Айлин Маар – Хозяйка заброшенной фабрики. Ковровое дело (страница 2)
– Нет, – покачала я головой. – Мы просто искали, где сможем передохнуть, прежде чем ехать дальше.
– Ехать? – переспросил он, взглянув мне за спину. – Не вижу ваших лошадей…
Глава 2
Несмотря на то, что обычно я не питала иллюзий по поводу заботливых незнакомцев, у которых одно маньячество на уме. Это мужчина сумел расположить меня к себе настолько, что я решила не врать и не юлить. Сама не понимаю, с чего вдруг прониклась к нему доверием. Нимба над его головой вроде не наблюдается.
Да и наличие красивых карих глаз не должно было сбить меня с толку. Но почему-то именно они практически убедили меня в том, что перед нами хороший человек. Ну или я просто хотела верить в то, что он нам поможет. Вот и старалась думать о нём в положительном ключе.
– А у нас нет лошадей, – честно ответила я, улыбнувшись. – Только бык.
– Вы приехали на быке? – не поверил он. – Но это ведь опасно.
– Поверьте, у нас не было выбора, – вздохнув, призналась я. – Бык оказался не самым плохим вариантом.
– Ладно, – понимающе кивнул брюнет. – Меня, кстати, зовут Марк. Вы направлялись в Клегорд? Это вроде единственный город поблизости.
– Я… – нахмурив брови, попыталась вспомнить, где находится этот город. Но не смогла. Я вообще о таком городе не слышала. Может, это просто посёлок? Да. Скорее всего, так и есть. Не могла же я вообще всё забыть?
– Значит, всё-таки заблудились, – по-своему понял моё замешательство мужчина. – Акалис в другой стороне.
– Акалис? – растерянно переспросила я. – А мы вообще где?
– Вы в Веронсе, – ответил он, внимательно глядя на меня. – Здесь когда-то было небольшое поселение. Но всё сгорело пару лет назад. С тех пор здесь только я живу. Вы, наверное, издалека приехали. Раз не знаете этого. Про эту трагедию всем известно.
– Зачем вы здесь живете? Один? – спросила я дрожащим голосом. Что-то мне совсем нехорошо. Я совершенно не понимаю, о чём говорит этот мужчина. Названия городов даже приблизительно не кажутся мне знакомыми. Похоже, у меня разум повредился. И виной всему операция на колене. Я ведь после неё ничего не помню. Это, наверное, последствия наркоза.
– Мне некуда идти, – пояснил он, пожав плечами. – У меня только эта фабрика осталась. Больше ничего нет. Продать её я не могу. Вот, пытаюсь потихоньку её восстановить и снова запустить производство. Правда, это, кажется, невозможно… Но это и неважно. Должен же я хоть как-то убивать время.
– Понятно, – кивнула я, поёжившись.
– Простите, – тут же произнёс он и посторонился. – Входите. Не знаю, куда делось моё гостеприимство. Могу предложить вам чай?
– Да, – шепнула я. – Чай – это хорошо. Чай – это то, что я точно понимаю…
Я взяла девочек за руки и медленно вошла вслед за мужчиной, осторожно осмотревшись по сторонам. Помещение оказалось достаточно просторным. И, возможно, ранее служило цехом. Но сейчас здесь явно обитал Марк. В углу было оборудовано спальное место, рядом с которым стояло пару сундуков и небольшой столик с видавшей виды посудой. Кружка с отколотой ручкой. Треснувшие тарелки. И помятый котелок.
– Сейчас я сделаю вам чай, – засуетился мужчина, схватив со стола котелок. – Сейчас. Нужно просто согреть воды. Я затоплю печь…
Похоже, Марк совсем не привык к гостям. Да и приготовление чая явно не его конёк. Так что если я хочу получить горячий ароматный напиток, придётся вмешаться и помочь.
– Принесите воды, – улыбнувшись, попросила я. – Потом растопим печь… – я растерянно осмотрелась в поисках очага. – Или не растопим… Что это вообще за фабрика? Чем вы здесь занимались?
– Печь есть, – сразу отчитался мужчина, широко улыбнувшись. – Она в другом помещении. Простите, я после пожара был здесь совсем один. Два года не видел никого, кроме дурацких воронов, что кружат над этим местом. И ваш приезд немного сбил меня с толку. А здесь раньше была фабрика по изготовлению ковров. Но за время простоя другие изготовители полностью захватили рынок. И даже если я смогу открыть производство, в этом не будет никакого смысла.
Да уж… Похоже, у этого мужчины вся жизнь катится под откос, а он в это время старается быть дружелюбным и помочь нам с девочками, чем может. Невероятно сильный мужчина. Хотя кто-то может посчитать его слабаком. Мне прекрасно известно, что всё совсем не так. Он два года живёт в этом богом забытом месте, пытаясь восстановить то, что никому не нужно. Он потерял всё. Но не озлобился. Это ли не пример по-настоящему сильного человека?
– Может, покажете, где у вас кухня? – предложила я, чтобы разрядить обстановку. – Тогда мне удастся заварить чай. И, может быть, приготовить что-то? Если у вас, конечно, найдутся лишние продукты…
Мой вопрос о лишних продуктах прозвучал очень коряво. Я ведь и сама понимала, что здесь вряд ли найдётся еда, которой Марк сможет поделиться. Мне даже неловко стало за свои слова.
Конечно, я ведь выросла в обществе потребителей. И я сейчас не про своё голодное детство говорю. А про то, как в достаточно зрелом возрасте, позволяла себе расточительство. Хотя и не была достаточно обеспеченной. Но даже несмотря на вечную нехватку денег, я умудрялась иногда покупать продукты, которые не успевала съесть до того, как они портились.
А у Марка даже холодильника нет. И, скорее всего, он голодает… А тут ещё мы ему на хвост упали.
– К троллям чай! – неожиданно воскликнул Марк, решительно направившись к дверям. – Впервые за долгое время у меня гости, а мне им даже предложить нечего. Подождите немного. Я скоро вернусь…
Мне только и оставалось, что ошарашенно смотреть вслед воспрявшему духом мужчине. И чего это он? На охоту отправился? Мамонта решил завалить, судя по настрою… Да что с ним произошло?
– Мамочка, – тихо шепнула одна из близняшек. – А ты, кажется, понравилась дяденьке… Может, нам лучше остаться с ним? Он добрый.
– Возможно, это только на первый взгляд, – растерянно ответила я, стараясь не реагировать на то, что близняшки упорно называют меня своей мамой.
– Да нет же, – подала голос вторая сестрёнка, мило улыбнувшись. – Мы ведь чувствуем ложь. Как ты могла про это забыть?
– Действительно, – кивнула я, скосив взгляд на девочку.
Бедные дети… О чём они говорят? Кто им вообще внушил чушь о том, что они могут распознавать враньё? Это их сумасшедшая семейка постаралась? Та бешеная бабка, души не чающая в великовозрастном сынке? Конечно, там и не пахнет никакой сепарацией. И девочек явно не особо любили. Бабка была бы рада внукам мужского пола. Она бы с радостью воспитала из них моральных уродов, заглядывающих в рот престарелой родственнице. Бррр.
– Так, девочки, давайте не будем плохими гостями. И пока Марк отправился… – я замялась, задумавшись. – Куда-то отправился. Неважно. В общем, давайте уберём здесь. Так, мы отблагодарим его за гостеприимство.
А здесь было чем себя занять до прихода хозяина.
Я с тоской взглянула на длинные нити паутины, опутавшие чёрные от копоти стены. Похоже, у Марка пауки заменяют домашних питомцев. Но придётся мне от них избавиться и немного навести здесь марафет.
Я без труда отыскала метлу и швабру и взялась за дело. Уборка всегда помогала мне привести мысли в порядок. А сейчас как раз наступил тот момент, когда просто необходимо разместить всё по полочкам и постараться вспомнить, что со мной случилось. Да вот только, сколько бы я ни силилась, пытаясь вернуть утерянные воспоминания, ничего не выходило. Последним, что я помнила, было лицо анестезиолога…
И что этот гад со мной сделал?
Хотя, с другой стороны, зачем ему вообще со мной что-то делать? Он ведь врач. Он клятву Гиппократа давал.
В общем, проблема явно на моей стороне. Похоже, я внезапно начала страдать провалами в памяти… Да. Так и есть.
Я смахнула с дверного косяка лоскут паутины, намотав его на швабру. Но стоило мне поднять взгляд, как я увидела, что кусок липкой сетки вернулся на своё место. Словно я ничего и не делала. Ну вот. У меня похоже и правда проблемы с восприятием реальности.
– Чертовщина какая-то, – озадаченно пробормотала я, прежде чем снова убрать с угла грязь. – Наверное, просто показалось…
Но, к счастью, в этот раз всё прошло более успешно. И вредная паутина назад не вернулась. Поэтому я смогла продолжить уборку и совсем скоро забыла о недавнем инциденте.
Я так увлеклась собственными мыслями, что не заметила, как отдраила весь цех. И даже когда вернулся Марк и вручил мне парочку тушек свежеподстреленных куропаток, я, не моргнув глазом, уселась на табуретку перед кастрюлей с горячей водой и принялась обрабатывать птичек.
Руки словно сами собой работали, ловко ощипывая перья. Хотя я точно никогда ничем подобным не занималась.
– Мама у нас всё умеет, – с гордостью произнесла одна из девочек, заставив меня вынырнуть из собственных мыслей. – Но папа всё равно всегда чем-то недоволен.
– Так у вас и папа есть? – заметно расстроился Марк.
– Конечно, – сообщила девочка. – Только он злой очень. Лупит нас постоянно. А мама терпела из-за того, что идти нам было некуда.
Я почувствовала приступ ярости к незнакомой женщине. Как можно терпеть, когда издеваются над твоими детьми? Ну если ей так нравятся побои, сидела бы дальше со своим муженьком. А девочек она обязана была отправить в безопасное место. Да хоть к тем же родственникам. Неужели не было никого, кто смог бы приютить этих очаровательных малышек? Нужно провести с мамашей воспитательную беседу…