Айрина Лис – Проклятие винила: Хроники неудачницы (страница 4)

– Что, госпожа?

– Платье подобрала?

Мира смутилась:

– Это распоряжение лорда. Он велел подобрать вам достойное платье из запасов.

– Лорд велел? – удивилась я. – С чего бы такая забота?

Мира пожала плечами и отвела глаза. Что-то она недоговаривает.

– Ладно, – я махнула рукой. – Веди меня к своему лорду. Пора выяснить отношения.

Кабинет Каспиана находился в высокой башне. Мы поднимались по винтовой лестнице, и с каждым шагом гул, который я слышала ещё в лесу, становился громче. Он проникал в грудь, заставляя сердце биться чаще. Кровь стучала в висках в такт этому гулу, и мне казалось, что я растворяюсь в этом звуке, становлюсь его частью.

Мира остановилась перед высокой дверью из тёмного дерева, украшенной резными рунами.

– Дальше я не пойду, госпожа, – прошептала она. – Лорд ждёт вас.

– Спасибо, Мира. Ты иди, я справлюсь.

Девушка исчезла так же быстро, как появилась. Я глубоко вздохнула и толкнула дверь.

Кабинет поражал воображение. Это была огромная круглая комната, стены которой от пола до потолка были заставлены книгами. Тысячи, десятки тысяч томов в кожаных переплётах, с золотым тиснением на корешках. Между книжными шкафами висели карты – таких я тоже никогда не видела. На одной был изображён этот мир с морями и горами, на другой – созвездия, сложенные в причудливые фигуры драконов и воинов. На третьей – какие-то схемы, похожие на нотные станы, но с десятками линий.

Посередине комнаты стоял огромный стол, заваленный свитками и фолиантами. А за столом, в тяжёлом кресле с высокой спинкой, сидел Каспиан. Плащ он снял, оставшись в чёрном камзоле, расшитом серебром. Волосы были распущены и падали на плечи чёрными волнами. В свете магических шаров (они парили под потолком, излучая мягкое сияние) он выглядел ещё более впечатляюще – и пугающе.

В руках он вертел мой плеер. Белые наушники болтались, как мёртвые змейки.

– Забавная вещица, – произнёс он, не поднимая глаз. – Я слышу в ней эхо многих голосов. Множество ритмов, спрессованных в маленькой коробочке. Как тебе это удаётся?

– Это не магия, – сказала я, проходя в комнату. Ноги почему-то дрожали, но я старалась держаться уверенно. – Это технология. Физика. Электричество.

– Электричество? – Каспиан поднял бровь. – Знакомый термин. У нас тоже были попытки использовать силу молний, но магия эффективнее.

– Спорный вопрос, – фыркнула я. – Магией много не навоюешь, когда у тебя батарейка села.

Каспиан усмехнулся и указал мне на кресло напротив стола. Я села, стараясь не ерзать в непривычном платье.

– Итак, – начал он, откладывая плеер в сторону. – Ты утверждаешь, что пришла из другого мира. Где магия не работает, где люди пользуются… электричеством и носят странные одежды.

– Не утверждаю, а констатирую факт. Я вообще не собиралась сюда попадать. Я шла на рынок за лампой для кактуса.

– Для чего? – Каспиан нахмурился.

– Для кактуса. Растение такое, колючее. У него депрессия, ему нужен ультрафиолет. Понимаю, звучит безумно, но это моя жизнь.

Каспиан молчал, разглядывая меня с непроницаемым выражением лица. От его взгляда становилось не по себе – казалось, он видит меня насквозь, читает каждую мысль.

– Ты врёшь, – наконец сказал он. – Но не намеренно. Ты сама не понимаешь, что с тобой произошло.

– Ну хоть в чём-то мы согласны, – буркнула я.

– Однако, – продолжил Каспиан, вставая и подходя к окну, – факт остаётся фактом. Ты нарушила Великий Ритм. Твоё появление вызвало колебания, которые почувствовали все Хранители. Это опасно.

– Чем опасно-то? Я одна, без оружия, без связей. Что я могу сделать?

– Ты можешь быть использована, – резко обернулся он. – В Моравии неспокойно. Есть те, кто хочет захватить власть, уничтожить старые порядки. Ты – чужеродный элемент. Тебя могут применить как оружие, даже не спрашивая твоего согласия.

– Звучит как бред параноика, – ляпнула я и прикусила язык.

Но Каспиан не разозлился. Он даже улыбнулся – и от этой улыбки у меня мурашки побежали по спине.

– Ты смелая, – заметил он. – Или глупая. Ещё не решил.

– Я просто устала, – честно призналась я. – У меня был очень длинный день. Я упала в обморок, очнулась в лесу, на меня напал призрачный волк, потом меня притащили в замок, заперли в комнате, а теперь допрашивают. Я хочу домой. Очень хочу домой.

В конце фразы голос предательски дрогнул. Я сглотнула подступивший к горлу комок.

Каспиан внимательно посмотрел на меня. Подошёл ближе. Остановился в полушаге, и я снова почувствовала запах хвои и мороза.

– Я не могу отпустить тебя, – тихо сказал он. – Пока не пойму, что ты такое и откуда. Это займёт время. А пока… привыкай. Еду тебе будут приносить. Можешь гулять по замку, но не пытайся сбежать. Стражи тебя не тронут, если будешь вести себя благоразумно. Но если решишь бежать…

Он не договорил, но в этот момент в углу кабинета материализовался знакомый призрачный волк. Он сел, свесив язык, и уставился на меня немигающим взглядом светящихся глаз.

– Я поняла, – прошептала я. – Куда бежать, поняла. Никуда не бежать.

– Умница, – кивнул Каспиан. – Ступай. Мира проводит тебя обратно.

Я встала и на негнущихся ногах направилась к двери. У самого порога обернулась:

– А плеер?

– Что?

– Плеер мой. Вернёте?

Каспиан посмотрел на белую коробочку, лежащую на столе.

– Изучу и верну. Если будешь хорошо себя вести.

Я вышла в коридор, где меня ждала Мира. Дверь за мной закрылась, и я выдохнула. Сердце колотилось как бешеное.

– Госпожа, всё хорошо? – испуганно спросила Мира.

– Не знаю, Мира. Честно – не знаю. Пошли отсюда.

Вернувшись в свою комнату, я рухнула на кровать. Перина оказалась удивительно мягкой, балдахин убаюкивающе колыхался. За окном уже стемнело – зелёное небо сменилось чёрным, усеянным непривычными звёздами. Они складывались в причудливые созвездия, и некоторые звёзды двигались – медленно, но заметно.

Где-то в замке выл волк. Тот самый, первый. Вой был тоскливым, пронизывающим до костей. Мира, которая осталась постелить мне постель (хотя я и так лежала), вздрогнула.

– Это страж, – пояснила она. – Он тоскует.

– По кому?

– Ни по кому. Просто воет, когда луна в ущербе. Говорят, он помнит времена, когда был живым.

– А он разве не живой?

Мира покачала головой:

– Это дух. Лорд Каспиан призвал его много лет назад. Говорят, это был его боевой товарищ, погибший в битве. Лорд не захотел его отпускать.

Я промолчала. История о лорде, который не отпускает мёртвых, навевала не самые приятные мысли. С другой стороны, это добавляло ему штрихов к портрету. Не просто пафосный тип, а тот, кто не умеет прощаться.

Мира ушла, пожелав спокойной ночи. Я слышала, как лязгнул засов снаружи. Встала, подошла к окну. Решётка была крепкой, прутья уходили глубоко в камень. За окном – пропасть. Замок стоял на скале, и мои окна выходили прямо в чёрную бездну, над которой кружились светящиеся точки – может, насекомые, может, мелкие духи.

Я прислонилась лбом к холодному стеклу.

– Геннадий, – прошептала я. – Как ты там? Мама, наверное, уже обыскалась. Ленка звонит, бесится. А я здесь. В платье, в замке, под охраной призрачного волка и мрачного лорда с глазами-снежинками.

Волк за окном снова завыл. Тоскливо, протяжно. И у меня вдруг сдали нервы.

Слёзы потекли сами собой. Я не рыдала в голос, просто стояла у окна и плакала, размазывая слёзы по щекам. От страха, от бессилия, от отчаяния. Потому что я поняла – это не сон. Не кома. Я действительно здесь. В чужом мире, где пахнет сыростью и древностью, где деревья смотрят на тебя человеческими лицами, а красивый лорд смотрит так, будто видит насквозь.

Я не знала, сколько простояла так. Может, минуту, может, час. Но когда слёзы кончились, в комнате что-то изменилось.

Воздух стал плотнее. Гул, который я слышала везде, усилился. И в этом гуле мне почудились слова. Нет, не слова – скорее, образы. Тёмный зал с кристаллами, пульсирующими в такт моему сердцу. Руки, тянущиеся ко мне. И голос – низкий, тягучий, как патока: