Айгуль Клиновская – Там тепло, там мой папа (страница 3)

– Сережа Анатольевич, ты спишь, что ли? – Гульмира погладила его по руке.

– Я все слышу, – мигом откликнулся он. – Чертов палец – какое интересное название горы! А у нас есть Три брата.

– Ты смотри-ка, – удивилась Анна, – и правда все слышал. У нас тоже есть Семь братьев. Приезжайте в гости, посмотрите уральские горы.

Сергей привстал, потянулся и спросил Гульмиру:

– Поедем покорять Чертов палец, душа моя?

– Конечно, – заверила та. – Только для начала отвези нас домой, а то любительница огурцов уже носом клюет.

Анну и вправду разморило. Даже не верилось, что еще вчера вечером она паковала чемодан в Каменске-Уральском, а сегодня сидела в Алматы, пробовала печень в оболочке и хрустела самыми вкусными на свете огурцами.

– Сейчас хлопну кофейку и поедем, – сказал Сергей. – Вы будете?

– Нет, – отказались подруги.

На улице уже совсем стемнело, когда они вышли. На небе мерцали первые звезды, одна из них уселась на макушку той самой большой ели. По дороге Гульмира щебетала:

– Видишь огоньки? Чертово колесо у торгового центра. Не знаю, доберемся до него или нет, я сама, если честно, пока ни разу не каталась. А дальше покажу новый театр оперы и балета.

Анна в ответ угукала, лишь на это и хватало сил. Как только села в машину, глаза слиплись и открываться более не желали. Вся красота проспекта Аль-Фараби пролетела мимо. У дома она вынырнула из дремы, чтобы расцеловать в обе щеки Сергея, на автопилоте добраться до квартиры и рухнуть на свою императорскую кровать.

10 июля

– Так, ты помнишь, как мы запланировали начинать новое утро? Стакан воды, йога, чашечка кофе.

Несмотря на вчерашнее винопитие, на следующий день Анна была бодра и готова к приключениям. Гульмира заворочалась на диване.

– Уже встаем? А можно сегодня без йоги? Ходьбой компенсируем.

– Ладно, но завтра обязательно!

– Хорошо, хорошо, —с облегчением согласилась Гульмира. – Значит, выпиваем по чашечке кофе и идем завтракать.

– А куда?

– В мое любимое кафе. Там такая вкусняка!

– Слово-то какое потешное. Чую, и мой отпуск станет вкуснякой!

Солнце за окном уже припекало, поэтому они взяли с собой две литровые бутылки воды и отправились пешком по улице Жибек жолы, что означало Шелковый путь, затем вверх по проспекту Абылай хана. Обязательно фотографировались, если по пути попадалось что-то необычное, а такого всегда немало там, где оказываешься впервые.

– Интересно гулять по родному городу и смотреть на него твоими глазами, – радовалась Гульмира, щелкая подругу на фоне Старой площади.

Они перешли дорогу и зашагали по улице Толе би.

– А это наш «Детский мир».

– Ты знала, что в Советском Союзе была особая норма, закрепленная в ГОСТе? Каждому городу с населением свыше ста тысяч человек полагалось иметь магазин детских товаров.

– Ничего себе! А я думала, ты только историю «Магнита» знаешь назубок.

– Жестокая ты женщина. Сердца нет у тебя. В отпуске напоминать о любимой работе.

– Молчу, молчу!

Летняя терраса кафе пустовала. Алматинцы еще нежились в кроватях, только двум неугомонным долго спать совесть не позволяла.

– А вы нам включите волшебные шипящие штуки? – спросила Гульмира светловолосого официанта с бородкой и покрутила в воздухе рукой для наглядности, изображая эти самые водяные штуки.

– Конечно, – улыбнулся парень, расставляя на столе приборы.

– Я буду шакшуку, а ты?

Анна быстро пролистала меню.

– Омлет с вешенками и колбасками гриль.

– И чайник чая нам, пожалуйста. С манго и лемонграссом.

Солнце набирало силу, готовое, как и положено летом, затопить жаром все улочки, но спрятавшихся под навесом подруг это не пугало. Официант включил обещанную «штуку», которая с шипением распыляла воду, наполняя воздух вокруг мириадами невидимых капель.

Город просыпался, спохватывался, что надо куда-то торопиться, несмотря на воскресенье. Анна же никуда не спешила, она пробовала у Гульмиры шакшуку, а в таком деле, как дегустация новых блюд в отпуске, спешка ни к чему. Свой завтрак охарактеризовала просто: «Омлет как омлет». Человека с Урала грибами не удивить. Она даже Гульмире привезла лесной привет. Специально перед поездкой отчим насобирал боровиков, груздей да маслят, Анна отварила и заморозила. Теперь они уже в алматинском холодильнике ждали особого случая, как сказала Гульмира.

– Какие планы на сегодня? – Анна разлила чай, любуясь его необыкновенным оранжевым цветом. – Запах-то какой неземной!

– Ага, – Гульмира придвинула к себе чашку. – Сейчас едем в Ботанический сад, туда приедет Жаник. Погуляем, оттуда на прокачку мозга. Команду я уже собрала, всех оповестила.

Распрощавшись с обаятельным официантом, они вызвали такси и отправились в Ботанический сад. По дороге Гульмира достала телефон.

– Ты где? Мы уже едем. Тоже едешь? Тогда не будем далеко от входа уходить, позвони, как доберешься. Состыкуемся.

Жанна была ее коллегой, работала в соседнем отделе. Как так вышло, что они сдружились, непонятно, учитывая почти двадцатилетнюю разницу в возрасте. «Знаешь, что-то эдакое есть в этой девчонке, – рассказывала Гульмира. – Смешливая, как и полагается в ее возрасте, а в глазах – житейская мудрость. Откуда? У нас в ее годы ветер в голове свистел, а мудрость только с годами пришла. Надеюсь, что все-таки пришла, не заблудилась».

В саду по центральной аллее они добрели до пруда. Там происходило что-то интересное.

– Кажется, кино снимают, – шепнула Гульмира.

По тропинке шагала девчонка, ее догонял запыхавшийся мужичок. Пытался поговорить, но та отмахивалась и уходила прочь. Сцену эту повторяли раз за разом, что-то не устраивало режиссера. Изнанка кинопроизводства оказалась не фееричной, смотреть на многократные попытки потеющих актеров вскоре наскучило, тем более позвонила Жаник.

– Вы где?

– У пруда с лебедями.

Жаник будто сбежала со светского раута: в белой блузке и красной пышной юбке, еще и в туфлях на высоченном каблуке.

– Мы же долго ходить собираемся, осилишь? – Гульмира смотрела скептически.

– Да они удобные, – заверила Жаник.

И они побрели по первой же подвернувшейся аллее. Тем и хороши прогулки в парках – иди куда глаза глядят, дыши, думай. Везде хорошо.

Вокруг шелестел, вздыхал, отзывался птичьими перекликами Ботанический сад. Сразу становилось ясно – он умел лечить, восстанавливать силы, возвращать потерянный покой. Дубовая, липовая, сосновая аллеи. Троица шла бездумно, сворачивая по наитию. Все равно куда, главное, идти, и с каждым шагом наполняться незримым, но ощутимым счастьем, которое всегда дарит природа.

Они разговаривали о том о сем, читали на табличках названия кустов, присаживались на скамейках, рассматривали и даже щупали стволы деревьев: по дубу ползли вверх узловатые вены-борозды, лопнувшую кору тополя усыпали кругляши-конопушки, а у березы ствол мелко шелушился, приятно отзываясь на прикосновение ладоней.

Уже на выходе Жаник сообщила:

– Я все-таки натерла мозоли.

– Кто же в сад приходит на каблуках? – Анна всплеснула руками. – Погоди, сейчас пластырь найду.

– А знаете, вы похожи, – Жаник переводила взгляд с одной на другую. – Анна, я вас будто сто лет знаю.

– Это потому, что мы кармические сестры, ты не знала? Держи пластырь.

– Можно, я вас обниму?

Они обнялись втроем, постояли.

– Так, все, хватит сантиментов, – деятельная Гульмира через пару секунд уже высвободилась. – Вызываю такси, едем на игру. Еще, правда, два часа до начала, но все так и задумано, как раз успеем перекусить. Жаник, ты с нами?

– Поесть да, на игру не смогу остаться. Другие планы.

Анна оглянулась на Ботанический сад и мысленно поставила галочку – до поездки она говорила подруге, что хочет тут побывать. Правда, кое в чем не призналась. Когда шли по дубовой аллее, она тайком кинула в траву монетку. Вроде как в воду принято бросать, чтобы вернуться, но в пруд с лебедями совесть не позволила. И говорить об этом никому не стала, сочтут ведь за странность, что гостья деньги по Алматы разбрасывает. Не подозревают они, что для этого дела в отдельном кармашке сумки мелочь припасена еще с Каменска-Уральского.

В кафе спрятались от солнца под очередным навесом. Счастливые алматинцы! Погода дарила им возможность трапезничать на улице с ранней весны до глубокой осени.