Айрис Роу – Идеальная ложь (страница 2)

Она замолкает, но лишь ненадолго. Ей есть еще что сказать.

- А вот твой поступок меня расстроил, - холодный взгляд теплых глаз обдает меня со стороны окна, - Если кто-то выяснит правду, из-за которой ты здесь оказалась... - очередная театральная пауза, - Я похороню тебя вместо нее.

Забавно. Отчеканивая слова, она не понимает одного. Меня давно похоронили. Как только дали фамилию Харпер.

- Такого не может быть, ты мне врешь!

- Ты врешь!

- ВРЕШЬ!!!! - мои крики перерастают в визг, ком в горле начинает меня душить. Я начинают терять кислород в легких и не могу вздохнуть. Только открываю панически рот как выброшенная из моря рыба на берег. Трясутся пальцы. Где гребаная кнопка вызова врача?!

Аппаратура пищит все громче, предупреждает о ненормальном ускоренном пульсе. Слышу, как забегает медсестра и просит покинуть палату посторонних. Элизабет кидает последний огненный шар своим взглядом и уходит, оставляя за собой стук каблуков. Цок, цок, цок, - и я проваливаюсь в темноту.

Прошлое.

Я чувствовала себя как дома в гостях у Лоры. У нее всегда было тепло и пахло апельсиновым пирогом. Пахло заботой, окутывающей с ног до головы в теплое одеяло. Пахло настоящей семьей, проникая в легкие цветочной весной. Пахло любовью, зарождаясь на уровне сердца, пуская корни, заставляя верить, что когда-нибудь это продлится не пару часов, а дольше. Гораздо дольше.

Лора не переставала говорить о своей семейной поездке на Багамы, показывая фотографии, от которых веяло счастьем. На вкус, как малиновый сироп с шоколадом. Не смолкая, говорила о брате и его пассии. На снимках они отлично проводили время, плескаясь в бассейне. Она обожала брата. Пусть Нейт Бертон и не был героем (далеко нет), для нее он был чем-то вроде большого дерева, о который можно опереться, зная, что он всегда поддержит и всегда поможет. Они были близки.

Я не завидовала. Не завидовала. Возможно, совсем немного, в те самые несколько секунд, когда забывала, кто такой Нейт Бертон.

О. Он был тот еще собиратель душ.

Тот самый Нейт Бертон, после которого ломятся кости.

Тот самый Нейт Бертон, под пучиной глаз которого хочется утонуть и не нужно вызывать спасателей (не нужен спасательный жилет).

Тот самый Нейт Бертон, который после себя оставляет раны, незаметные на коже, но кровоточащие изнутри при каждом его вздохе где-то поблизости.

Тот самый Нейт Бертон, который прошелся ураганом, не оставив во мне желание бороться за свою жизнь, лишь желание ощутить его крепкие мозолистые пальцы на шее, готовые сомкнуться в любой момент. Однажды, он уже сломал меня, как фарфоровую куклу, и сделает это еще раз.

Нейт Бертон придет за мной. Обязательно придет.

Глава 2. Мэгги.

Не знаю, сколько часов я была в отключке и стоило ли мне приходить в себя. Ничего хорошего впереди не намечается. Первая, кого я вижу, Элис Милсон, наша общая подруга, по совместительству моя кузина. Рядом с ней Трэвис Граймс, ее парень.

- Ты нас напугала, врач предупредил, что ты не помнишь последний вечер и попросил не давить с событиями прошлого, - она берет меня за руку и крепко сжимает.

- Лоры больше нет, - слезы быстро появляются у нее на лице. Мать не разыгрывала меня и не пыталась издеваться, наступая своим острым каблучком на самые больные точки. Она не врала, а это значит только то, что мой мир рухнул.

- Скажи, что это ложь... Скажи мне! - вырывается из груди почти шепотом и, сгорбившись, я начинаю рыдать. Лора не могла оставить меня. Не могла.

- Расскажи мне, - сжимаю ногти в кулаке до крови, но эта боль ничто по сравнению с той, которая разгорается внутри.

- Ты знаешь, почему ты здесь? - она поднимает взгляд и пытается найти ответы в моих глазах.

Будто бы ищет оправдание на своем судебном заседании, проходящем в голове. Или ищет тонкую нить, которая даст мне шанс сохранить нашу дружбу. Ищет подсказку, которая поможет ей понять, когда эта затея взяла начало в моем личном хаосе.

Она не найдет.

Мэгги Харпер никогда не признается остальным, как часто представляла свои похороны и тех, кто появится на них. С особенным упоением она фантазировала о своем наряде в гробу. Кажется, это признак какого-то расстройства? Или нет?

А еще о тех, кто плачет по ней и сокрушается.

О тех, кто превратил ее существование в черный бессмысленный круговорот бессмысленных событий.

О тех, кто допустил такой поворот судьбы (направил прямо по вектору). В этом списке всегда было особенное место ему.

Собирателю душ.

- Она попала в аварию. Никто не знает куда она ехала, ее дом находится в обратном направлении от места происшествия, - слезы застилают глаза, разум мутнеет, и ком вновь начинает подниматься вверх. Из всех, уповать на смерть могла только я, точно не Лора Бертон. Ей нравилось жить.

Каждый раз она взмахивала каштановыми волосами, от нее всегда пахло абрикосами и свежестью (любимый аромат). Глаза цвета ореха, наполненные задором и весельем. Тонкая талия, идеальная фигура для модели, поэтому она часто мелькала в журналах и на показах (не ее мечта), но девушка любила привлекать к себе внимание. Лора была из тех, кто своего не упустит. Путешествия, эмоции, близкие люди, веселье — это про нее. О смерти речи не было никогда. Если кто-то и мог пойти на этот шаг, на меня тыкнут первой.

Первая в списке подозреваемых.

- Тетя сказала, ты отравилась, видимо, алкоголем, - Элис в роли детектива-страдальца охотится за моим очередным приступом. Все уже привыкли, что ненормальная тут Мэгги Харпер. Выходит, вот из-за чего я тут, попытка суицида.

Очередная.

Меркурий должен был сойтись с юпитером, чтобы дело было в паре бутылок пива. Это не первая вечеринка и я не вчера родилась. Неужели, я с собой что-то сделала? Боже! Мысль от неизвестности происходящего, приводит к краю пропасти, и я падаю.

- Прости, я почти ничего не помню...

- Мэгги, мы любим тебя, самое важное, что ты с нами и ты в порядке.

В п о р я д к е... Я совсем не в порядке. А в полном беспорядке...

Здравствуй, ком в горле. Ты “детонировал”.

Приступы начались в детстве. Ни один врач не мог дать внятного ответа или объяснения основного триггера. Демоны охотились за мной. Иногда возникало необъятное желание поделиться с кем-то первоисточником данной проблемы. Он находится в доме Харперов.

Живет там, питается.

Дом Харперов — не райское место, это место пропитано кошмарами. Мне они часто снились, а быть может я не спала.

Мать закрывала меня в шкафу, когда приходили гости, под предлогом очередного наказания за выдуманные проступки. В темноте было страшно — там жил демон. Каждый раз он закрадывался мне под ребра, заставляя вздрагивать и сжиматься. Глупо было надеться на спасение. Дьявол никому не позволит спасти свою узницу. Сколько не подкидывай монетку вверх, на ней будет пусто. В моем сценарии нет героев, есть только мстители.

Мстители не спасают свои души, они их топят в мутной воде, не дав набрать воздуха в легкие.

Мстители топят грешниц, а я одна из них по мнению матери, раз появилась на свет.

Мне никогда не понять, что они шептали Элизабет по ночам, когда она ложилась спать в своей бордовой комнате, с фарфоровыми куклами у деревянного комода (вечный коллекционер). С каждой своей поездки она привозила новую и загадывала перед сном, чтобы хоть одна из них ожила и заняла мое место.

Увы...

Мы с ней были похожи.

Но не кошмарами (они у всех свои).

У меня были такие же белокурые волосы и голубые глаза от нее. Многие говорили, что я ее копия в молодости. Все считали, мать души во мне не чает. Фотографии в социальных сетях скрывают настоящую правду. Скрывают кошмары, которые притаились под кожей, готовые напасть в любую минуту. Им никогда не узнать, за что она испытывала всепоглощающую ненависть к той, которую привела в этот мир.

В конце всегда зажигается свет, так говорила Келли, женщина, заменившая мне маму. Она была со мной с детства. Только благодаря ей мне удалось выжить и спрятать глубоко внутри надежду на спасение. Келли работает у нас с самого мего рождения, ее пироги с малиной и ванилью лучшие — они меня успокаивают. Она их часто печет, пока я наблюдаю за ней, сидя на стуле напротив и задаю кучу вопросов, на которые Кел терпеливо отвечает.

Кухня максимально сделана в минимализме хай-тек, в светлых тонах. Весь декор функционален, каждая вещь стоит на своем месте. Кел никому не разрешает здесь хозяйничать, даже сварить себе кофе.

Панорамные окна выходят в сад с качелями. Порой возникает желание на них повеситься, но я откидываю черные мысли подальше. В саду много цветов. Там же стоит золотая статуя девы, из рук которой льется вода с переходом в фонтан. Харперы любят минимализм, но не во всем.

Внутри возникает трепетное желание: перенестись туда, к Келли и к пирогам.

Они помогают мне бороться с мстителями.

Никто не предполагает, какую борьбу я веду за пределами дома. Ведь в элитном колледже Чикаго у детей не может быть проблем. У них есть всё: деньги, власть, тусовки.

У этих детей не существует забот, кроме тех которые они придумывают себе сами. После некоторых их родителям приходится позаботиться о том, чтобы ничего не всплыло. Директриса Эмилия Флоренс закрывает глаза купюрами (угрозами). Ей давно объяснили — незаменимых нет.