Ая эН – Уровень Фи (страница 43)
– О, нет, только не в отделе СС! – с мольбой протянув руки в сторону Михал Михалыча и старательно выдавливая из глаз крокодиловы слезы, громко зашептал Риз.
Элина посмотрела на него с удивлением. Сама она была расстроена неожиданным решением старших, но старалась не подавать виду и держаться достойно.
– Единственное, чем я никогда не смогу заниматься с удовольствием, это работой в отделе Странных Случаев! – продолжал свой дешевый концерт Риз. – Все остальные виды деятельности – с удовольствием.
Взрослые переглянулись.
– Ты бы хотел играть в театре? – с большим сомнением в голосе спросил Бяк-Бяк.
– Да, да! Особенно романтических героев! – признался Риз. – И трагические роли тоже. Да вообще любые.
Взрослые опять переглянулись.
– А в свободное от театра время я собирался заняться хоровым пением, парикмахерским делом и вышиванием, – добавил Риз, вспомнив расписание школы для особо одаренных.
Глаза у Риза Шортэдла были честные-пречестные.
– Нам необходимо посоветоваться! – сказал Михал Михалыч, и троица ретиво удалилась.
– Ты что, с ума сошел! – повернулась к Ризу Элина, как только они остались вдвоем. – Ты собираешься петь хором и вышивать? А почему ты мне об этом никогда не говорил?
– Это же принцип «только в терновый куст не бросай»! – прошептал Риз. – Я тебе потом объясню.
Дверь открылась, и Михаил Михайлович вошел один.
– С завтрашнего дня ты будешь работать в СС под моим личным руководством, – сказал он Ризу. – Поскольку все дети обязаны делать именно то, что они не хотят делать. В целях воспитания самодисциплины. Ты знаешь, куда приходить?
Риз обиженно кивнул, едва сдерживая радость. А Элина готова была кусать локти. Не оттого, что они с Ризом не будут теперь работать вместе. Не оттого, что ей придется играть в ненавистном театре. И не оттого, что она, дура, не сразу поняла уловку Риза. А оттого, что горячо любимый ею человек оказался… оказался… оказался хитрым лгунишкой, вот!
Глава 18. Черная-черная комната, куда ж без нее?
Вторую попытку покорить беон Фи Варя осуществила спустя восемь дней после дегустации гэна и прочих экзотических фруктов. Но не надо думать, что все эти дни Воронина бездельничала. Как раз наоборот. Она возила Тафика к ветеринару. Встречалась с Янанной (та рассказала ей, что дела у попавших на Пи землян-11 идут неплохо, Рино успешно адаптируется, и они вместе с Машей скоро смогут покинуть остров). Записалась на курсы вождения. Консультировалась с пластическим хирургом по поводу возможного превращения клюва в нос. Гуляла с Паолой и Чичем (друзья чуть не силой заманили ее в караоке, и Варя, едва начав петь, произвела на всех огромное впечатление). Затем по настоянию Паолы отправилась на прослушивание в Музыкальную Школу и решила брать уроки вокала. Поняла, что с вождением уже не успеет, и отказалась от него. Еще раз свозила Тафа к ветеринару. Посетила парикмахерскую. Поняла, что и с вокалом не успеет (ведь надо осваивать науку строительства сокращалок), и отказалась от уроков. И только после всего этого отправилась в беон Фи.
День Воронина выбрала не случайно. Тыха Быха Та подсказала ей дату когда Кирилла там точно не будет.
– Вообще-то вы можете не волноваться, – пояснила Тыха Быха. – У нас не принято мешать, приставать или проявлять любые нежелательные знаки внимания. Тем более такой замечательный и от природы интеллигентный молодой человек, как Кирилл, никогда не позволит себе…
Варя еле сдержалась, чтобы не рассказать подробности совместной дегустации фруктов с этим от природы интеллигентом, суслик его подери, и мастерски направила разговор в другое русло:
– Тыха, простите, а вы можете стать моим тренером?
Тыха немного подумала, после чего неуверенно кивнула:
– Мы попробуем поработать, но… В общем, давайте попробуем.
В этот раз Воронина отправилась в беон наикратчайшим путем из двух кратчайше возможных. Она твердо решила: больше никаких парков, никаких глупостей. Даже если на нее еще сто принцев, умеющих целоваться, свалятся. «Ни-ка-ких лишних разговоров! – сказала она сама себе. – Прихожу, учусь прокладывать сокращалку ухожу!»
– Прежде чем мы начнем первую тренировку, нам необходимо поговорить! – тоном, не терпящим возражения, заявила Тыха Быха сразу после обычного пожелания света в спину, как только Воронина нарисовалась на пороге беона Фи. – Этот разговор будет долгий, возможно, он займет не один месяц.
– Что?! – не поверила своим ушам Варя. – Несколько месяцев? А учиться потом сколько? Еще сто лет?
– Нет, что вы! – искренне удивилась Тыха. – За такой короткий срок можно освоить только самые основы, вводный курс, так сказать. Еще никто не становился Мебби Клейном за срок, менее…
– Я становилась! – перебила ее Варя. – И вы знаете, что я не вру.
Тыха мысленно вздохнула. Внешне это никак не проявилось, разве что складки на втором подбородке (как это может считаться красивым, как?!) немного поджались.
– В любом случае мне надо рассказать вам об истории возникновения беонов, их внутренней и внешней структуре, правилах…
Варя ничего не имела против правил, но полагала, что с историческими экскурсами можно повременить.
Они все-таки прошли в говорильню (специальную комнату для долгих разговоров). Говорильни обычно устраивают или на крышах, под прозрачным куполом, чтобы было видно небо, чтобы был простор и ощущение высоты, свободы и полета, или под землей, в закрытых помещениях, чтобы создать эффект полной защищенности и тайны. Но говорильня, в которую Тыха привела Варю, почти не отличалась от обычных комнат для переговоров: овальный стол, жуткие жесткие стулья, пара окон с жалюзи, в углу – водостойка (стойка для воды) и горка двухразовых стаканов.
Диди.
– Вы понимаете, у меня очень сложная ситуация! – начала объяснять Варя Воронина Тыхе Быхе Та. – Я с земли мутантов, которую ангелы вроде как заморозили. Мы точно не знаем, сведения эти получены от нескольких клеток одного из ангелов, которые попались Янанне и ее сотрудникам. Но ведь несколько клеток могут ошибаться! Они даже до десяти считать не умеют, как им можно верить?
– С чего вы взяли, что ангелы не умеют считать до десяти? – От удивления брови Тыхи Быхи поползли вверх, а вторые подбородки вниз.
– Янанна сказала. С этим ангелом, который им попался в частично живом виде, что-то не так. Со всеми ангелами, которые частично живы, что-то не так.
– Со всеми без исключения ангелами что-то не так, если меня спросить! – фыркнула Тыха Быха.
– Вот видите! – обрадовалась Варя, почувствовав поддержку. – Так как же можно верить полученной от них информации? Может, моя планета еще жива и здорова! Лично я очень на это надеюсь!
– Я, пожалуй, тоже начну на это надеяться, – после некоторого раздумья заявила Тыха. – Пусть это так и будет!
– Пусть! А раз это так, мне срочно надо туда попасть!
– Зачем? – На этот раз Тыха удивилась так сильно, что ее брови полностью переползли на лоб, а подбородки на грудь.
Варя стушевалась:
– Ну как… Там родители. Друзья. И вообще.
– Вы рассуждаете не как мутангел, девушка!
– Почему?
– Но это же очевидно. Вы давно оттуда сюда попали?
– Год назад. Примерно. Точно не знаю, потому что, пока мы пытались проложить сокращалку, время текло иначе.
– Хорошо. Год. И ваши родные вас уже похоронили и отпели, я правильно понимаю?
– Отпе… Простите, что значит «отпели»?
– На некоторых планетах покойников отпевают, а на некоторых оттанцовывают, – объяснила Тыха.
– Все равно не поняла.
– Когда кто-то умирает, на некоторых планетах начинают петь. А на некоторых – танцевать. Обычаи такие.
– Буду знать. Нет, у нас никому в голову не придет начать петь. Какие варварские обычаи! Нет-нет, мы просто съедаем кучу вкусняшек в память об ушедших.
Тыха то ли закашлялась, то ли хихикнула.
– Кхм-хм… Простите… Но ваши близкие в любом случае считают вас погибшей, верно? Они уже смирились с этим. И зачем вам появляться? Дразнить?
Варя молчала.
– Вы в курсе того, что сокращалки в миры, находящиеся по внутреннюю сторону браны, работают только на вход и только для мутангелов? Вы в курсе того, что, попав – гипотетически – на свою планету, вы можете потерять свои мутангельские свойства и никогда не вернуться обратно?
Варя молчала. Но Тыха Быха Та молчала еще выразительнее, поэтому Варе пришлось нарушить молчание и все-таки ответить. Голос ее прозвучал не вполне уверенно.
– Я наводила справки. Прокладывая сокращалку, я буду Мебби Клейном, не просто мутангелом, а мутангелом-инфилопером. То есть мне будет открыта дорога назад. А Дюшка… Мы же с ним сможем пройти обратно вместе? Мы один раз уже пробовали, правда, это было в 7D-визоре, в доме его дедушки. Мы тогда шли вместе с моим другом Дюшкой Клюшкиным, взявшись за руки, по такому пространству… Очень похожему на то, по которому мы потом шли с Янанной.
Тыха Быха не выдержала и вздохнула не мысленно, а наяву.
– Вы очень, очень молоды и безумно наивны, дорогая Варя! – заявила она. – Вы считаете, что влюблены в вашего бывшего друга Дюшку и…
– Я не считаю, что я в него влюблена! – вспыхнула Варя и даже вскочила со стула. – Я… Я не люблю его, то есть… То есть было так. Мы с ним дружили, просто дружили, понимаете? Он помогал мне подтянуться по одному важному предмету в школе, по оперативному хрюканью. Кстати, он отлично справился со своей задачей, потому что теперь, когда я пою и пою-оперхрюкаю, тут всем ужасно нравится, меня даже в Музыкальную Школу сразу записали! Не в начальную, а для продвинутых.