Ая эН – Уровень Фи (страница 50)

Ну же, когда он вылезет на воздух, слунсодохлик несчастный? Ждать было немного скучно. Маша зевнула.

Пока Маша готовила великую месть и накручивала себя, готовясь к великому отмщению, Рино спал беспокойным сном. Отключиться ему удалось только под утро. Мысль о том, что Малинину растерзал монстр, не давала Слунсу покоя. Он чувствовал себя виноватым в ее смерти, переживал и злился, боялся возвращаться и проверять подземелье и одновременно с этим понимал, что его подруга, возможно, еще жива… Вдруг этот паук ее не съел? Может быть, пауки вообще не едят девчонок? И откуда он там взялся, там же только Кротик живет?

Мозг Рино готов был взорваться от противоречивых желаний.

– Я должен туда спуститься, – бубнил он. – Я должен отвинтить люк. Я должен ее спасти.

Бубня, он нарезал круги по комнате, проходил мимо зеркала, бросал на него хмурый взгляд, и отражение его отрезвляло. Он осматривал круги под глазами и говорил:

– Не, нельзя сходить с ума. Никуда нельзя лезть. Машу съели, и я с этим должен смириться. В конце концов, она мне не мама родная, да если б и мама. Сожрали ее. Слопали. Схавали. Мне удалось сбежать. И теперь надо думать о том, как выжить.

План выживания был прост и очевиден. Завалить люк камнями и залить бетоном для верности. Дождаться жителей, которые, если верить календарю, должны приплыть буквально через несколько дней. Если никто не приплывет, строить лодку, большую, надежную. Собираться в дорогу. И… Вот только вопрос: плыть сейчас или дождаться весны?

Рино отходил от зеркала и опять начинал думать о Маше. Вдруг пауки не едят девчонок? Может, надо все-таки открутить крышку и проверить? Раздираемый противоречиями, Рино Слунс все-таки наконец уснул.

Проснулся он днем. И прежде всего глянул в окно. За окном шел снег. Первый снег в этом году! Ух! Рино любил снег. Он выскочил на улицу в чем был, только в ботинки ноги сунул.

– Снег! Машка-а-а!!! Сне-е-ег!

Рино засмеялся, подставил лицо снежинкам, высунул язык. Если поймать на язык ровно сто снежинок первого снега, сбудется любое желание, это каждому ребенку Земли-11 известно. Вот только никогда не получается поймать ровно сто, Рино каждый год пробовал, но неизменно сбивался со счета, а может, не чувствовал всех попавших в рот снежинок, они же не по одной падают! Раз, два, три и четыре, пять…

– Я идиот… – пробормотал Рино, перестав считать. – Машку сожрал паук. А я…

Решив все-таки не быть слабаком, а открыть люк и выяснить все точно и заодно укокошить паука и всех монстров, какие только там найдутся, Рино вернулся в дом за оружием. Собрался. Наскоро проглотил кусок холодного позавчерашнего кроличьего шашлыка, запил водой, тоже холодной, поскольку греть – время терять, и вышел. Снег уже не сыпал. И хорошо, что не сыпал, поскольку было еще достаточно тепло, и, добираясь до земли, снежинки таяли. Кому нужна грязь вместо белого покрывала?

Рино пошел вверх, к люку. Поворот. Что это? Кровь?! Сказать наверняка было сложно из-за снега, местами превратившегося в воду. Но тут точно что-то происходило. Рино напрягся, вытащил из ножен меч и пошел быстрее. Меч он собирался применить впервые в жизни, поэтому очень волновался. Этот меч он нашел в доме главы города еще летом. Там было много разного оружия, но меч – самый крутой. Рино, когда его впервые увидел, аж замер от восхищения. Меч был слишком большой и тяжелый, но Рино его все-таки присвоил и не забывал тренироваться, рубить головы кустам и воображаемым чудищам. Меч обладал удивительным свойством: он оставался таким же острым. Пришло время проверить его в настоящем бою!

Еще один поворот. Да, больше сомнений не было, это кровь. И вот даже кусок мяса валяется… От сознания того, что это, может быть, все, что осталось от Маши Малининой, Рино стало плохо. Он все-таки взял себя в руки и присмотрелся. Нет, кусок явно принадлежал какому-то мелкому грызуну, крысе, кажется. Ну да, похоже на крысу. Неужели паук вырвался на свободу? Рино вытащил меч из ножен. В его голове зазвучала песня, и он не мог вспомнить, из какого она фильма. «Шпагу для дуэли, меч для битвы… Каждый выбирает для себя…» – пел голос в голове, Рино понятия не имел, что означает слоао «дуэль», но понимал, что дуэль ему в ближайшее время не грозит, а вот битва – да.

Еще один поворот. Еще больше крови. Рино побежал.

– Песня классная, но это же с Земли-12, – сказала одна голова Кротика второй.

– Ну извиняйте, репертуара Земли-11 у нас в фонотеке нету, оттуда к нам на Пи еще никто не попадал. Убрать звук?

– Трое попадали, – возразила первая голова. – Не, оставь, пусть играет. Каждый выбирает для себя-а… Время для любви и для молитвы… Шпагу для дуэли, меч для битвы-ы…

И обе головы в два голоса продолжили:

– Каждый выбирает для себя!

Потом одна из голов предложила:

– Вылезем, сразимся, что ли? Размяться охота…

– Свихнулся, что ли? Он еще даже не мутангел! И игра не дописана.

Рино добежал до люка. Отвинчивать крышку не пришлось. Она валялась неподалеку, погнутая и покореженная. Вокруг все было в крови. И что самое ужасное, валялись обрывки Машиной одежды. Рино помнил эту ее цветастую юбку, любимую, и шаль, яркую, зеленую, с разводами и цветами. Сомнений не оставалось. Рино побледнел и тут же покраснел. И разозлился.

– Я отомщу за тебя, Машка! Так отомщу, что…

Перед мысленным взором Рино Слунса стояло видение жуткого лысого паукообразного чудища с когтями, который был в подземелье. Он знал, что чудище огроменное и жутко сильное, но уровень адреналина в его организме зашкаливал, и Рино было плевать на размеры и силу противника. Он огляделся повнимательнее и понял, что надо бежать по кровавому следу обратно, до того места, где увидел крысу, а дальше по ситуации. И побежал. Странно, но веса меча он сейчас почти не ощущал, хотя все его чувства обострились до предела.

Лысое уродливое паукообразное существо удалось обнаружить под навесом сарая, недалеко от дома, в котором жил Рино. Существо дрыхло, посапывая во сне и причмокивая время от времени большими губами, похожими на сильно перезрелый бурый огурцемидор, надрезанный вдоль. Синяя морщинистая кожа, веки почти черные. «Надо подкрасться и отрубить ему голову одним взмахом!» – подумал Рино, оценивая толщину шеи. Шея была тоненькая. Да и сам монстр на поверку оказался не таким уж огромным, мутометра два, два с половиной от силы, и то, если скрюченные паучьи ножки во всю длину вытянуть. «Надо подкрасться и отрубить!» – еще раз подумал Рино. Момент был очень удобный, но Слунса что-то останавливало. Нельзя сказать, чтобы он боялся, хотя он немного боялся. Но тормозил не из-за страха. Нельзя также сказать, что он считал нечестным нападать на противника во время сна. Такая идиотская мысль не могла бы прийти в голову ни одному здравомыслящему мутанту, а Рино Слунс всегда отличался здравомыслием. И уж точно нельзя сказать, что он почувствовал, что монстр – это вовсе не монстр, а превращенная сокращалкой Малинина. Рино оторопело смотрел на задающее храпака чудище и не понимал, что ему мешает напасть. Как будто в рубке головы с плеча было что-то неправильное! «Он тут просто живет! – подумал Рино. – Живет себе и живет, живет себе и жи… Под землей. И вдруг вылез на свет, посмотреть или за едой, а я его…»

– Оно Машку сожрало, – прошептал Рино, возражая самому себе. – Оно монстр, если я его не… То оно и меня… Как только проснется…

Лысая монстрятина сладко причмокнула противными огурцемидорными губами, перевернулась на другой бок и всхрапнула. «Интересно, оно – он или она?» – подумал Рино, буравя взглядом бугристый затылок чудовища. А потом не словами, а как-то подсознательно, мельком, вдогонку, еще подумал о том, что если оно – он, то башку можно и отрубить. А если оно – она, то как-то… Как-то вроде совсем нехорошо.

– Я с ума свихнулся! – прошептал он вслух и покрепче сжал меч. – Надо сейчас, прямо сейчас, на раз-два…

Он сделал шаг вперед и даже замахнулся. Что-то было не так. Рино растерялся. С одной стороны, он понимал, что перед ним чудище-людоед или мутантоед, не суть важно. С другой – понимал, что… Нет, с другой стороны, Рино решительно ничего не понимал, кроме того, что…

Протоптавшись в нерешительности около монстра никак не меньше четверти часа, Рино Слунс обреченно вложил меч в ножны и побрел прочь. В общем, он осознавал, что ему конец. Рано или поздно оно (он или она) проснется, и… «Наверное, на меня нападут сзади, – размышлял он. – Хорошо бы сразу отключиться».

От былой злости не осталось и следа. Рино дошел до дома главы города, толкнул дверь. Поднялся на второй этаж, в комнату с коллекцией оружия. Вернул меч на место. Жалко, что он так и не смог им воспользоваться и уже никогда не сможет. Главное, он же столько раз представлял себе мысленно сцены, в которых он, храбрый герой Рино, как раз примерно таких вот монстров как раз примерно таким вот замечательным мечом…

Он вышел.

На улице было светло и тихо. Солнце не выглянуло, но тучи кое-где разошлись. «Хороший день для смерти, – вяло подумал Рино. – Может, попробовать уплыть? Надо попробовать…» Рино решил заглянуть в подвал одного из домов, в котором они с Машей нашли особенно солидные запасы продуктов. Может быть, монстр – ночное животное. Если успеть уплыть до вечера…