Аяна Грей – Охота начинается (страница 77)

– Только дважды, хотя она помнит только второй раз. – Взгляд Тэмбы запомнила отчетливая печаль. – В первый раз она была еще маленькой.

Экон в растерянности посмотрел на нее:

– Я не понимаю. Коффи лишь недавно узнала о даре. Откуда вам было знать?

– Потому что я знаю Коффи очень давно, – ответила Тэмба. – Хотя она не знала меня. Впрочем, ей не было позволено знать меня.

– Но…

Тэмба встала, жестом призывая его замолчать, но в ее взгляде читалось сочувствие.

– Отдыхай, дитя. – Она пересекла комнату и мягко толкнула Экона обратно на мешки с мукой. – Самое важное для тебя сейчас – исцеление.

Когда женщина подошла ближе, Экону показалось, что в ней есть что-то знакомое, но он не мог понять, что именно. Он откинулся на мешки.

– Мне нужно найти Коффи.

– Спи, – настойчиво произнесла женщина. – Завтра тебе будет лучше, и мы придумаем план.

Глаза у Экона слипались, а слова рассыпались и исчезали. Тэмба говорила так тихо, что он не был уверен, в самом ли деле услышал ее шепот:

– И тогда мы найдем мою внучку.

Примечания автора

В мае 2015 года, когда я сидела в спальне в окружении коробок, приготовленных для переезда, я начала писать историю, которая – несколько лет спустя – станет той версией «Хищных тварей», которую многие прочитали сегодня. Со временем она существенно менялась, превращаясь из расплывчатой амбициозной идеи в проработанный фантастический роман, до краев наполненный всем, чем я восхищалась и что любила в жанре янг-эдалт. Когда я писала и редактировала историю все эти годы, она стала для меня больше, чем средством творческого выражения, она стала средством катарсиса, шансом исследовать и заново обрести то наследие, которое было уничтожено силой из-за трансатлантической работорговли, – и воздать этому наследию должное.

Я называю «Хищных тварей» панафриканским фэнтези, потому что – хотя Эшоза не является реальным местом – источники вдохновения, повлиявшие на нее, находятся на совершенно настоящем Африканском континенте. Решение не фокусироваться на одном Африканском регионе было намеренным: будучи темнокожей американкой, я понимаю, что на самом деле никогда не узнаю точно (или хотя бы приблизительно), где жили и процветали мои предки до того, как их захватили, так что эта история воздает должное культурам, мифам и фольклору из разных регионов континента. Также она исследует, каково это – быть частью диаспоры, которая создана насильственно. Если вы знакомы с исследованиями африканской и афроамериканской культур, то, возможно, заметите некоторые скрытые и явные отсылки на страницах этой истории, но я думаю, что моя обязанность – объяснить здесь все прямо на случай, если у кого-то возникнут вопросы.

Значимый, но по большей части остающийся за кадром персонаж «Хищных тварей» – это известный ученый-натуралист Сатао Нкрума. Хотя у него нет непосредственного прототипа, он назван в честь двух конкретных людей. Первый из них – Кване Нкрума (1909–1972), известный ганский исследователь и политический деятель, который признается одним из отцов панафриканизма – идеологии, которая поощряет единство всех людей африканского происхождения. Имя Сатао при этом позаимствовано у слона. Слон Сатао (1968–2014) жил в Кении и был знаменит своими на редкость огромными бивнями, такими большими, что они почти доходили до земли. В мае 2014 года его жестоко убили браконьеры, которые охотились за слоновой костью. Его гибель нанесла сокрушительный удар по сохранению природы Восточной Африки. Таким образом, Сатао Нкрума назван в честь человека-революционера и прекрасного слона.

В книге есть и еще несколько легких намеков на политических деятелей, поддерживающих антиколониализм и панафриканизм по всему миру. Для меня важно, что Экон – молодой темнокожий мужчина, который любит книги, – о кружен не просто учеными, а учеными, которые выглядят так же, как он. В реальности наука, литература и история, созданные темнокожими, маргинализировались, отчуждались и иным образом преуменьшались со временем: проще говоря, я хотела, чтобы Экон жил в мире, где достижения темнокожих сохранялись, где им воздавали должное, и мы видим это в таких местах, как библиотека храма Лкоссы. Вы можете заметить, что несколько мастеров храма, где живет Экон, названы в честь признанных темнокожих политических лидеров и революционеров, таких как Ннамди «Зик» Азикиве (первый президент Нигерии), Джулиус Ньерере (первый президент Танганьики, сейчас Танзании), Джомо Кениата (первый президент Кении), Патрис Лумумба (первый премьер-министр независимой Демократической Республики Конго) и Маркус Гэрви (основатель Всемирной организации по улучшению положения негров и Лиги африканских сообществ).

Язык замани, который используется в «Хищных тварях», основан на суахили, на котором на сегодняшний день разговаривает около 11 миллионов человек, в основном в Восточной Африке. Я должна упомянуть, что не говорю на суахили свободно, но я выбрала его в качестве основы, поскольку мне всегда казалось, что это прекрасный язык и именно из него происходит мое собственное имя – Айана. Читатели, владеющие арабским, могут заметить, что некоторые слова из суахили напоминают арабские. Дело в том, что за годы торговли и культурного обмена суахили усвоил некоторые арабские слова. Хотя в какой-то момент я рассматривала возможность использовать в «Хищных тварях» искусственный язык, в итоге я решила, что это была бы своего рода форма отчуждения. За свою жизнь я не раз видела, как европейские языки используются в фэнтези, но никогда не видела фэнтезийных языков, основанных на языках Африканского континента, – и мне хотелось это изменить.

Мифологические создания и существа в этой истории по большей части заимствованы из реальных представлений, распространенных в Африке, и они определенно входят в число того, чем я наслаждалась больше всего, когда писала эту историю. Хотя джокомото не заимствованы из реальной мифологии (я не смогла найти в фольклоре существо с нужными мне характеристиками), остальные имеют свои источники. То, что Экон сказал о грутсленге, правда – это существа из южноафриканской мифологии, и считается, что боги разделили грутсленга на двух отдельных животных (слона и змеи), чтобы сделать его менее устрашающим.

Билоко (множественное число от элоко) заимствованы из представлений народа монго, проживающего в Демократической Республике Конго в Центральной Африке. Согласно им, это злобные карликовые существа, которые живут в самых густых джунглях и тропических лесах. Известно, что они принимают форму невинных детей, носят колокольчики, с помощью которых околдовывают неосторожных путников, и испытывают неутолимый голод к человеческой плоти и костям. Во многих мифах рассказывается о «глупой» женщине, которую обманывают билоко, поэтому в «Хищных тварях» я хотела перевернуть этот сюжет и показать, как они обманывают Экона.

Юмбо заимствованы из представлений народа волоф, живущего в Сенегале (Западная Африка). В рассказах об их происхождении и внешнем виде есть нестыковки, и имеющиеся свидетельства позволяют предположить, что мифы могли измениться после европейского вторжения в Западную Африку. Тем не менее в целом эти существа известны как похожие на фей создания, которые танцуют в лунном свете и любят роскошные празднества. Я хотела включить их в «Хищных тварей», потому что мне показалось, что они выглядят мило, а я хотела, чтобы по крайней мере какие-то создания, которых Коффи и Экон встретят в Великих джунглях, были дружелюбными.

Дерево умлеби (иногда также «умлебе») – еще одно заимствование из зулусских представлений, распространенных в Южной Африке. В реальности его называют деревом мертвеца. Его латинское название – Euphorbia cupularis, и хотя нет современных свидетельств о том, что оно ядовитое или токсичное, устные предания о его свойствах звучат пугающе.

Шесть богов Эшозы на самом деле не существуют, и религия, которой они принадлежат, полностью придумана. Хотя Африканский континент полнится великолепными и прекрасными религиями, включая вариации ислама, христианства, а также разнообразнейшие местные представления, мне показалось неподходящим использовать в фэнтези-романе религию, которой следуют и посвящают жизни реальные люди.

Народы йаба и джеде тоже не являются реальными, но они представляют малую долю разнообразия этничностей, которые часто сосуществуют друг с другом в африканских странах и регионах. Несмотря на то что, с точки зрения внешнего наблюдателя, многие из них внешне похожи, часто они говорят на разных языках, следуют разным религиям и традициям и часто не слишком ладят друг с другом.

В «Хищных тварях» есть глава под названием «Мамба и мангуста». Это одна из моих любимых глав, и она основана на подлинной истории. На самом деле восточная черная мамба действительно является одной из самых смертоносных змей в мире: ее яд может убить взрослого человека примерно за пятнадцать минут, и большинство укушенных ею людей умирают просто потому, что не успевают получить медицинскую помощь. Также верно, что мангуста – смертельный враг черной мамбы. Восхитительным образом клетки мангусты эволюционировали так, что они получили иммунитет к яду мамбы, и в сочетании с удивительной быстротой мангусты это животное становится практически неуязвимым для нее. Схватка мамбы и мангусты – истинное чудо природы.