Айрат Хайруллин – Звонок (страница 1)

Айрат Хайруллин

Звонок

Телефон лежал на кухонном столе экраном вниз.

Галия Усмановна не смотрела на него. Она чистила картошку над раковиной — методично, почти яростно, снимая кожуру длинными непрерывными лентами, как в детстве учила мама: не торопиться, не рвать. За окном стоял февраль — тот особенный уфимский февраль, когда уже не зима, но и до весны как до Магнитогорска пешком. На улице сыпал мелкий колючий снег, ударял в стекло, таял сразу. Двор внизу был пуст. Голые тополя стояли как вопросительные знаки.

Телефон завибрировал.

Она не обернулась. Знала — по тому неотключаемому материнскому датчику, который не предусматривает ни выходных, ни режима тишины, — кто это. Положила нож. Вытерла руки о полотенце с башкирским орнаментом — подарок сестры из Кандров, уже выцветший, но выбросить жалко. Взяла трубку.

— Мам.

Не «привет». Не «как дела». Просто — «мам». Как будто слово само по себе уже что-то объясняло и одновременно ни о чём не просило.

— Слушаю, — сказала она.

Муж её, Ринат Хусаинович, сидел в соседней комнате. Она это знала. Он читал — или делал вид, что читает — что-то на планшете. Когда завибрировал телефон, он не пошевелился. Не потому что не услышал. Просто знал то же, что и она.

Рустам позвонил в восемь вечера в пятницу — это был его фирменный час, Галия давно это заметила. Не в выходные, когда отец мог оказаться рядом. Не утром, когда в разговоре ещё есть какая-то деловая трезвость. Именно в пятницу вечером, когда она устала, когда ужин уже съеден и посуда вымыта, и впереди — только детективный сериал и сон, и защититься особенно нечем.

— Как вы там? — спросил он.

Вопрос был необязательный — из тех, что задают не для ответа, а чтобы чуть разбежаться перед главным.

— Нормально, — сказала она. — Отец дома. Картошку чищу.

— А. — Пауза. — Шамиль говорит, у него предки в Краснодар переехали. Квартиру продали, всё. Сам как-то справляется. Говорит, нормально.

Галия слушала. Рустам говорил о чужих родителях с той осторожной лёгкостью, с которой говорят о вещах, к которым хочется что-то примерить — но примерять не решаешься. Про Шамиля, про Краснодар — всё это было разговором про что-то другое.

— Мне нужны деньги, — сказал он. — На учёбу. Сессия скоро.

Галия молчала секунду. Ровно секунду — не дольше, потому что дольше уже было бы объявление войны.

— Сколько?

Он назвал сумму. Сумма была нормальная — не огромная, но и не маленькая. Такая сумма, которую не хочется спрашивать зачем, потому что объяснение будет хуже незнания.

— Я переведу завтра, — сказала она.

— Сегодня надо.

Она перевела пальцем картошку в кастрюлю. Картошка стукнула о дно — гулко, как будто там была пустота.

Рустаму было двадцать три года. Это важно понимать — не восемнадцать, не семнадцать, когда ещё можно всё списать на гормоны и незрелость. Двадцать три. В двадцать три Ринат уже работал на заводе и платил за съёмное жильё сам. В двадцать три Галия уже была замужем и ждала Рустама. Но это, конечно, другое время, другой мир, советские призраки, которые незачем поминать — так, во всяком случае, объяснял ей Рустам, когда она однажды попыталась сравнить.

— Ты сравниваешь несравнимое, мам, — сказал он тогда, отворачиваясь к экрану. — У вас не было выбора. У меня есть.

Что он имел в виду под «выбором» — она не вполне понимала. Выбор у него, судя по всему, состоял в следующем: лежать на диване в квартире на Комсомольской, которую они с Ринатом сняли ему два года назад, и смотреть в монитор. Монитор был хороший — Ринат купил дорогой, «чтобы учёба шла нормально». Монитор стоил, как половина месячной зарплаты Галии. Учёба шла.

Куда именно шла учёба — этого точно никто не знал.

В колледже Рустам числился на третьем курсе экономического отделения. Числился — это точное слово. Галия раньше иногда звонила туда, в деканат, спрашивала осторожно, как дела у сына, как посещаемость. Секретарша отвечала уклончиво — «уточните у куратора», «позвоните в другое время». Потом Рустам узнал об этих звонках — неизвестно как, может, кто-то сказал, а может, просто почувствовал — и разозлился по-настоящему, холодно и страшно.

— Ты следишь за мной? — спросил он. Не крикнул — именно спросил, ровным голосом, что было хуже крика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.