Айрис Роу – Идеальная ложь (страница 1)

Идеальная ложь

От автора.

Посвящается всем, кто верит в себя. Ведь именно вера делает нас теми, кто мы есть. Никогда не бойтесь разбиться, возможно, это единственный способ собрать себя заново.

Надеюсь, эта история найдет отклик в ваших сердцах и вдохновит творить меня для Вас.

Глава 1. Мэгги

Запах отчаяния, вы его чувствовали?

Когда к горлу подкатывает ком, начинает кружиться голова и ты задыхаешься, словно пара секунд — и твоя жизнь оборвется от нехватки чертового кислорода. Словно все твои кости сжимаются и кровь внутри начинает бурлить.

Да.

Со мной такое случается.

Очень часто.

Особенно, когда оказываюсь в замкнутых пространствах.

Кажется, лифт поднимает тебя вверх, на самом деле это коробка смерти, которая в любой момент может сорваться вниз. Не сегодня.

Сегодня дьявол не посмеет завладеть мной. У него выходной.

Нет, он в спячке.

При первом же резком вздохе приходит осознание еще хуже. Я помню, когда меня водили по больницам, пытаясь решить головоломки моих страхов. Пытаясь починить схему в голове, чтобы я не выглядела сломанной куклой, среди идеальных других. Пытаясь вспомнить всю родословную, где до меня — таких точно не было. Откуда эта неконтролируемая часть взялась во мне? Родители хотели, чтобы перед обществом Мэгги Харпер была идеальным ребенком.

Мэгги Харпер — это тот продукт, который Харперы создавали с особым трепетом и на это будущее у них были большие планы.

- Воды, - первое, что вырывается из моих губ, пока свет от ярких ламп ослепляет глаза и знакомый ком вновь подкатывает к горлу, только мне удается его сдержать. - Что случилось? - пытаюсь разобраться в событиях прошлого, чтобы предугадать, что привело меня в больницу.

Пока мама начинает звать доктора с криками.

- Она очнулась! Сюда!

Я продолжаю напрягать свой мозг в поисках нужной информации, знаете, это как когда в поисковую строчку браузера пишешь свой запрос, однако, он выдает “результатов не найдено”. Будто ты первооткрыватель в данной теме. Так и со мной. Бесполезно. Ощущение словно данные стерли, и памяти стало больше, только вот нечем ее заполнить.

Доктор начинает светить фонариком в глаза, от чего ком в горле только растет.

- Следите за моим пальцем, - водит направо-налево. - Сколько цифр я вам показываю?

Мне не хочется называть очевидные вещи, такие моменты возвращают меня к миссис Торрес, моему психотерапевту. Она любит погружать в некий транс, после которого становится душно. Казалось бы, должно быть наоборот. Где обещанное освобождение?

- Два, - отвечаю ему, слыша за его спиной взволнованные вздохи мамы. Вздохи с предчувствием вкуса "мы от тебя такого не ожидали", ненавистный вкус. Худший.

- Что вы помните из последних событий? - врач отвлекает меня от моих черных мыслей, и я понимаю, что соврать не получится. Мне самой нужны объяснения. Точно нужны.

- Помню играла музыка, громко...- слышу в голове визги пьяной толпы, крики людей, пытающихся перекричать оглушительные басы, споры о том, кто первее напьется и ставки, что это будет Джон, потому что все знают, каким бы здоровяком он ни был — алкоголь не его фишка. Ему достаточно две рюмки текилы. Казалось бы, лучше тогда завязать, но Террес все продолжает стараться раскачать свой скилл и надеяться, что вывезет хотя бы три.

- Очень смутно. Кажется, мы собирались на вечеринку, - слышу, как Лора смеется в ухо, рассказывая, как провела брата, сказав, что будет писать реферат со мной. Но Нейт Бертон никогда не был дураком, провести его невозможно, то, что он прикинулся лапшой, говорит только о том, что решил дать ей немного свободы. И это вовсе не значит, что он перестанет ее контролировать и распугивать всех ее ухажеров вокруг.

Вязкое ощущение отвращения пронизывает палату, пробираясь под ребра.

Сдавливает.

- Что произошло? - еще раз задаю вопрос, который так и остается витать в палате, пока врач пытается найти ответ, а мать придумать что-то сказочное из ряда того, что в СМИ про нее пишут только хорошее.

Элизабет Харпер — идеальная мать, крутая бизнес-вуман, благодетель, ангел во плоти (иллюзий). Что из списка правда, выбирайте сами. Возможно, там нет ничего из того, что нужно было Мэгги. Ничего, в чем бы она нуждалась и молилась. Ведь Мэгги любила молиться.

- Можете нас оставить? - наконец-то говорит мама, на что врач кивает, подойдя ближе он тихо произносит шепотом: “Нужно еще провести обследования, и такая реакция вполне нормальная”.

Нормальная. Реакция. Погодите, на что? Я же не в лаборатории, дело не в экспериментах!

Ком в горле продолжает расти.

Он сказал недостаточно тихо.

Как только врач закрывает за собой дверь, ее взгляд направляет на меня огненные шары. Хорошо только мысленные, иначе, она бы давно меня сожгла, как тряпичную куклу, которая извалялась в грязи.

- Как ты могла?! - первое, что вырывается из губ мамы. Я, конечно, могла многое, только можно подробнее?!

Несколько секунд она пытается уловить на моем лице какие-то признаки лжи, остатки актерской игры, раскаяние, чтобы уличить меня, поймать с поличным. Вскрикнуть после довольно: "Я так и знала! Ты вновь нас разочаровала!”. Будто это было чем-то новым.

Она, черт побери, действительно думает (уверена), что я играю очередную роль из тысячи своих остальных. Только на этот раз выходит отвратно. И, видимо, она просекает эту фишку — сделав томный вздох, подходит к окну. Кажется, подбирает слова, после которых мой мир рухнет на тысячи осколков.

После которых я не соберу всю себя вновь.

После которых начнется мой самый настоящий ад.

- Ты точно ничего не вспомнила? - повысив тон, переспрашивает мать. Ей не хочется рассказывать, поэтому пытать меня до моего личного признания ее любимое хобби. Так с детства — всему происходящему вокруг: отсутствию настроения, плохой погоде, разбитым румянам, потерявшемуся шарфу, ужасно сваренному кофе (даже не мной) или вконец просто моему существованию — она находила одно оправдание, этим самым оправданием была я.

Проклятие семьи Харперов!

Я даже не удивлена.

- Ты можешь не продолжать, я не помню, - в тоне мелькает горечь, я выдавливаю, понимая надвигающуюся катастрофу. К чему тянуть? Давай, насладись своим собственным величием, как обычно. У тебя это получается, мам. А я полежу и послушаю, ведь даже картина, где дочь в больничной палате, не заставила тебя переключиться. Пожалуй, искренней ты будешь только на моих похоронах.

Я не отворачиваюсь. Назло. Она хочет, чтобы я прятала от нее взгляд.

Ком на том же месте. С каждым очередным словом его размеры увеличиваются, скоро случится новый приступ. Причину назовут моим именем.

Она сдается. Повернувшись ко мне, начинает говорить. Половину слов пропускаю мимо ушей, будто жду самое важное.

Да, вечеринка. Мы были на ней и уж точно не прыгали с крыши в бассейн, ведь у меня ничего не сломано. Не разжигали костер и не представляли себя ведьмами, в крайний раз у меня были ожоги. Мы...

- Лора мертва.

Я смотрю на нее.

Мать молчит.

Я все еще смотрю на нее, пока эти слова погружают меня в ощущение мерзкого ужаса. Я хочу сказать: “нет”, хочу сказать: “такого не может быть”. Хочу сказать: “ты нашла какой-то совсем мерзкий способ меня разыграть, Элизабет, хватит потешаться надо мной!”

Ведь ей все равно не впервой изводить меня. В очередной раз. Это просто очередной раз!

Но рот все не открывается.

Я держусь за эту самую последнюю мысль, как за соломинку. Это было бы так в их духе с отцом — они сто тысяч раз пожалели, что родили именно меня. Им бы хотелось свою личную копию, половину с Джеймса Харпера, остальную лучшую часть с Элизабет. В итоге результат неутешителен.

Результат не аннулировать.

Вдох.

Из груди вырывается:

- Хватит издеваться, - пауза, - Тебе это приносит кайф? - ей часто нравилось говорить о том, что ее малыша подменили и они воспитывают сироту. Таковы благодетели Харперы, те еще ублюдки по факту. Уверена, ДНК тест они наверняка проводили, и правда их на двести процентов разочаровала. Куда деваться.

- Она мертва, а ты здесь. - с упреком выговаривает мать, с желанием подтасовать карты обратно.

Хах.

Естественно.

- Как?..

- Не в курсе всех подробностей этой аварии.