Айви Эшер – Костяная колдунья (страница 22)

Точно по сигналу, я вся до последней клеточки опять перешла в режим подростковой похоти. Но не успела я себя обругать на чем свет стоит, Роган велел мне держаться. Я неохотно обняла его за талию и стала смотреть на деревья, пытаясь думать о чем-нибудь вроде выставления и оплаты счетов. Может, хоть так мой внутренний демон поймет намек и отвалит?

Краем глаза я уловила среди теней какое-то движение. Едва различив темный силуэт человека, я забеспокоилась: кажется, за нами следят. Но едва я открыла рот, чтобы сказать об этом Рогану, как тут же распалась на мириады частиц, которые рассеялись по Вселенной.

Я чувствовала себя песчинкой, которую засосало в вакуум. Стоишь себе целехонькая посреди парка и за секунду превращаешься в ничто. И ничего вокруг.

Глава 10

Когда я очнулась, равномерный шорох шин по гладко вымощенной дороге звучал как серенада. Я словно выбралась наверх со дна мрачного озера небытия, глотнула воздуха — и внезапно поняла, что еду в машине, пристегнутая ремнем безопасности, прислонившись лицом к прохладному окну. Ремень сдавливал грудь, а с уголка губ по подбородку стекала струйка слюны.

Выпрямившись, я стерла следы глубокого сна, от которого очнулась, и попыталась сориентироваться. Я находилась в машине, причем в дорогой, судя по кожаной передней панели и модной тусклой подсветке. Повернувшись влево, я увидела за рулем Рогана. Сзади доносился храп. Конечно же, это был Забияка, который чувствовал себя как дома и сладко спал.

— Что произошло? — неуверенно спросила я, оглядев салон роскошной машины. Посмотрела в окно, но на улице было слишком темно, чтобы хоть что-нибудь разобрать. — Ты снова меня вырубил? — с упреком сказала я, однако голос у меня оставался сонным и не мог выразить все накопившееся раздражение.

— Нет. Вы с Забиякой потеряли сознание, пока я вытаскивал нас из лей-линии. Это нормально. Нужно немного времени, чтобы отойти от фрагментации и вернуться в прежнее состояние.

От мысли об этом внутри у меня все перевернулось. Я старалась не представлять себе, как частицы меня разлетаются по ветру, а затем снова слипаются воедино. По мне, некоторые вещи лучше вообще не воображать, и это была одна из них.

Я провела руками по телу, чтобы убедиться: все вернулось на свои места — и облегченно выдохнула. У меня все было так же, как раньше. На мгновение грудь неприятно сжало, и я насторожилась, но потом поняла, что хуже не становится, и перестала обращать на это внимание. Видимо, потребуется какое-то время, чтобы снова почувствовать себя нормально.

— Где мы? — спросила я, когда машина миновала уличный фонарь.

Свет падал на дикорастущую траву и какой-то непонятный участок земли, простиравшийся далеко в темноту.

— До моего дома примерно сорок минут, — ответил Роган.

Хоть я и не знала, как к этому относиться, все равно кивнула. Выходит, он пристегнул мое бесчувственное тело и черт знает сколько вез на своей машине. Странный поступок, подумалось мне. С другой стороны, Роган был магом, а странности — неотъемлемая часть мира магии.

— Крупнейшая и ближайшая к моему дому лей-линия находится в двух часах езды отсюда, в Галливоу. Я бы подождал, пока ты проснешься, но уже поздно, и пока мы были так близко к ней, на нас легко было напасть, — объяснил Роган, явно уловив мое замешательство.

Грудь снова сжало, но я не поняла из-за чего: то ли в знак предупреждения, то ли как остаточный эффект после всего, через что прошло мое тело. Потирая грудину, я поморщилась от непривычного ощущения.

— Может, хочешь воды? За сиденьем лежит пара бутылок.

— Нет, я… — Я замолкла, когда мы проезжали мимо очередного уличного фонаря, освещающего знак съезда в сорока милях отсюда, а потом продолжила: — Я в порядке, просто слегка… не в своей тарелке.

Словами оказалось трудно объяснить, что со мной происходит.

— Это нормально, — сказал Роган, бросив на меня сочувственный взгляд. — Лей-линии действуют на нас как зарядные устройства: некоторое время ты будешь чувствовать, что каждая клеточка внутри тебя ненадолго засияла очень мощной магией.

Я прислушалась к себе: точно ли чувствую именно это? Неужели адреналин вкупе с излишками магии и энергии создал такое тревожное внутреннее течение у меня под кожей? Трудно сказать, ведь я раньше не каталась по лей-линиям и понятия не имела, как после этого проходит восстановление. В любом случае я была не в восторге. От предвкушения все зудело, и это был полный отстой.

— Значит, у меня всего лишь магическая ломка, ничего страшного, — заявила я, пожав плечами. Только голос мой звучал гораздо выше обычного, а следовательно, мне было так страшно, что у меня началась истерика.

— Дыши, Леннокс, — скомандовал Роган.

Он бросал на меня обеспокоенные взгляды, стараясь при этом не отвлекаться от дороги. Я чувствовала, как паника продирается изнутри, словно жуткое чудовище, готовое разорвать меня в клочья.

— Отвлеки меня, — выдохнула я, пытаясь не хвататься за горло и ремень безопасности, который внезапно стал слишком тугим.

Окно немного опустилось, и прохладный влажный воздух принялся ласково обдувать меня, словно успокаивая.

— Поговори со мной! Расскажи, как проходит типичный день из жизни мага крови. Или… что угодно, просто расскажи мне что-нибудь, — умоляла я, отчаянно пытаясь думать о чем-то кроме своих чувств и безумных событий прошедшего дня.

В зеленых глазах Рогана промелькнуло беспокойство, но он послушался.

— Ну, типичный день зависит от того, с какими клиентами я договорился, — начал он, и его низкий голос заполнил салон. — Кто-то из них болен и нуждается в еженедельных ритуалах исцеления или регулярной доставке зелий. Они используются по-разному, от лечения болезней до косметических процедур и оздоровительного режима.

Раз в месяц я работаю в центре донорства крови. Там я отсеиваю возможные проблемы и благословляю кровь, которую сдают. Некоторые врачи направляют ко мне пациентов, если не могут поставить точный диагноз. Кроме того, временами я сотрудничаю с местным ковеном. Мы считаем, лучше объединять ресурсы, чтобы создавать более мощные зелья и талисманы.

В целом у меня нет типичных дней. Мы с Илоном работаем вместе с некоторыми клиентами, но, кроме этого, он ведет собственный бизнес. Каждую неделю мы стараемся проводить «Вторник настойки», чтобы собраться и обсудить планы на следующую неделю.

Произнеся это, Роган тихо усмехнулся, а затем грустно вздохнул. Его голос и рассказ оказались именно тем, что мне было нужно.

— Хм… Что еще? — пробормотал он, поворачивая направо и наблюдая за мной краем глаза.

Откинувшись на подголовник, я закрыла глаза и наслаждалась прохладным ветерком из окна. Неприятное чувство еще не ушло, но стало гораздо слабее.

— Есть и такие клиенты, которые нанимают меня ради другой стороны наших способностей… — продолжал он.

Смена темы меня заинтриговала.

— Знаешь, проклятия и тому подобное… А впрочем, откуда тебе знать, — поправил Роган себя.

— Мне известно, что магия и ведьмовская работа — это не только солнечные лучики и радуга, — сказала я, входя в равномерный ритм езды. — Я же видела, как мой кузен попал под действие порчи, — напомнила я ему, и он понимающе кивнул.

— Поскольку ко мне обращаются исключительно по рекомендациям, новых клиентов приходится проверять, особенно если им нужна помощь такого рода. Для меня все это не пустой звук, так что я трачу немало времени на подготовку. Обращаться на темную сторону следует должным образом, а применять такую магию — только по отношению к тем, кто заслужил.

— Ты говоришь так, будто боишься меня отпугнуть, — отметила я. — Черная магия так же важна, как и белая. По крайней мере, этот урок из детства я запомнила.

— Значит, бабушка все-таки пыталась тебя учить? — сказал Роган с нажимом.

— Конечно, пыталась. Ты же сам говорил: она была одной из лучших. Она собирала нас всех, чтобы обучать. И я во все это верила, пока мне не исполнилось восемнадцать, а потом я…

Пришлось прерваться — в груди все сжалось еще сильнее. Я села повыше, открыла глаза и огляделась по сторонам.

— А потом ты что? — не успокаивался Роган.

Машина приближалась к съезду, и на указателе говорилось, что мы подъезжаем к Сладким Губкам, штат Теннесси. Я посмеялась над названием городка, но при этом в груди все сжалось еще сильнее, и я стала задыхаться.

— В чем дело? — спросил Роган, убирая волосы с моего лица.

— Не знаю, можешь тут остановиться? Мне нужно выйти, — попросила я, схватившись за грудь.

У меня что, сердечный приступ? Было не так уж больно, но чертовски неприятно.

Роган включил поворотник и сбросил скорость у съезда. Роскошный автомобиль, больше похожий на космический корабль, плавно затормозил.

— Поезжай направо, к знаку «Стоп», — сказала я — внутри меня вдруг обнаружился инструктор по вождению.

К счастью, Роган не спорил. Когда он свернул направо, тиски в груди немного ослабели. Я сделала глубокий вдох и произнесла несколько названий мест вроде Сладких Губок и тех, что мне были давно знакомы. Понятия не имею, откуда я узнала нужное нам направление. Но все прояснялось по мере того, как бархатный мешочек с костями, привязанный к поясу и покоящийся у меня на бедре, становился все теплее и теплее. Это напоминало какую-то шизанутую версию игры «Горячо-холодно», только с костями. Но я не сомневалась, что на другой стороне скелетной радуги отыщу того, кому нужна моя помощь.