Айрис Биглхоул – Экспериментальная магия (страница 3)

Насладившись парой кусочков с насыщенным сладко-терпким вкусом, она обратилась к юристу.

– А скажите, пожалуйста, на какое время вы рассчитываете?

– Прошу прощения?

– Ну сколько времени, по вашему мнению, займёт весь процесс?

– Возможно, пару недель, – призадумавшись, ответил Бёрк. – Самое большее: два месяца. Документы проходят через нескольких юристов, бюрократия, к сожалению, отнимает приличное количество времени.

Розмари с упавшим сердцем кивнула. Они были на мели, а Афине нужна новая одежда. Тем более в Академии Миртлвуда нет школьной формы, а значит, учащимся нужно иметь как минимум несколько подходящих комплектов одежды.

– У вас точно всё хорошо? – спросил Бёрк.

– Вы же мне не отец, – фыркнула Розмари, – не переживайте, я в норме.

– Я всего лишь не мог не заметить, что совсем недавно вы сильно покраснели, а сейчас побледнели. Удивительно, как люди могут быть такими… переменчивыми и хрупкими.

– Не смешите меня. Переменчивая ли я? Возможно, да. Хрупкая ли? Это вряд ли. Я через многое прошла в своей жизни, так что я крепкий орешек.

Бёрк только улыбнулся в ответ на это и вернулся к чтению газеты.

Розмари пришлось приложить усилия, чтобы подавить тяжёлый вздох. Она не была хрупкой – это правда. Но она была на мели. Долг продолжал расти, а её кредитная история настолько испорчена, что она уже даже не могла надеяться получить новый заём, чтобы протянуть ещё пару месяцев.

На некоторое время финансовые проблемы полностью поглотили мысли Розмари, и она не сразу вспомнила, что ей есть о чём расспросить своего юриста.

– Бёрк, – позвала она, пытаясь соблюсти баланс между вежливостью и формальностью.

– Да?

– Когда мы впервые встретились… Э-э, как бы сказать…

– Вы подозревали меня в убийстве вашей бабушки? – предположил Бёрк.

Розмари снова побледнела, но отрицать не стала.

– Вроде того. Вы советовали мне продать дом в первую же нашу встречу, и позже это показалось мне подозрительным. Мне бы хотелось знать, почему вы это предлагали.

Бёрк слегка смутился.

– Вы выглядели очень молодо и, как мне показалось, предпочли бы жить в большом городе, а не вести размеренный образ жизни в провинциальном Миртлвуде. Только и всего.

– Забавно, – прыснула Розмари, чуть не выплюнув чай. – Я совсем не чувствую себя молодо, хотя в сравнении с… – она не закончила мысль, неуверенная, насколько оскорбительно говорить вампиру о его возрасте, даже если он на самом деле был значительно старше. Она выгнула бровь: – Это правда единственная причина?

– Не совсем, – вздохнул Бёрк. – Я подозревал, что в деле вашей бабушки может быть замешано Общество Кровавого камня и дом может представлять для вас опасность. Полагаю, можно сказать, что мне не хотелось, чтобы с ва… шей семьёй – с вами и вашей дочерью – что-нибудь случилось.

– О, это очень мило с вашей стороны, – сказала Розмари, между тем думая, не страдает ли Бёрк, случайно, отсутствием личных границ: синдромом спасателя, гиперответственностью и далее по списку.

– И возможно, я чувствовал себя виноватым, – добавил Бёрк.

– Виноватым?

– За то, что, как я полагал, мои давние враги повинны в том, что случилось с моей клиенткой.

Розмари понадеялась, что её улыбка вышла обнадёживающей и подбадривающей.

«Да, у него точно проблемы с выстраиванием личных границ».

3

Афина была рада, что Розмари не стала настаивать на том, чтобы проводить её. Старшая школа и без присутствия мамы была тем ещё испытанием.

Им удалось договориться о зачислении неделей ранее по телефону, несмотря на то, что школа, по всей видимости, была закрыта на время празднования Имболка. Ни о каких документах, которые Розмари должна была бы предоставить в других школах, даже не спросили. Выяснилось, что в Академии Миртлвуда уже хранились все необходимые документы о семье Торн. Всё, что требовалось от Афины, – это прийти, представиться администратору и пройти в свой класс.

Звучало проще простого, на деле же – вовсе нет.

Из-за того, что они с мамой часто переезжали с места на место, Афине довелось пережить массу неловких, унизительных и в целом некомфортных ситуаций во всех школах, которые она посещала на протяжении многих лет.

Одно за другим неприятные воспоминания про-игрывались в голове, пока Афина пересекала двор, минуя каменные постройки. Она следовала указателям, направляясь к административному корпусу.

В довершение всего – ей так и не удалось понять, как заглушить непрерывный шум в голове, периодически разбавляемый обрывками мыслей окружающих. Теперь она переживала ещё и о том, что покажется новым одноклассникам чокнутой. Афина просила Финнигана помочь ей освоить телепатию, в которой он, кажется, хорошо разбирался, но пока ни одно из его объяснений не облегчило её положения.

Финниган…

Этот юноша тоже занимал её мысли. Не думать о нём не выходило: он появился в её жизни совершенно внезапно и оставил неизгладимое впечатление.

Афина не привыкла испытывать сильные чувства к другим. Иногда она задавалась вопросом: может, с ней что-то не так? Может, в ней попросту нет особого элемента, который бы отвечал за способность испытывать такие эмоции? Она не раз наблюдала влюблённость со стороны. Её сверстники рассказывали о своих крашах, даже о тех, которых никогда не встречали вживую, – всевозможных знаменитостях. Но Афина ни к кому и никогда не чувствовала романтического интереса. У неё едва ли набралась бы парочка подруг за всю жизнь, о парнях и говорить-то нечего. Страх, что с ней что-то фундаментально не так, преследовал её и раньше, а теперь его подпитывали добавившиеся голоса в голове.

«По крайней мере, Финниган меня понимает. У него такая же способность. Или проклятие. Или что бы это ни было».

К сожалению, Финниган не ходил в Академию Миртлвуда. По его словам, он обучался в другом месте.

И вот Афина снова одна в новой школе, где никого не знает. Хуже всего то, что это, очевидно, школа магии – какой ещё ей быть в городе, который дышит магией? А способности Афины в лучшем случае напоминают сломанный радиоприёмник.

За дверью с табличкой «Приёмная» скрывался массивный резной стол. За ним сидела невысокая женщина в тёмно-зелёном кардигане и кремовом платье в бледно-розовый горошек. Отложной круглый воротник в стиле Питера Пэна придавал её образу что-то детское, несмотря на выделяющиеся на лице морщины и седину в волосах. Женщина была настолько поглощена чтением документов перед собой, что даже не заметила Афину.

Девушка прокашлялась:

– Здравствуйте.

Администратор подняла на неё глаза и посмотрела поверх очков в роговой оправе. Когда она заговорила, её голос звучал высоко и хрипловато:

– Приветствую. Чем я могу помочь? – Возникшая у неё на лице улыбка сделала женщину немного похожей на рептилию.

– Я Афина Торн. У меня сегодня первый день. Мне сказали подойти к администратору.

– Торн… Торн… – забормотала администратор под нос, облизнув палец неестественно длинным языком и пролистав стопку бумаг. – Ах да, Афина Торн. Рада знакомству. Я Марла Твигг, но ты можешь обращаться ко мне миз Твигг.

– Твигг?.. – Фамилия показалась Афине знакомой.

– Верно. – Миз Твигг выразительно взмахнула ресницами. – Ты, должно быть, задаёшься вопросом, не прихожусь ли я родственницей Агате Твигг, известной специалистке в области истории.

– О, точно, Агата Твигг, – вспомнила Афина, – мы с матерью познакомились с ней в пабе.

Брови миз Твигг поползли вверх, а рот слегка скривился, выдавая вызванное ответом раздражение. Очевидно, она ожидала более восторженной реакции.

– Э-э… – тут же сориентировалась Афина, – так она историк? На самом деле, я тут припоминаю, что ознакомилась с одной из её книг… На днях… И… э-э, она приходила к нам на ужин недавно, я даже подумать не могла… – Её огорошило внезапное осознание, что сейчас она говорит прямо как мама, и девушка кашлянула. – Кхм… Значит, вы родственницы?

– Я прихожусь ей племянницей, – с гордостью пояснила миз Твигг. – Она весьма известна в наших краях. Впрочем, то же можно сказать и о семье Торн.

Несмотря на добродушную улыбку, с которой говорила Марла, её слова только усилили тревогу Афины.

«Известная семья… А я совершенно бесполезная… Это мама владеет магией, а у меня просто шум в голове!»

– Следуй за мной, – бросила миз Твигг, соскочив со своего довольно высокого стула, и поманила девушку рукой. Оказалось, женщина ещё ниже ростом, чем думала Афина, – та едва доставала ей до груди. Она последовала за Марлой по отделанному деревянными панелями коридору. – Ты приехала очень рано, к слову.

– Я была уверена, что уже опаздываю, – ответила Афина. – Где остальные?

– У нас обычно школьный день начинается в районе десяти.

– Но на сайте говорилось…

Её перебил короткий надсадный смешок.

– Я иногда забываю, что у нас есть этот сайт. Его наличие обязательно для всех школ в этом районе, графстве или вообще стране, не помню. На нём указана стандартная информация, чтобы не вызывать подозрений у обычных людей.

– Оу, – кивнула Афина, – ясно. Значит, и заканчивается учёба позже?

– Нет, мы преломляем время, чтобы успеть со всеми уроками, если это необходимо. Заканчиваем строго в пятнадцать минут четвёртого, иначе все опоздают на послеобеденный чай, что недопустимо, верно?