Айви Эшер – Костяная колдунья (страница 51)

— Не принимай близко к сердцу, дорогая! У нее слишком много забот.

Я кивнула и закрыла распахнутый от ошеломления рот.

— Что ж, на этой ноте, думаю, мне пора откланяться, — застенчиво объявила я.

А затем, поджав хвост, практически бегом понеслась к двери. Колокольчики звенели на удивление более зловеще, когда я выходила. Клянусь, звучали они так, будто смеялись надо мной! Я поспешила к машине Рогана и буквально нырнула в нее.

— Божечки, едем, едем, едем! — кричала я, склонив голову так, будто была знаменитостью, которая пытается не попасться папарацци.

Я была сильно расстроена и чувствовала себя ужасно из-за того, что согнала с места уставшую мать множества детей.

— Что? Почему? Ты что, ограбила заведение? — спросил Роган, медленно включая передачу и трогаясь с места на безопасной низкой скорости.

— Нет, хуже! Я случайно разбудила маму-медведицу, и мне повезло, что я выбралась оттуда целой и невредимой. Так что едем, пока она не передумала и не напала на нас! После такого атака медведя в том фильме с Леонардо Ди Каприо покажется обнимашками с Заботливыми мишками, — крикнула я, официально перейдя на стадию «перепугана до смерти» реакции «бей или беги».

Низкий рокот заполнил салон машины. Сначала мне показалось, что кто-то на нас напал, пока я не посмотрела на Рогана.

— Не смешно! — крикнула я, пытаясь пригнуться пониже на переднем сиденье.

Роган выехал на дорогу и остановился на красном светофоре; машина тряслась от смеха. Я сильно ударила его по плечу, вспомнив все уроки, которые Тад преподал мне в детстве о том, как сделать самую мертвую из мертвых рук. Но от этого Роган расхохотался еще сильнее.

Загорелся зеленый, но прежде чем мы тронулись, водитель проехавшего мимо угольно-серого минивэна посигналил нам. Я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как дама из закусочной на ходу показала мне средний палец.

— Вот черт, она нашла нас! Маневры уклонения! Маневры уклонения! — приказала я, указывая в противоположную сторону.

От смеха слезы текли по лицу Рогана, который упивался моими страданиями. Я скрестила руки на груди и покачала головой в ответ на его бесчувственность и незрелость.

«Вот же мерзавец!»

Примерно через пять минут и еще одну мертвую руку Роган успокоился. Он удовлетворенно выдохнул, что означало завершение приступа смеха. А затем вытер глаза и размял кисть руки, которую я дважды ударила.

— Ох, черт, как же мне это было нужно! — прокряхтел он, чуть не поддавшись очередному приступу смеха.

К счастью, он держал себя в руках, хотя его широкая улыбка чертовски раздражала.

— Может, расскажешь, что случилось? — спросил он, пытаясь проявить участие.

Но каждое слово он произносил тоном все выше и выше, так что я была уверена, что он вот-вот снова загогочет.

— Нет, не буду. Я просто уверена, это предки навели на меня порчу за то, что я на них ругалась, — надменно оборвала его я.

Почему-то из-за этого Рогана снова прорвало. Я вздохнула, стараясь не поддаться его заразительному смеху. Не собиралась я доставлять такое удовольствие. Но как же это оказалось непросто! У него был грандиозный смех. Вряд ли я когда-нибудь слышала, чтобы чья-либо радость звучала так приятно. Меня немного утешил тот факт, что Рогану это действительно было необходимо. После того, что с ним случилось, он заслужил все приступы смеха, которые только существуют. И как бы мне ни хотелось, я не могла за это на него сердиться.

«Две мертвые руки — справедливое наказание».

— Маркс знает о вас с Илоном? — спросила я, когда он оправился от смеха.

— Мы не говорили с ним об этом. Думаю, он подозревает, что в этой истории не все так просто. Мы с Илоном всегда знали, что это лишь вопрос времени. Рано или поздно его потребность все подвергать сомнению вынудит его задать нам прямой вопрос. Но до сих пор он держал подозрения при себе.

Я кивнула и посмотрела на деревья, мелькавшие за окном. Мы свернули на двухполосную дорогу, и машина набрала скорость. Раньше я задавалась вопросом, почему Роган жил в глуши, но теперь понимала его.

— У тебя возникают проблемы с членами магического сообщества? Например, этот ковен, в который мы едем, или Риггс — разве им плевать на твой статус?

— Не все знают, кто я такой, и в некоторых случаях это работает мне на пользу, — объяснил он. — Риггса и ликанов это, кажется, не волнует. Возможно, это связано с тем, что они сами долго были изгоями в магическом обществе. Так что они испытывают меньше пиетета к титулам и статусам. А может быть, Риггс оценивает людей по тому, кто они есть, и все тут. Так что если ему со мной спокойно, то и большинству ликанов тоже, — продолжал он, и я улыбнулась.

Я тоже отметила это в Риггсе.

— Ковеном, в который мы едем сегодня, управляет моя тетя. Сестра моего отца, — уточнил он, когда я бросила на него удивленный взгляд.

— Она все знает?

— Она знает, что за люди мои родители. Ни в какие подробности она не посвящена. Вообще-то, она говорит, будто не желает слушать, но Алора знает нас с Илоном достаточно хорошо, чтобы не купиться на то, что о нас болтают.

— Она знает, зачем мы едем?

Роган бросил на меня вопросительный взгляд, будто хотел понять, как я отреагирую на то, что он скажет.

— Она знает, что мы приедем, но не любит обсуждать детали чего бы то ни было. Она слишком хипповая, из тех, кто предпочитает следовать за магией.

— Что она за ведьма? — спросила я, пытаясь понять, какая из ветвей больше склоняется к свободной любви и хиппи.

— Мой отец и Алора — близнецы. Так вышло, что она тоже ведьма души, — сказал он мне, и это меня очень удивило.

Я вспомнила слова Рогана о том, что у многих старинных семейств в роду передается более одной ветви магии. Но все-таки было странно это слышать, поскольку раньше я все представляла совсем иначе.

— А как насчет ее ковена? Они там все анимаманты?

— Есть еще парочка. Остальные — маги кориума, — ответил он.

— Что ж, это будет интересно, — пробормотала я больше себе, чем ему.

— Конечно, не сравнить с тем, как на тебя объявила охоту мамочка из родительского комитета. Но это точно будет интересно, — съязвил Роган, шевеля бровями и снова заливаясь смехом.

«Нет, я все-таки ошибалась. Справедливое наказание — три мертвые руки!»

Глава 21

Мы подъехали к каменному дому. Выглядел он так, будто его выдернули из сельской местности где-то в Англии. По периметру был установлен кованый забор высотой по пояс; за декоративной железной решеткой проглядывал самый красивый сад, который я когда-либо видела. Райское место для любой ведьмы: цветочные горшки сочетались с травами, виноградные лозы обвивали шпалеры, и между ними все было усеяно цветами и деревьями. Я подозревала, что именно об этой хипповой атмосфере Роган говорил, когда рассказывал о тете.

Солнце стояло высоко в небе и изо всех сил согревало довольно-таки прохладный день. Когда мы остановились на полянке слева от дома, живот у меня скрутило от волнения. Я смотрела во все глаза, в очередной раз восхищаясь ведьмами, которые жили своей лучшей жизнью. Видимо, здесь, в менее населенных частях штата и страны, не было необходимости скрываться, и маги жили свободнее, так, как им хотелось, без лишних вопросов.

Мне стало интересно, были ли у местных жителей истории или подозрения по поводу тех, кто поселился среди них в этих краях. Хотя, вероятнее всего, они ничего не замечали. Внезапно мне захотелось сесть и поговорить с теми, кто жил поблизости, и послушать местные сплетни.

Роган вышел из машины и направился к воротам, и я последовала за ним, как ягненок на бойню. Ворота открылись почти без скрипа, и это почему-то меня впечатлило. Пожалуй, добавлю это в список удивительных вещей, которые стали интересны мне как ведьме. Запишу между рогами кроленя и луной.

— Волнуешься? — спросила я, пока шла за Роганом по мощеной дорожке к входной двери.

Я задала вопрос шепотом, будто растения шпионили за нами, так что нужно было говорить тише.

— А ты будешь считать меня менее мужественным, если я в этом признаюсь? — спросил он меня через плечо, тоже шепотом.

— Естественно, — съехидничала я.

— Тогда нет, ни капли не волнуюсь, — ответил он, и я прыснула со смеху.

Вышло слишком громко. Я чуть было не шикнула сама себе и не извинилась перед растениями за то, что потревожила их, но поняла — это попахивает безумием, и успокоилась.

— Хм, это место как-то странно на меня действует, — то ли предупредила я, то ли высказала свои наблюдения.

— Да, это из-за растений: в них вплетены обереги и другая защита. Как только мы окажемся в доме, все пройдет, — объяснил Роган, но мне это не особо помогло.

Он повернулся и посмотрел на меня; уголки его губ приподнялись, и он сказал:

— В зависимости от того, что цветет в саду, меняется и эффект. Однажды я застал Илона хохочущим до упаду на грядке ананасовой травы. Он сказал, что пробыл там несколько часов, — продолжил Роган, и на его прекрасном лице расплылась широкая улыбка.

Я представила, как Роган обнаружил Илона в таком состоянии, и принялась хихикать, но тут же прикусила язык. Нет уж! Надо мной уже достаточно посмеялись всего за один день; что бы ни случилось, я буду сохранять спокойствие.

Я чуть не вздохнула с облегчением, когда мы подошли к двери. Роган открыл ее и зашел, не дожидаясь приглашения. А я боялась дышать, так что протолкнулась за ним и сделала глубокий вдох, лишь когда дверь закрылась.