Ая Кучер – Девочка Грома - Ая Кучер (страница 93)

Наумов не выглядит слишком заинтересованным. Всем видом показывает, насколько меня не воспринимает.

Его бы воля – облаву бы сюда устроил. Такое ощущение, что на свадьбу припёрся лишь для того, чтобы недовольство показывать.

Но хоть немного дочь он любит. И на этом играть можно.

– С Али я разобрался, – оповещаю. – За сына твоего отомстил. Всё закончилось. Можешь к нормальной жизни возвращаться.

– Как? Когда? – вопросами заваливает. – Я хочу…

– У твоей дочери свадьба сегодня. Уверен, что хочешь о таких делах болтать? Или хоть немного её ценишь?

– Я люблю Славку! Поэтому и против того, чтобы такой, как ты, к ней приближался. От тебя всё, чего угодно можно ждать. Обидишь её, подставишь…

Не дослушиваю. Через стол отправляю флешку. Она скользит до самого края, Наумов перехватывает.

– Что это? – хмурится. – Та злополучная флешка, за которой вы все гонялись?

– Нет, – усмехаюсь. – Лучше. Уникальная инфа. По мне. Вот с этим – ты меня засадить сможешь. А не с той хернёй, что насобирал.

– И на кой черт ты мне это даёшь? – уточняет с недоверием. – За решётку потянуло?

– Если ты меня сдашь, то Ярослава расстроится. А мне хочет верить, что её счастье тебе важно. Но раз так ссышь, что я обижу… Это действенное оружие против меня. Чтобы был уверен. Твою дочь – мою жену – я никогда не обижу.

– Она пока не твоя жена!

– Через час станет. А покой своей жены я ценю. Надеюсь, друг друга мы поняли. Хотел гарантий? Вот они. Но я никуда не денусь. Ярослава любит меня, я – её. Прими. И веди себя как нормальный отец. И это… Танец с ней этот станцуй. Важно для неё.

Поднимаюсь. Оставляю Наумова обдумать всё. Делаю ставку на то, что чудить он не станет.

У него было двое детей. Сына убили, за него я отомстил.

Осталась одна Ярослава.

И вроде семью Наумов ценит.

Поэтому и танец танцует. Неловко двигается, как колода, но хоть что-то.

Глаза Ярославы горят, улыбка не сходит с пухлых губ. Счастливая. Охуенная.

В платье белом. Которое я сразу узнал. Зараза.

Она это платье мерила в каком-то салоне, когда за ней следили. Фотка попала тогда ко мне. Взбесила. Думал, что она за какого-то удода замуж собралась.

А сладкая это платье на нашу свадьбу натянула.

– Зараза, – прижимаюсь к её уху. – Ночью с тобой разберусь.

– Да? – игриво дёргает плечом. – Ну не знаю. Может я не в настроении для брачной ночи?

– Я настроение создам.

И для брачной ночи. И для медового месяца.

И на всю жизнь.

Эпилог. Ярослава

– Замёрзнешь.

– Ай!

Я смеюсь и вскрикиваю, когда шею обжигает. Сначала дыханием, а после – укусом.

Наиль нападает со спины, удерживает на месте. Его щетина колется, а я кайфую. Только голову запрокидываю, чтобы целоваться было удобнее.

Ладонь мужчины скользит по талии, накрывает мой небольшой животик. Со всех сторон счастьем пробивает.

– Накинь что-то сверху, – приказывает, отрываясь.

– Мне нормально, – я отмахиваюсь, подставляю лицо солнышку.

– Накинь.

Бескомпромиссно и жёстко. Я фыркаю. Вышла на свою голову замуж за тирана. Теперь вот подчиняться нужно.

Я даже вслух возразить не успеваю, как на мои плечи падает колючий тёплый плед.

Фыркаю погромче, чтобы Гром вот точно понял моё настроение. На улице тепло. Осень, на удивление, долго держится тёплой.

Но плед всё же натягиваю.

А то взгляд у Наиля совсем не добрый.

Переживает он.

– Как там… – я зеваю, тянусь за кружкой с чаем. – Божена. Не звонила?

– Ниче, обустраивается.

Божена сама захотела переехать. Сказала, что не собирается мешаться под ногами и разбивать наш медовый месяц.

Хотя по словам Женьки было понятно… Она просто пытается влиться во взрослую жизнь, научиться самостоятельности.

Наиль, как старший брат, ворчал, но сделать ничего не мог. Ну кроме того, чтобы охрану тайком приставить.

– Кстати! – я сажусь в кресле удобнее. – Знаешь, что я вспомнила, Громов?

– Что же, Громова? – мужчина лениво потягивает кофе.

– Представляешь, я вчера слежку заметила. Кто-то меня преследовал.

– Что?!

Наиль резко садится. Сжимает бедный фарфор так сильно, что он трещать начинает.

Мужчина мгновенно переходит из состояния покоя в напряжённое ожидание. Готовиться в битву броситься в любую секунду.

– Угу, – киваю я. – И хорошая слежка, Наиль. Профессионалы. Потому что ни один из моих охранников её не заметили.

– Где конкретно? Когда? – рубит вопросами.

– Когда мы были в детском магазине. Двое. Кружили вокруг. Бугаи, вроде с оружием. Знаешь, один из них…

– Что?!

– Так посмотрел на меня… Ох, я готова поклясться, что видела его до этого. Так похож на одного амбала… Которому я между ног случайно заехала, когда от тебя сбежать пыталась.

– Блядь, Яра!

Наиль рявкает, выпускает воздух сквозь сжатые зубы. Откидывается обратно на спинку кресла, прикрывает глаза.

А вот я наоборот, завожусь сильнее. Гром приставил ко мне лишнюю охрану!

И это мне совсем не нравится. Мы о другом договаривались! Двое охранников, всё.

Я не хочу, чтобы каждый мой шаг отслеживали, докладывали. Но также я понимаю, что иначе никак.