Айя Дим – Волк в стеклянной башне (страница 11)

— Абсолютно.

Он посмотрел на меня секунду и добавил без тени смущения:

— Хотя, пожалуй, контракты пока рано, сегодня начнем со скрепок.

— Со… скрепок.

— Да. Сортируй по ауре.

Я медленно повренула к нему голову.

— По ауре. Скрепки?

Он поднял глаза и очень серьезно произнес:

— Ты удивишься, насколько мстительными бывают некоторые канцелярские изделия. Особенно те, что контактировали с проклятиями.

— Я всегда знала, что степлеры в бухгалтерии одержимы, но скрепки?..

— Вижу, схватываешь суть. Вот, начни с этих.

Он протянул коробку, почти обычную такую коробку, я приоткрыла крышку и одна скрепка внутри зашевелилась.

— О-о-о нет.

— Да, — с удовлетворением сказал он. — Это Санни, она кусается.

— Конечно! Что там у тебя еще припрятано? Говорящие скотчи?

— Не говорящие, поющие, но до них ты еще не доросла.

Я смерила его взглядом, в котором было все: усталость, ненависть и легкая обреченность. Он же просто улыбнулся:

— Ты меня развлекаешь, Майя. Продолжай.

Через пару часов моя правая рука чесалась от ожога, оставленного Санни. Я, между прочим, уже обнаружила одну скрепку, которая тихо бормотала проклятия на иврите, или это был просто очень недовольный тарабарский мат, и другую, что укусила меня настоящими зубами.

— Я думала, ты хотел ассистента, — пробурчала я, перевязывая палец салфеткой, на которой уже проступили маленькие пятна крови.

— Ты — ассистент, — невозмутимо ответил Джейкоб, заваривая себе чай, причем, клянусь, ложка в чашке сама перемешала сахар и постучала о край, как будто сказала «приятного». — Просто… тебе не дали четкого инструктажа.

— И не собирались, верно?

Он глянул поверх чашки с таким выражением, как будто я сказала что-то умное.

— А зачем? Гораздо интереснее наблюдать, как ты… импровизируешь.

В этот момент из коробки со скрепками, что стояла передо мной, раздалось протяжное и подозрительное металлическое «кх-кх-кх», и через щель в крышке коробки вывалилась одна не буйная скрепка. Я медленно приподняла крышку, чтобы вернуть ее назад, но там Санни, зараза, прижалась к углу и будто улыбалась. Я взяла пинцет, да, я нашла чертов пинцет, потому что пальцы я ей больше не подставлю никогда, и попыталась выловить ее. Она шлепнула меня прямо по ногтю и с шипением нырнула под стопку контрактов, унося за собой еще три скрепки.

— О, побег, — прокомментировал Джейкоб, даже не пытаясь помочь. — Ставлю на то, что Санни решит убивать заложников.

— Если еще одна укусит, я укушу в ответ, — прошипела я, уже вооружившись металлической линейкой.

Мы с Санни кружили вокруг стола, она явно наслаждалась этим. Я сделала финт, и — да! — загнала ее обратно в коробку, резко захлопнув крышку, изнутри раздалось недовольное дребезжание. Я оттолкнула коробку к нему:

— Забирай свою маньячку!

— Благодарю, — спокойно произнес он, пряча ее в ящик.

Он откинулся в кресле, сложил ногу на ногу и изучал меня, как музейный экспонат с подозрительно забавной табличкой.

— Ты знаешь, почему я не убил тебя вчера на месте?

— Ума не приложу, — мрачно ответила я. — Хочется верить, что это не была любовь с первого взгляда, если так — предупреждаю, я разобью тебе сердце при его наличии.

— Потому что ты была интересной, — проигнорировал мои колкости он. — А интересные вещи… надо держать рядом, иногда на поводке.

— Ты забыл добавить «в Prada».

Он усмехнулся и, к моему раздражению, сделал это красиво:

— Точно! Моя псина в Prada.

***

К полудню я отсортировала три коробки скрепок. Одна пыталась вселиться в ручку, причем так настойчиво, что ручка теперь дергалась у меня в пальцах, как нервный глаз.

Другая шептала голосом моей школьной училки по математике, и, честно, я испугалась сильнее, чем в момент, когда Джейкоб натурально угрожал мне исчезновением. А третья… третья взбесилась, выскочила на пол и носилась по кабинету, вопя тоненьким истеричным голоском, как чайник на стероидах. С ней я возилась так долго, что успела трижды пожалеть, что не ношу на работу сачок.

Джейкоб, между прочим, был в восторге. У него на лице была та самая лениво-хищная улыбка, которая бесила вдвойне, потому что ты в этот момент запыхавшаяся, с растрепанными волосами и проклятой скрепкой в ладони, а он как с обложки журнала «Дьявол и его досуг».

Я вспыхнула.

— Хватит! — резко встала, руки в боки. — Я окончила университет с отличием! Я известный дизайнер-фрилансер! Я ненавижу офисы, у меня аллергия на корпоративный дресс-код! У меня были мечты, цели! А теперь я сортирую… демонские скрепки?!

Он даже не моргнул.

— Это не просто скрепки, Майя. Это артефакты.

— О-о-о, да, конечно. Артефакт «Санни-Кусака» и ее шайка «Загнутые Братья»! Билет в музей, пожалуйста! Экскурсия по психушке включена?

Джейкоб посмотрел на меня так, как будто я не человек, а ваза в углу, которая неожиданно решила заговорить.

— Ты злишься.

— О, ты гений, Шерлок! Дать медаль? Или грамоту с печатью ада?

— Я не заставлю тебя делать это вечно, это… проверка.

— На что?! На идиотизм?! На терпение?! Или просто чтобы понаблюдать, как я медленно схожу с ума?

— На все сразу, — спокойно сказал он и поднялся.

— Ну конечно, — я хрипло усмехнулась, глядя снизу вверх. — Да ты просто обожаешь смотреть, как я страдаю! Это теперь твой любимый аттракцион, да?

Он подошел вплотную, запах его парфюма ударил в нос, горький, терпкий, как лес, который собирается тебя сожрать.

— Поверь, ты не страдаешь, Майя, еще нет.

Я сжала кулаки.

— Думаешь, что сломаешь меня этими дурацкими заданиями? Что я стану тихой, послушной, в красивом шелковом ошейнике?

— Это было бы… приятно наблюдать.

— Сожалею! Твой питомец будет с характером!

Он на секунду задумался, затем уголок губ дрогнул.

— Отлично! Характер — это специи, а мне надоело есть пресное.

— Ты псих, — выдохнула я.

— А ты у меня на коротком поводке.

— А ты в моем списке на уничтожение, как только я выясню, как это сделать.

Он усмехнулся: