Ая Кучер – Девочка под запретом (страница 48)
– Не кричи, – выдавливаю. – Пожалуйста. Я не хочу… Уезжать. Мне хорошо здесь. Я с ним счастлива.
– Ты не понимаешь, с кем связалась. Арс не тот, кого подпускают к сёстрам.
– Он заботится обо мне! Он добрый. Он хороший. Ты просто не хочешь слушать!
– Заботится? Он тебя трахает, Лия! Не ври себе!
– Я не вру! – слёзы подступают. – Ты не видел, как он рядом! Как он меня укрывает, как переживает, как смотрит! Ты не видишь!
– Это ты слепая! Ты влюбилась, потому что он был рядом! Потому что впервые тебе дали тепло! А завтра он исчезнет, и ты останешься ни с чем! Я не позволю!
Я качаю головой. В глазах всё плывёт. Лирс подаёт голос, рычит, прижимается ко мне плотнее. Я глажу его дрожащей рукой.
– Это моя жизнь, Марк, – мои губы дрожат. – Я имею право решать.
– Не с такими, как он.
– Ты не прав. Я тебя люблю, но ты не прав.
Марк отводит взгляд. Я вижу, как его челюсть ходит, как сжимаются кулаки. Он злится.
– У тебя три минуты, Лия. Я не хочу больше видеть тебя в этом доме.
– Нет! Я не уеду без Арса.
– А смысл? Лия, подождёшь его дома. Объявится – всё решим. Телефон же у тебя его есть?
Марк уточняет с каким-то пренебрежением. Даже не хочу знать, что он обо мне думает.
Я вскидываю голову, решительно киваю. Смотрю брату в глаза, собираясь отстаивать своё счастье до конца.
Я не привыкла так. Но пора учиться.
– Вот и всё, – вздыхает Марк. – Свяжешься с ним потом. Он напишет. Позвонит. Вы договоритесь. И всё.
– Но…
– Или что ты думаешь? Будто я тебя запру под замком? Что за глупости? Он приедет, мы всё решим. Обсудим. А может, к тому моменту, ты включишь голову. Но разберёмся по ходу. Я не собираюсь здесь ждать сутками, пока он решит свои дела. А тебя одну не оставлю.
Я смотрю на брата долго. Он говорит спокойно. Уверенно. Как всегда, когда хочет, чтобы ему доверились.
И я понимаю… Он ведь прав.
Телефон у меня. Арс свяжется со мной, когда решит свои дела. Мы всё обсудим.
Я пока могу провести время с братом. Как и хотела. Успею убедить его, что у нас с Истоминым всё серьёзно.
А потом Арс объявится.
Вот только…
Арс не объявляется. Ни день, ни два спустя. Я даже до конца не понимаю, какой это день. Сколько я уже у брата?
Я не могу встать с кровати. Всхлипываю. Потому что Арс не отвечает на мои звонки. Не объявляется. Он пропал.
Лирс дышит рядом. Скуля, тревожно дёргает ушами. Он чувствует. Всё чувствует. Что мне плохо. Что я не могу вдохнуть нормально.
Я глажу его по голове. Пальцы дрожат. Сердце не на месте. В груди пусто. Холодно.
– Где ты?
Шепчу в телефон, в очередной раз нажимая на экран. Теперь звучит «абонент недоступен».
Ни звонка. Ни смс. Ни намёка. Как будто вычеркнул. Исчез.
Я не могу понять. Не могу принять. Как можно было так?
После всего. После каждого взгляда. После каждого слова, которое он мне шептал. После того как смотрел. Как прижимал. Как целовал.
Марк пытается отвлечь. Зовёт в кино. В кафе. Предлагает съездить на море. Навестить кого-нибудь. Просто пройтись.
Кажется, брат готов на всё, лишь бы растормошить меня. Отвлечь. Но я не хочу.
Ничего не хочу.
Я просто хожу кругами по комнате. Или лежу в тишине, обняв Лирса. Он тычется носом мне в подбородок. Вздыхает. Смотрит.
– Я что-то испортила, да? – шепчу ему. – Или он… Он решил не связываться с Марком? Не хотел серьёзного?
Сердце болит. Я всхлипываю, уткнувшись в подушку. Тело дрожит без остановки.
Мне кажется, словно душу через мясорубку пропустили. Сердце иголками обтыкали.
Мне душно. Плохо. Меня выворачивает. Трясёт. Я не понимаю, что происходит.
Арс уже однажды отказался от меня. После первого секса он бросил, отказался. Что, если сейчас снова решил, что наши отношения ему не нужны?
Внутри всё обрывается, когда экран мигает. Приходит сообщение. Я подскакиваю на кровати.
Ларс пищит недовольно, а я визжу. Сообщение от Арса! Я пытаюсь быстро разблокировать телефон.
Не попадаю по цифрам, пальцы дрожат. Справляюсь с этой непосильной задачей.
Открываю. Читаю.
Воздух высасывает из лёгких. В теле всё горит, словно я глотнула хлорки.
Боль такая, что кажется – я умру.
Глава 33. Истомин
Запястья затекли. Пальцы не шевелятся. Плечи горят, будто кто-то вогнал под кожу гвозди. Скотч режет запястья.
Я дышу через зубы. Спина прилипла к спинке стула, футболка влажная от пота.
Главное – как у меня всё внутри горит.
Настолько, перед глазами пляшет пелена. Сука, я бы разорвал. Всех.
Марк. Мудак. Подонок. Он вызвал своих. Связал. Притащил. Запер.
И я не знаю, как не убил его на месте.
Голова дёргается вверх, как только дверь открывается. Я щурюсь. Свет режет глаза, а вместе с ним в помещение заходит он.
Марк.
Он берёт стул. Ставит передо мной. Медленно. С шумом. Усаживается. Ноги врозь, руки на коленях. Смотрит прямо.
Я скалюсь. Молчу. Впился взглядом. Пусть говорит. Сейчас сорвусь.
– Не убил тебя только потому, что у нас с Раевским дела, – говорит Марк спокойно. – Он тебя держит рядом. Я его уважаю. Вот и не нажал на спуск. Но я всерьёз думаю кастрировать тебя. Чтобы точно не было соблазна. Чтобы ты не путал свои задачи.
– Я не путал, – цежу. – Я знал, на что иду. Мы с Лией…
– Ты охрана, Истомин. О-хра-на. Твоя работа – держать дистанцию. Не трахать объект. Не влюблять. Не привязывать к себе так, что теперь она рыдает дома и ждёт тебя, как придурочная.