Ая Кучер – Неверный. Цена любви (страница 21)
Он не имел права лезть в мою жизнь!
Возвращать меня тем, что я просто не выживу без его денег.
Шеф, естественно, не признался напрямую, что меня уволили по чьей-то просьбе. Но я была хорошей сотрудницей, заслужила ответ хоть на один вопрос. Хотела узнать, причастен ли к этому мой отец.
– Нет, – ответил шеф без промедления. – С
Нужно быть совсем тупой, чтобы не уловить намек. Ещё и получила подтверждение, что рекомендаций он дать не может. И совет, что искать работу в городе мне не следует.
Супер. Влад позаботился, чтобы я осталась без копейки в кармане.
Если я раньше думала, что с банками подсуетился отец, то теперь понимаю, кто стоит за всеми моим неприятностями. Я в бешенстве. Будто срывает все тормоза.
Хочу кричать и крушить всё.
Даже не из-за потери работы или заблокированных счетов. Я смогу разобраться с этим, придумаю решение. Перееду куда-то, если понадобится. Не в этом проблема.
А в том, что это мой муж так поступил. Человек, которому я полностью доверяла, была готова на многое, лишь бы порадовать его. А он теперь разрушает всё вокруг меня, лишая выбора.
– Лариса, – Влад оценивает моё состояние, поднимается из-за стола. – Всё в порядке. У вас как раз обед.
– Но он через…
– Обед. У всех на этаже. Оставьте нас наедине. Встречи перенесите. Свободны. Майя, – двигается ко мне, тут же меняя интонацию. – Давай обсудим всё спокойно.
– Спокойно? Да нахрен твоё спокойно! К черту иди!
– Может, обойдёмся от скандала? Маленькая, давай поговорим нормально. Я понимаю, что ты злишься, но не стоит так себя вести.
Отскакиваю подальше, не позволяя мужу приблизиться. Я не хочу успокаиваться. Может, только благодаря злости я сейчас не опускаю руки, а готова идти до конца.
Влад вздыхает, примирительно поднимает ладони. Я вижу, что моя реакция вызывает у него смятение. Мужчина ослабляет галстук, смотрит на меня пристально. Будто не понимает, почему я так себя веду.
А я не понимаю его! Не могу и не хочу понять! Он был невероятно заботливым и чутким, а теперь что? Превратился в редкостного ублюдка, который будет давить на меня?
– Ты мне врал!
Я оглядываюсь в поисках чего-то. Подлетаю к шкафу, где расставлены книги. Бросаю одной из них во Влада, тот отскакивает. Если я сейчас не выпущу эмоции, то просто взорвусь. Или… Окончательно сломаюсь.
– Тише, успокойся, – просит муж. – Что на тебя нашло?
– Ты врал мне. И ладно, это я ещё могу принять. Мы бы разошлись и сохранили хоть что-то приятно после развода. Но нет, – бросаю тяжелый том, тот даже до средины кабинет не долетает. – Ты решил, что нужно разрушить мою жизнь! Нужно лезть… Как ты посмел принимать решение вместо меня?!
Внутри извергающийся вулкан, вместо лавы – чистая звериная ярость. Искрящаяся, уничтожающая мой привычный характер. Закаляя или делая ещё хуже? Кажется, плавит все тормоза в моей голове, превращает в сумасшедшую истеричку.
Я ведь люблю Влада! А он так со мной поступил. Он разрушил всё, во что я верила! Растоптал. Рязанову хватило совести не появляться в моей жизни после предательства, хотя бы пару лет.
А муж продолжает отравлять меня.
– Чего ты этим добьешься?! – кричу, разбивая статуэтки о пол. Несколько осколков летит на мои ноги, но я этого не замечаю. – Решил, что я вернусь к тебе после такого? Нет!
– Майя, ты поранишься. Хочешь что-то разбить? Ладно, в меня бросай, – предлагает, подступая. – Но не стоит вредить себе.
– Это тебя заботит, да? Да, конечно. А то вдруг жена-картинка пострадает. Как тогда свою элитную куклу перед всеми таскать. Повезло, что Божена есть. Или не подходит на замену?
– Прекрати! – рявкает, добираясь до меня. Удерживает за плечи, не позволяя вырваться. – Ты злишься, я понимаю. Но не говори так. Я никогда не вёл себя так, словно ты кукла или игрушка. Я ублюдок? Возможно. Но не опошляй наш брак, будто он ничего не значил.
– А ты что делаешь? Ты портишь всё, что между нами было! Заставляешь ненавидеть тебя! Зачем ты вмешался? Почему решил, что у тебя есть право принимать решения вместо меня? Я не пешка, чтобы двигать меня по своему усмотрению.
– Я посчитал, что так будет лучше. И извиняться за это не буду.
– Позвони и скажи, что передумал. Пусть всё вернется, как было. Я хочу…
– Нет, я не буду никому звонить, – отвечает неожиданно твердо. – Так будет до тех пор, пока ты не вернешься ко мне
Влад словно проткнул шар моей злости. Тот лопнул, обдавая жаром и болью внутренности. Застыла, всматриваясь в лицо мужа. В безуспешных попытках найти подмену.
Не мог Влад так жестоко поступить. Он же…
Господи, что я здесь вообще делаю? Получаю очередное подтверждение, что мой муж – совсем не тот, в кого я влюбилась? Зато я получила честно признание.
Гадкое, отвратительно, но нужное признание. Я будто смотрела на всё затуманенным взглядом, а теперь вижу четко. Понимаю, что нам вообще не о чем говорить.
А условия Салманова для развода – пошел он к черту!
– Ясно, – произношу сдавленно, в груди тяжело. – Я тебя услышала. Какой же ты мудак, Влад. Пусти меня.
– Нет, сначала мы всё обсудим.
– Будешь держать силой, как мой отец?
Мужчина резко отшатывается, одергивает руки, словно обжегшись. И смотрит на меня с немым укором. Хочется смеяться. Это сравнение его задело? После всего, что он натворил?
– Ты расстроена, Май, – вздыхает, растирая своё лицо. – Я понимаю. Но это уже несправедливо. Не сравнивай меня и твоего отца.
– А чем ты лучше? Оба хотите руководить моей жизнью, не спрашивая, приказываете. А когда не подчиняюсь – ломаете силой.
– Да блядь, – выпаливает, заводясь. – Очень похожи, конечно. Ведь сломать тебе запястье и переместить в другой номер отеля – одно и то же.
Автоматом обхватываю запястье, которое ноет фантомной болью. Отец не ломал, он просто толкнул, а я неудачно упала, получила трещину… Господи, про что Влад говорит?
При чем тут отель?
– Ты в своей обиде берегов уже не видишь, - продолжает, пока я растерянно прижимаюсь к шкафу. – Да, я буду до конца жизни нести вину за это. Да, имеешь право долбить меня из-за обмана. Но это… Май, это уже несправедливо. Снять тебе нормальный номер вместо того крошечного – прям преступление. Я монстр, если хочу, чтобы ты жила в хороших условиях? Заметь, я даже не упоминаю, что ты обещала переехать обратно ещё пару дней назад.
– Отель? – перебиваю. – Какой к черту номер, Влад?! Я говорю про то, что из-за тебя меня уволили! Заблокировали все мои счета.
– Уволили? Ты же не работаешь, Май…
Голос мужа немного растерянный, очень – обеспокоенный. Мы оба будто на разных языках говорим, про разные вещи. Изучаю реакцию Влада, хочу словить его на лжи. Но понимаю… Он не знал.
Я скрывала свою работу, чтобы не спорить с мужем. Довольно успешно, если работы у меня больше нет, а Влад так и не узнал об этом. Но… Он всё это говорил про отель? Решил, что это всё – моя острая реакция на улучшенный номер?
– Так, – вздыхает Влад, мягко сжимая мою руку. Тянет за собой, усаживая в свое кресло. Я слишком растеряна, чтобы сопротивляться. – Кажется, мы друг друга не до конца поняли.
– Я не истеричка, – морщусь, потому что это именно истерика и была. Но меня такой безысходностью задавило, что я сорвалась. – Я бы не стала устраивать скандал из-за такой глупости!
– А про что ещё я мог подумать? И давно ты работаешь? – спрашивает, упираясь бедром в стол. Нависает. Я киваю. – Ясно. Я об этом не знал. Тебя уволили, а ты решила, что это я?
– Либо ты, либо мой отец. Шеф сказал, что от Соловьева ему не звонили. Методом исключения…
– Хм.
Вздыхаем синхронно, повисает тишина. Когда-то мы могли ночи напролёт разговаривать, не останавливаясь. А теперь любое слово подобрать кажется задачкой из высшей математики.
– Если не ты, то кто? – задаю вопрос. Очень надеюсь, что шеф не соврал, и отец не замешан. Иначе придётся идти до конца и вываливать всю грязь в СМИ. – Только вы вдвоем хотите держать меня под контролем.
– Я не хочу тебя контролировать, маленькая. Я хочу, чтобы мы решили наши проблемы, и ты вернулась ко мне. Если бы я лишил тебя работы или что-то в этом роде – ты же никогда не простишь. А мне не нужно, чтобы ты была рядом из-за безвыходности. Так, а со счетами что?
– Их заблокировали, что-то с налогами, я ещё не разобралась.
Влад резко отталкивается от стола, тянется к своему пиджаку. Достает из кармана кошелек, вытягивая всю наличку.
– Я узнаю, что происходит, – обещает, протягивая мне деньги. – Возьми пока, я ещё сниму. А та карта, что я давал? Она вроде работает, я видел списания. Пользуйся ею, пока я не разберусь с твоими счетами.
– Влад, я не хочу зависеть от тебя.
Говорю, но понимаю, насколько глупо это звучит. Это ведь правда. Я полностью зависела от мужа. Моя работа – была блажью, в удовольствие. А теперь без какого-либо заработка…