Айви Эшер – Костяная колдунья (страница 43)

— Я спасала тебя, — неуверенно заметила я.

— От скунса, которому нечем пустить струю? — возразил этот неблагодарный.

— Я же этого не знала, задница ты такая! Он затверкал в мою сторону, и я убралась оттуда на фиг, а не стояла, рассматривая его вооружение.

— Гибсон не тверкает.

— Не хотелось бы тебя разочаровывать, Роган, но тверкает, еще как.

— А почему ты голая? — спросил он, и у меня отвисла челюсть.

Вот вам и ничего не заметит! Большим пальцем он рисовал дугу у меня на бедре, и я не могла удержаться от мысли, как близко его тело находилось к моему. Я откашлялась, стараясь отвлечься от того, как его мягкая футболка дразнит мои ставшие твердыми соски. И от того, как я бедрами ощущаю грубую ткань его джинсов. Я пыталась не обращать внимания на то, как сблизились наши лица и тела.

— Потому что твое полотенце бросило меня в трудную минуту, — заявила я, внезапно заметив, что у меня перехватило дыхание. — Тебе стоит поискать полотенца из более плотного материала.

— Прямо сейчас этим займусь, — тут же ответил Роган, устремив на меня непроницаемый взгляд.

Да, надо было велеть ему закрыть глаза и слезть с его колен. И да, не стоило мне чувствовать никакого удовлетворения, когда он затвердел прямо подо мной. И нечего было во мне вспыхивать возбуждению лишь от того, что Роган задышал немного чаще. Его отклик для меня ничего не значил. Он ничего не значил.

Но когда его взгляд упал на мои губы, а кончики пальцев согрели бедра, невозможно было отрицать, что между нами что-то было и это что-то значило.

Сердце забилось чаще, и я совсем растерялась. Я чувствовала, что стою на пороге чего-то, но не понимала, чего именно. Наклонится ли он ко мне? Хочу ли я его поцеловать? Стоит ли осложнять и без того запутанное положение?

Роган снова посмотрел на меня, и я буквально читала те же самые вопросы в его взгляде. Мы смотрели друг на друга; секунда убегала за секундой. Мы не продвигались вперед, но и не отступали. Мы просто сидели в нерешительности, и тут у меня внутри начали расцветать сомнения.

«Нам и так есть о чем беспокоиться; у нас гораздо более важные дела. Все это глупо и опрометчиво — последнее, чем нам стоит заняться. Вероятно, я неправильно его поняла и на самом деле он просто ждет, когда я уберу с него свою голую задницу».

— Нам надо, э-э… — начала я, нарушив тягостное молчание.

Сама не знаю, пыталась ли я положить всему конец или предлагала Рогану последний шанс и ждала, воспользуется ли он им.

— Верно, — согласился Роган, вырвавшись из оцепенения.

Я оттолкнулась от него, и он помог мне подняться, придерживая за талию. Только когда я встала, до меня дошло, насколько это была плохая идея, потому что теперь моя промежность оказалась прямо напротив его лица. Он тихо закашлялся, и я убралась от него подальше, чтобы поднять с пола полотенце и завернуться в него. Я чертовски надеялась, что оно послужит жгутом и остановит поток смущения, которым я вся так и истекала.

Вероятно, выглядела я как отчаянная шлюшка, которая на него то и дело набрасывается. Лицо горело от стыда. Роган встал, но я боялась поднять на него взгляд. Не хотелось видеть, что написано у него на лице. А еще хуже было бы посмотреть и понять, что ему вообще плевать.

— Я, э-э… я пошел на кухню, когда будешь готова, приходи, — объявил он и вышел из комнаты спешно, как только мог.

Я плюхнулась на край кровати и закрыла лицо руками.

Что я творю?

Я подняла голову и увидела, что Забияки с Гибсоном тоже уже нет. Видимо, шоу закончилось, а может, для них все это было слишком — не то чтобы я их винила. Для меня все это тоже было слишком, а вдруг дело в том, что мне было недостаточно? Я издала в ладони стон, а затем встала, чтобы одеться.

— Глупая, глупая, глупая Лени! О чем ты думала? Хочешь переспать с ним, но не доверяешь ему. Хочешь раствориться в нем, но какой ценой? — спрашивала я себя, натягивая нижнее белье и джинсы.

Как я могла так легко простить ему все, что произошло между нами и из-за чего я вообще-то здесь оказалась?

Гибсон стал его бывшим фамильяром, потому что он против моей воли сделал фамильяром меня. Он связал нас друг с другом, даже не думая о том, как к этому отнесусь я. Несмотря на все его убеждения, что это было сделано ради общего блага — допустим, так оно и было, — это все равно было неправильно. Этим не оправдать его насильственных действий. А тут я размечталась, как мы будем вместе жить долго и счастливо среди всех этих пропавших магов, нападений Ордена, скрытности и лжи?

Я качала головой, застегивая лифчик на спине. Нет! И неважно, что секс с ним, вероятно, был бы незабываемым. Нам некогда на это отвлекаться. Я натянула футболку, взъерошив непокорные локоны, и принялась искать обувь. Не-а! Просто сделаю вид, что ничего не было. Ну видел он меня голой — какая разница? Я своим телом довольна, так что мне не стыдно. Да, он попал лицом в мои заросли. Неприятно, но теперь от этого никуда не деться. Уверена, мы в состоянии вести себя как цивилизованные взрослые люди и никогда больше не говорить об этом.

Ага. Надежный план.

Желудок заурчал, так что кухни мне было не избежать. Вот дерьмо! «Пожалуйста, хоть бы не покраснеть как свекла, когда увижу его», — умоляла я себя.

Напустив на себя вид большой девочки, я отправилась на кухню. По лестнице я топала чуть громче обычного, предупреждая Рогана, что иду и ему пора готовиться к роли в операции «Избегание».

— Привет, — небрежно бросила я, проходя мимо кухонного островка к выпендрежной кофемашине.

Черт, я же так и не выяснила, как она включается!

— Привет, — ответил он.

А затем взял у меня из рук большую кружку и стал готовить восхитительный декадентский напиток.

Я уступила ему место, чтобы он полюбезничал с машиной, и присела за столешницей острова. Я пыталась понять, который сейчас час, и осмотрела всю кухню, но нигде не увидела часов. Взяла на заметку: надо купить Рогану часы.

— Сколько я проспала? — спросила я, глядя на его джинсы и футболку.

Была середина ночи, но он был одет и готов к выходу, что казалось немного странным.

— Сейчас всего четыре утра, — сказал он.

Кофемашина принялась булькать и издавать звуки, извещающие о том, что чашка горячего напитка богов уже почти готова.

— Кажется, я проспала целую вечность, а прошло всего несколько часов, — отметила я, пожав плечами.

— Нет, четыре утра среды. Ты проспала больше суток, — небрежно бросил Роган.

А затем он открыл холодильник и достал изысканные сиропы и другие штучки, которые, как мне раньше представлялось, бывают только в настоящих кофейнях. Интересно, и это ему поставляет Риггс? Если это он, мне тоже надо.

— Погоди, что? — взвизгнула я от удивления, когда до меня дошел смысл его слов. Почему я столько времени провела в отключке? — А как насчет встречи с ковеном? Маркс приходил рассказать, что, черт возьми, происходит? Я что-то еще пропустила? — Я засыпала Рогана вопросами, даже не останавливаясь, чтобы перевести дух, поскольку от волнения мой пульс участился.

Роган протянул мне большую чашку, наполненную спасительной жидкостью, но я была слишком потрясена и взволнована, чтобы по привычке окунуться в нее всем лицом.

— Я перенес встречу с ковеном на сегодня. Маркс еще не приходил; он разбирался с нападением на нас, и ему потребовалось больше времени на это, чем он думал. Я получил от него сообщение как раз перед тем, как ты накинулась на меня голышом. Он написал, что зайдет через пару часов и обо всем нам расскажет.

Я сощурилась: согласно плану, мы не должны были упоминать то, что нельзя называть. С другой стороны, он бы, наверное, придерживался этого плана, если бы я ему о нем вообще рассказала. Но это значило, что мне придется говорить о том, о чем мне говорить не хотелось, и я бросила на него предостерегающий взгляд с надеждой на то, что он уловит мой намек.

— Единственное, что ты пропустила, — вот это, — продолжил Роган с таким видом, словно и не заметил моего предупреждения.

Он вышел из кухни, и я задумалась, надо ли пойти за ним. До того как я приняла решение, Роган вернулся с большой белой коробкой, поставил ее на остров рядом со мной и протянул мне конверт. Я открыла его и достала открытку, написанную аккуратным, но явно мужским почерком.

Леннокс,

когда мы узнали о том, что произошло, альфа Риггс настоял на том, чтобы отправить вам это. И затем я, конечно, настоял на том, чтобы поиграть в доставщика. Когда поправишься и отдохнешь, позвони мне. Я хотел бы как-нибудь пригласить тебя на ужин, а может, даже найти пень и проверить, куда нас занесет ночь.

Рядом с номером телефона он нарисовал подмигивающий смайлик, а перед своим именем поставил сердечко. Следя за углом наклона почерка Саксона, я перечитала записку; на губах заиграла легкая улыбка. Я отложила в сторону послание с конвертом и потянулась к крышке огромной коробки. К сожалению, она была слишком велика для рога кроленя, но кто знает? Вдруг это один из тех приколов с подарком в подарке, которые классно устраивать для других, но как же раздражает, когда ты сам открываешь пятьдесят коробок только ради того, чтобы найти дурацкий купон на обнимашки.

Роган схватил записку со стойки, прочитал ее и раздраженно хмыкнул, а затем отбросил ее в сторону. Я подняла крышку и увидела груду всевозможных костей. Рассматривая их, я поняла, что это те же самые кости, которых я лишилась из-за аварии.