, и это почти всегда было довольно продуктивное сотрудничество.
— Ох, эрд’Кемарри, завязывай со своим этим официальным слогом - боюсь, я слишком разнежен и разбалован женским вниманием, чтобы спокойно пережить такие пытки.
— Тон будет таким ровно до тех пор, пока я не пойму, что ты меня слушаешь, а не разглядываешь, словно лошадь на ярмарке.
— Будь ты лошадью - у меня не было бы этой жуткой мигрени каждый раз, когда ты упорно от меня ускользаешь. - Он тяжело вздыхает, разводит руки, давая понять, что тему «о нашем будущем» мы можем на время отложить. - И чем же моя скромная персона может помочь? Удиви меня, потому что я, признаться, не имею на сей счет ни единой догадки.
— Я хочу чтобы ты напросился в гости к скарту эрд’Тафу. И взял с собой слугу. То есть - меня.
— Что бы я забыл у этого проходимца? - морщится Кай.
— Ну придумай что-нибудь. - Делаю мысленную заметку, что и Кайлер тоже не высокого мнения о Нэсстрине. И это правда очень странно, потому что раньше имя его семьи не пользовалась такой «популярностью» и я была искренне уверена, что мне придется напоминать Кайлеру, кто это вообще такой.
— Что за дела у тебя к этому типу? - Он становится серьезным, встает из кресла и подходит ближе, но только для того, чтобы пристально взглянуть мне в глаза.
У высоких мужчин есть масса неоспоримых достоинств - они всегда на виду, всегда приковывают взгляды. Но долгое общение с ними может стоить спазмов шеи и головной боли, потому что приходиться задирать голову до пределов возможности.
Новое от 09.06. (2)
Я собираюсь попросить его не стоять так близко, но вовремя понимаю, что с такими типами, как Кайлер, любая демонстрация слабостей будет равносильна проигрышу, поэтому просто сжимаю зубы и напоминаю себе, зачем все это затеяла и ради чего терплю.
— Если я попрошу не задавать лишних вопросов - ты ведь все равно не согласишься? - все-таки предпринимаю слабую попытку договориться.
— Ты просишь меня корчить хорошего парня с человеком, которого одна половина Шида презирает, а другая - желает убить, и при этом не хочешь говорить, во имя чего все это. Не слишком ли больших жертв ты требуешь, даже не дав ничего взамен?
Он снова поднимает бровь, но на этот раз выглядит как чертов бог соблазна и я предпочитаю ретироваться в дальний угол комнаты, с сожалением понимая, что тепло от очага туда уже не достает.
— У меня есть догадки на его счет, - начинаю издалека, потому что озвучивать всю подноготную своей просьб я не буду даже под страхом лишиться его поддержки. Во всей этой истории, сам Кайлер - тоже темная лошадка, и что бы он там не плел - я ни за что на свете не поверю, что его интерес ко мне - исключительно «романтический».
— И? - подталкивает Кай.
— Чтобы убедиться в этом. Мне нужно попасть в его дом - что не понятного?
— Непонятно, почему ты не сделаешь это лично, а просишь меня. Еще и собираешься устроить маскарад с переодеванием.
— Потому что… он не должен ничего заподозрить и предпринять меры, которые могут сбить меня с толку.
— Угу. Ясно.
Он снова возвращается в кресло и надолго замолкает. Так надолго, что я вынуждена силой усадить себя на маленький стульчик возле окна и ждать, пока белобрысая задница, наконец, решит хоть что-нибудь.
— Хорошо, - говорит Кай спустя какое-то время.
— Хорошо и… все? - Не могу поверить, что вся эти показательные размышления были только для того, чтобы осчастливить меня простым согласием. - Хорошо и никаких условий? То есть ты просто поедешь туда и сделаешь как я прошу?
— Да, конечно.
Даже если бы я попыталась что-то прочесть по его лицу, оно выглядит абсолютно непроницаемым. Каким-то образом ему удается делать это каждый раз, когда я чувствую недостаток информации. Ну то есть, он не будет ничего просить взамен? Не станет шантажировать тем, что сначала я должна дать ответ на его предложение или что он ждет мое согласие после того, как дело выгорит?
— Считай, что я имею слабость к искренним женским просьбам, - объясняет он, но я не верю ни единому слову.
Возможно, когда все закончится, я еще очень крепко пожалею о том, что все это затеяла.
Но в любом случае - отступать уже поздно.
— Я отправлю Нэсстрину письмо, - Кай поднимается, на глазах перевоплощаясь в холодную глыбу. - По счастью, у меня как раз есть подходящий повод, навестить этого проходимца.
— Что за повод?
— Так получилось, что у него одна из лучших сук борзой породы по эту сторону Гребневых гор. А я вдруг понял, что до сих пор не преподнес ни одного стоящего подарка своей невесте.
Новое от 13.06. Глава девятнадцатая (1)
Глава девятнадцатая
— Ты уверена, что это необходимо? - Сестра разглядывает меня с ног до головы, потом отходит и еще раз поправляет нахлобученную мне чуть ли не по самый нос шапку. - матушка всегда говорила, что так и окосеть можно.
— Она вообще много чего говорила, - ворчу я, и снова надвигаю шапку пониже.
Эх, мне бы тот ошейник, который носил Ашес - и не пришлось бы устраивать весь этот маскарад. Шитый белыми нитками, честно говоря, потому что ни одно из отражений не дает мне полной гарантии того, что костюм слуги превратил меня совсем в другую личность.
Одно хорошо - в тех местах, где Взошедшие не одарили меня пышными формами, не пришлось ничего затягивать, поэтому я действительно легко могу сойти за мальчишку-подростка. А благодаря «колдовству» Тэоны с пудрами и кремами, шрамы на моем лице почти незаметны. Только теперь оно стало на несколько тонов темнее и выглядит так, будто слуга лорда та-гар’эрд’Айтран больше времени проводит в поле с крестьянами, а не исполняя важные хозяйские поручения.
— Если хочешь знать мое мнение - мне не по душе весь этот маскарад.
— Ты повторяешься, - говорю я, и отхожу подальше, чтобы пресечь очередную попытку Тэоны «сделать лучше». - Если хочешь знать
— Судя по его последнему визиту - он явно не так прост, чтобы дать обвести себя вокруг пальца.
— Предлагаешь оставить все как есть? Не выяснять, почему вдруг он решил избавиться от меня? За какие заслуги ему на голову свалились все эти богатства?
Я могла бы использовать последний аргумент - воззвать к памяти наших родителей, но не хочу кривить душой. После того странного воспоминания с книгой без слов, странной фигурой в черном и отце, который не моргнув глазом был готов заморить меня голодом, мне с каждым днем все тяжелее вспоминать об этих людях… как о своей семье. Но я все равно благодарна им, потому что до сих пор не знаю, какой была бы моя жизнь, если бы я - непонятно кто? - оказалась подкидышем в бедной крестьянской семье или приемной дочерью какого-то набожного священника.
Кстати, еще одна причина, по которой в качестве помощника я выбрала Кайлера - мне все еще нужно очень постараться, чтобы заставить его проговориться о других моих «особенностях», которые он знает, но предпочитает скрывать.
— Надеюсь, это приключение вас сблизит, - заговорщицки говорит Тэона, делая характерный жест бровями.
— Мне бы твой оптимизм - я буду искренне рада, если мы не попытаемся убить друг друга… достаточное количество раз, чтобы одному из нас это удалось.
Но, как оказывается, все проходит гораздо лучше, чем я предполагала, потому что большую часть пути Кай просто молчит, а то и вовсе уезжает далеко вперед, оставляя меня «под присмотром» десятка вооруженных до зубов воинов из его личной гвардии. Выглядят эти парни как настоящие головорезы, только в чистеньких доспехах. Он как будто знает, что я попытаюсь его разговорить, и нарочно старается держаться подальше. А в те редкие моменты нашего путешествия, когда мы оказываемся рядом, у меня в голове как назло становится пусто, и я не могу придумать ни одной сносной темы, чтобы начать разговор.
Глава девятнадцатая (2)
Но и у этого есть свой огромный плюс - у меня есть достаточно времени, чтобы еще раз как следует все обдумать и разложить по полочкам каждый свой шаг, включая разные непредвиденные обстоятельства. Если совсем коротко, то я планирую воспользоваться первой же возможностью, чтобы улизнуть и изучить каждый закоулок дома Нэсстрина, чтобы найти того самого «третьего». Но у меня нет иллюзий на счет того, что сделать это будет не просто. Крайне непросто и может даже опасно, потому что человек, дважды попытавшийся меня убить (по причинам, которые мне до сих пор неизвестны) точно не побрезгует попытаться и в третий раз. Особенно, если я дам «достаточный повод».