Айрин Лакс – Киндер-сюрприз для босса (страница 39)

Не хочу.…

Меня уже тошнит от сомнений, от постоянного нервного напряжения, от необходимости держать сердце в узде и контролировать каждое свое слово и взгляд.

Это необычайно сложно — держать себя под замком, когда, откровенно говоря, хочется совсем другого…

Я осторожно присела рядом, передвинулась ближе.

Спартак удивленно поднял на меня взгляд, я резко вдохнула воздух и…. подалась к нему, нырнув под руку.

Обняла за шею и потянулась к его губам.

Быстро и жарко…. накрыла его рот своим, пока не передумала!

И, если он меня оттолкнет, я навсегда закрою эту тему.

Но Спартак меня не оттолкнул, напротив, он обнял меня и прижал к себе покрепче, затащил на колени.

— Бооооже… — отозвался он, жадно целуя в ответ. — Я уже сплю? Сладкий сон в награду?

— Тише… Это не в награду.

— Нет?! — Спартак сощуривается. — А что тогда?

— Не хочу делать это во имя чего-то или за что-то.… Просто так….

— Я тебя люблю, — выдыхает он, обезоружив меня совершенно.

Ком подкатил к горлу.

Я хотела услышать эти слова ещё несколько лет назад и, наверное, хорошо, что тогда не услышала.

Иначе бы разочаровалась в чувствах совершенно, но сейчас… учитывая все обстоятельства, эти слова звучат для меня по-особенному.

И я, наконец, позволяю себе задвинуть обиды как можно глубже и просто поцеловать Спартака так, как мне того хочется, а хочется мне ох, как много всего…

Мы забываемся слишком быстро и начинаем задыхаться от горячих поцелуев и взаимных ласк.

У меня чувство, будто мы хотим пробраться друг другу под кожу и остаться там навсегда.

— Кажется, нам пора переместиться в другое место… — сипло говорит Спартак, орудуя пальцами под моей кофточкой.

Ответить ему отказом?

Нет…. Пожалуй, не сегодня.

Я хочу, чтобы эти сложные сутки закончились на хорошей ноте…

— Да, пошли в другую комнату, — соглашаюсь, замерев от сладкого предвкушения.

Глава 31

Рената

— Плотнее закрой дверь, — прошу я, повиснув на Спартаке.

Я обхватила его за шею, прижимаясь к нему всем телом. Он подхватил меня под попой, я обвила его торс ногами и не хочу от него отлипать ни на миг.

— У такого сложного, нервного дня должен быть хороший финал, — бубнит мне в губы Спартак между поцелуями.

Мы быстро добираемся до кровати.

В крови горит жар и желание близости, которое не угасает, но разгорается все сильнее и сильнее с каждой секундой.

Целуемся горячо и отчаянно.… Я ищу губы Спартака, глажу его по затылку, шее и перебираюсь руками на плечи и крепкую грудь….

Он отстраняется.

— Дай полюбоваться? — просит он.

Зависает надо мной на миг.

Он смотрит на меня, а я — на него.

Просто мы — я и он.

И никого кроме….

В нашей истории нет суперзлодеев, коварных бывших и острых, криминальных моментов.

Но мы себе оказались врагами, бывает и такое, когда человек сам, по большей части, ставит палки в колеса собственной жизни.

Этого бывает достаточно, чтобы заблудиться в ожиданиях, утонуть в море обид, не понять другого, не захотеть разбираться и выстроить стены, за которыми можно спрятаться.

Чтобы не рисковать.

Потому что риск может не оправдать ожиданий, и снова придется соскребать себя со дна и бороться с разочарованием.…

Спартак мной любуется, и я им тоже любуюсь в ответ, отринув в сторону бесполезные обиды и ссоры из прошлого.

Бездонные темные глаза, взъерошенные волосы, мужественная линия подбородка и улыбка красавчика, который уверен в себе, потому что знает, насколько он хорош. Но сейчас его улыбка теплая, направлена на меня и согревает даже сердце, которое, как мне казалось, навсегда превратилось в льдинку.

— Выглядишь невероятно прекрасно.

— Прекрати! Я просто выгляжу зареванной.

— Но улыбающейся и не отталкиваешь меня. Это так красиво и сводит с ума.… — признается он, прижавшись крепче. — Но боюсь, моей выдержки надолго не хватит. Я безумно сильно хочу тебя!

— И я тебя.

— У меня были женщины, — говорит он. — В эти годы. Но ни одну из них я не хотел так же, как тебя. Ты засела в моем сердце занозой, и я нарочно вытравлял тебя из себя. В прошлом. Потому что чувствовал, интуитивно, что это глубже и серьезнее, чем все, что было до тебя. Но я боялся отдаться на волю этих чувств, поэтому вел себя паршиво.

— Не стану спорить, ты был ужасен. Временами мне хотелось тебя придушить за то, что у нас был только секс, за твое потребительское отношение ко мне!

— Я задолжал тебе много свиданий, но…

Он задерживает дыхание и говорит со счастливым смехом.

— Но сейчас у нас будет секс!

— Я не против, — признаюсь ему в ответ.

Честно говоря, мне было не до мужчин в это время.

У меня были попытки сходить на свидания. Правда, ничем эти свидания не заканчивались. После предательства Спартака я стала трусишкой…

Однако сейчас я откинула в сторону сомнения и страхи, охотно подставляясь под поцелуи Спартака и позволяя ему раздеть себя.

Мои пальцы нырнули под его футболку, погладив пресс, словно выточенный из камня. А то, что было ниже, ооооо.… Я покраснела от удовольствия, чувствуя, как все во мне отзывается на ласки его пальцев, поцелуи, жар обнаженной кожи.

— Стой…. У меня есть.… Есть презервативы! — вдруг вспомнила я. — На дне аптечки.

Спартак застыл.

Мы оба уже были раздеты, терлись друг о друга и постанывали. Его эрекция недвусмысленно уперлась во внутреннюю часть моего бедра.

— У тебя. Есть. Презервативы, — едва ли не по слогам повторил Спартак и посмотрел на меня удивленно. — Кто ты, черт побери… Кажется, не я решил, что у нас будет секс, да?

— Это все подруга. Говорит, возьми на всякий случай.