Айли Лагир – Не могу его оставить (страница 47)

Женя встала и тут же почувствовала, как под ногами поплыл пол. Интервью растянулось почти на час. Интересно сколько же раз ей подливали вина? Она повернулась к двери. Дойди бы до своего номера.

— Подождите.

Женя обернулась и бас-гитарист под аплодисменты остальных вручил ей огромную розу. Такую большую, что сочный алый бутон был размером почти с голову ребёнка.

— Вы нам очень понравились. Обязательно приходите на наше шоу!

Женя машинально кивнула и в состоянии полной прострации вышла в коридор.

Женю Мартин увидел ещё издалека. Она вышла из параллельного коридора с огоромной розой в руках. Такой неправдоподобно большой, что в первый миг цветок показался Мартину искусственным. А ещё он не поверил своим глазам. На какой-то момент ему снова стало дурно. Совсем, как в комнате Хельги. Интересно если он завалится в обморок не будет ли это слишком эпатажно? В жизни рок-музыканта бывает всякое, но до сих пор Мартин ни разу не слышал о том, что бы лид-гитарист, от избытка впечатлений, падал без чувств.

Господи, она вернулась! А ведь он даже не попытался разобраться в этой странной ситуации. Ни разу не позвонил. Ни написал и не пытался выяснить произошедшее каким-нибудь окольным путём. Чёрт! Он просто психанул. Малодушно забил за чужие обстоятельства и чувства.

От осознанного Мартину внезапно стало нехорошо самым настоящим физическим образом и зеленея лицом, он привалился к стене.

— Здравствуй!

— Здравствуй, — во рту появился неприятный металлический привкус. Интересно, он мог травануться вином, которое честно свистнул на работе. Это, что очередная кара в его копилку неприятностей? Впрочем, металлический привкус во рту по профилю. Он же в конце-концов металлист.

— Ты хорошо себя чувствуешь? В голосе Жени послышалась тревога.

— Нормально.

Интересно, как она отреагирует если он блеванёт в её присутствии? Впрочем, так, без всякого словоблудия, он сможет выразить свою граждансую позицию по поводу её внезапного отъезда. Господи! Что за мысли его посещают?

— Эй, Мартин. Ты весь зелёный. Пойдём присядем на террасе. И Женя подхватив Мартина под руку, провела на огромный балкон, уставленный кадками с цветами и небольшими мягкими диванами.

Время было послеобеденное и множество жильцов гостиницы расположилось в этом уютном месте для отдыха. Диваны были составлены спинками друг к другу и вкупе с пышными растениями образовывали множество закрытых уголков. Женя и Мартин прошли в самый дальний.

— Ну, как ты? — после небольшой паузы спросила Женя и тут же добавила, — а я вот вернулась. Обещала же Тапио взять интервью и сделать фотки.

— Только из-за этого?

— Нет, конечно.

Оба немного помолчали. Интересно и, что ему теперь делать? Забить на то, что произошло с Хельгой. Покаяться и рассказать всё, как есть? Или, может быть, сочинить байку, что Хельга сама подкараулила его в коридоре и воспользовавшись предконцертным волнением, затащила в номер. Последнее, пожалуй, самый интересный вариант. И вроде, как честь не потерял и удовольствие получил.

— Воды? — предложила Женя, — может быть, ты просто волнуешься или переутомился?

— Репетировали много.

Знала бы она, на каком поприще он так усердно трудился всего двадцать минут назад.

— Погоди я сейчас принесу попить.

Женя отошла к барной стойке, а Мартин устало откинулся к спинке дивана. На душе было, как-то по-особеному гадко. И мучила его даже не совесть, а чувство надвигающейся неотвратимой катастрофы. Пока Женя ходила за водой Мартин попытался привести себя в порядок. Расчесал пятернёй гриву, отряхнул и разгладил футболку. Впрочем, бесполезно — тряпку надо было стирать. Потёр руками лицо и поправил в ухе перевернувшуюся серьгу. Внезапно его вниманием завладел хорошо знакомый голос:

— Конечно в это сложно поверить, но считай, что ты проспорила.

Голос раздавался, где-то у Мартина за спиной и он невольно обернулся. Прямо за ним, в соседнем лаунже, на таком же уютном диванчике сидела Хельга и оживлённо болтала по телефону.

— Да, представь себе. Даже уговаривать особо не пришлось. Впрочем, таких, как он и уговаривать не надо. У него в штанах всё просто горит. Так, что я предложила — он согласился.

Вне всякого сомнения Хельга обсуждала Мартина с какой-то своей подругой. Он буквально застыл, прилипнув ушами к чужому разговору. То, что говорили о нём у Мартина не было ни малейшего сомнения и он мучительно сморщился от слишком откровенных подробностей. Так с ним тоже никогда не поступали и он внезапно ощутил себя бесконечно маленьким и беспомощным.

— На. Я тебе минералки взяла со льдом.

Женя протянула Мартину стакан и он почувствовал, как на него медленно, но верно наваливается крышка гроба сегодняшних приключений. Если бы он только мог заткнуть Хельгу. Заставить её замолчать. А женщина продолжала разговаривать в полный голос даже не подозревая, что теперь её слушают уже двое.

— Ну, вспоминай-вспоминай. Мальчишка. Симпатичный такой. Он ещё барменом работает в рок-баре. Вспомнила? Ну, да. Он ещё музыкант. В группе, какой-то там играет. Да-да. Крепкий такой. Кудрявый. Глупенький, но трахается, как Бог. Впрочем, его на первый раз особо не хватило. Всего раз и кончил быстро. Но такой ласковый. Впрочем, ещё не вечер и я надеюсь на продолжение банкета. Тем более, что я ему явно понравилась. Что ты спрашиваешь? Нет, средний. Они все так любят преувеличивать своё значение.

Хельга весело рассмеялась и Мартин невольно зажмурился от отвращения. Казалось прошла целая вечность. Когда Мартин открыл глаза Хельга продолжала весело смеяться, разговаривая о чем то другом, а вот Жени рядом уже не было.

Глава 23

Женя плакала. Громко и надсадно, как обиженный ребёнок. Она была в номере одна и скрываться было не от кого.

Сколько раз в жизни она испытывала чувство похожее на полное разорение. Перешагнуть через многолетнюю зависимость и страх, провернуть невероятную авантюру с побегом, почувствовать, как жизнь начинает налаживаться и всё это только для того, что бы вновь очутиться у разбитого корыта. Она неудачница, лузер по рождению, невероятный лох, который не способен отличить мнимое от действительного. Жить в нищете, считать копейки, испытывать постоянный страх и всё ради того, что бы видеть Мартина каждый день. Она просто чмошник, жалкий утырок, как её часто называл Игорь. Полюбить человека доброго, отзывчивого, весёлого, но по факту совершенно бездумного. Поверхностного. С совершенно пустым сердцем, где внешняя лёгкость так предательски оборачивается полной пустотой.

Да, она снова виновата сама. Чего Женя ждала, когда видела похождения Мартина с самого начала? Как можно было надеяться на развитие отношений, наблюдая неуправляемую похоть в малейших проявлениях. Какой надо быть дурой, что бы снова всё бросить и примчаться на фестиваль. И не надо громоздить оправдания своему поступку до неба. Обещание, данное Тапио, волновало поскольку постольку, на самом деле она сжирала себя за внезапный отъезд и проявленное при этом малодушие. Что ж за свою наивность и глупость Женя наказана достаточно. Стоило ей ступить за порог и Мартин пустился во все тяжкие. И с кем? С женщиной вдвое старше себя. Увядшей перезревшей красоткой, которая годится ему в матери и насмехается над его же похождениями в открытую. Женщина сказала совершенно верно. У Мартина в штанах всё просто горит. Только она Женя, круглая идиотка могла купиться на быстрые ласки самозабвенного бл*дуна.

В дверь негромко постучали и Женя вздрогнула от неожиданности. Кого это принесло? Надеясь на то, что это администратор, горничная или на крайний случай Тапио, Женя поспешно вытерла заплаканное лицо и открыла дверь.

— Хотелось бы сказать, какая неожиданная встреча, но это будет неправда.

Мартин ввинтился в номер наподобие бура, продефилировал чеканным шагом и без приглашения шлёпнулся в кресло.

От Жени не укрылось, что он явно чувствовал себя если н виноватым, то весьма обескураженным. Мартин уже успел изрядно намахнуть и плохо держался на ногах. Они расстались всего пол-часа назад, однако он успел встряхнуться и принял решение, что лучшая мера защиты нападение.

— Зачем ты пришёл?

— Какое странное начало. Мне помнится, что совсем недавно мы обговаривали работу на посту менеджера моей группы. Твою работу, — подчеркнул Мартин и вальяжно закинул ногу на ногу, — не стыдно увиливать от обязанностей?

Он вёл себя так демонстративно нагло, что Женя неожиданно почувствовала, как в груди разрастается бешенная ярость. Не страх, не подобострастие, ни чувство вины, а огненный ком злобы. Ещё немного и она готова вцепиться в его небрежные рыжеватые кудри. Выдрать полные пригоршни этих пафосных локонов, а потом плюнуть в самодовольную наглую рожу. Протащить за волосы через весь номер и позорно вышвырнуть в коридор.

— Надеюсь, что я тебя не сильно огорчу, — Женя тоже попыталась встряхнуться. Не гоже представать перед лицом этого е*ливого монстра в таком жалком униженном виде. Очень жаль, что у неё просто не хватит физических сил справится с такой накачанной тушей. Впрочем, если природа одарила мужчин природной удалью, то женщинам подарила возможность виртуозно выедать мозг.

— Не думаю, что твоя группа, — слово «твоя» Женя в тон Мартину, нарочито подчеркнула, — сильно пострадает. Должность менеджера может занять любая из многочисленных девушек, которые ошиваются вокруг вас пачками.