Ая эН – Уровень Фи (страница 27)
Варя разглядывала свой наряд, цвет которого был трудноопределяем в неверном свете мерцающих огоньков. Никогда в жизни у нее не было ничего даже примерно похожего на такое чудо! Да что там не было, она о таком и не мечтала. К чему мечтать о несбыточном?
– Но мы сделали всего три шага! Как она это? Когда она это? Я даже ничего не почувствовала!
– Хорошая работа дизайнера сокращалок, только и всего, – пожал плечами «принц».
Варя не переставала удивляться. Дрона сокращалка сделала бабочкой.
– Из мухи сделать бабочку! – восхищалась Варя.
– Да ладно… Из мухи слона, это сложнее. Вообще менять размер и физиологию при переходе в новый мир намного сложнее, чем просто переодеть.
– А мы в другом мире?
– Ну да… А что?
– Но мы же собирались пройтись по улицам! – Варя чувствовала себя обманутой, хоть этот обман и был сказкой.
– Но мы и идем по улице! – развел руками Кирилл, жест получился красивый, поскольку края плаща оказались сцеплены с рукавами рубашки, и движение напоминало взмах крыльев мотылька.
– Но вы говорили, это рядом!
– Я не говорил, что это рядом! Зачем мне вам врать?! Я сказал, что мы заглянем на пять минут в лавку, что она находится в одной сокращалке от беона…
Варя вспомнила: да, именно так он и говорил.
– Хорошо, и где лавка?
– Вон.
Действительно, магазинчик с экзотическими, да нет, с о-о-чень экзотическими фруктами оказался в соседнем доме. Если только это можно было назвать домом. Если только это можно было назвать магазинчиком. Двери были распахнуты настежь, чарующие незнакомые ароматы наполняли ночную улицу.
Продавцов внутри не было. Была большая комната с высокими потолками и длинным столом в центре, заполненным чем-то, отдаленно напоминающим фрукты. Только небольшая часть их лежала на блюдах или на вазах. В основном стол был уставлен небольшими аквариумами, заполненными не водой, не землей, а чем-то вроде геля или мармелада. И вот в этих аквариумах, в мармеладе, росли или хранились эмм… фрукты, слабо похожие на фрукты. Как может быть фруктом сооружение из крошечных восьмиугольных кубиков?
– Тридцатидвухугольных, – поправил Варю Кирилл. – Каждый кубик немного отличается по вкусу от предыдущего, и смотря с какой стороны начинаешь есть… Попробуйте!
Кубики не хранились в аквариуме, они высились башенкой на блюде. Варя догадалась взять из стоящего рядом высокого бокала шпажку и наколола на нее верхний кубик. Он не оторвался так, как, например, отрываются виноградинки от грозди, а соскользнул с конструкции, оставшись на шпажке. Вкус у кубика оказался такой… немного похожий на манго Земли-12, немного на дейм Земли-11, приятный, но довольно приторный. Мякотью сразу обволокло весь рот. Захотелось сделать глоток воды, но воды на столе не было, и Варя проткнула шпажкой следующий кубик. Во втором аромат манго усилился, дейм почти исчез, появилась нежная нотка то ли дыни, то ли дыноида, а сладость оказалась весьма умеренной. «Мило, но слишком много сахара!» – подумала Варя и сцапала третий кубик. Лимонно-дынная свежесть наполнила ее рот, сквозь нее пробивалось манго, еще что-то и еще что-то. – Чума-а… – оценила Варя фрукт и потянулась за следующим кубиком.
Не через пять, но через двадцать пять минут, нагруженные большими бумажными пакетами, они вышли в ночь. Варя успела попробовать далеко не все, но Кир был непреклонен: правила дегустации нарушать нельзя, иначе от удовольствия останется только горечь на языке.
– Вы ведь можете приходить сюда в любое время и пробовать все понемножку, – объяснил он. – И уносить с собой все, что понравится. Планета наша, родная, входящая в Пи, проблем не возникнет.
– А обратный вход в сокращалку где? – спросила Варя. – Ах, вот, уже вижу. Он тут иначе выглядит.
– Все верно, – кивнул Кирилл. – Это он. Но я предлагаю не нырять туда немедленно, а пройтись по набережной. Дело в том, что один из плодов, к сожалению, теряет свои качества при переносе через сокращалку. И ему нужен парный плод, растущий на побережье. Это гэн. Его лучше съесть тут. Вот, это он.
Кирилл запустил руку в пакет и извлек из него гэн, который был похож на макароны-спагетти.
Они пошли к набережной. Варя чувствовала себя немного неловко в длинном платье, юбку приходилось приподнимать, если на пути случалась ступенька. К тому же Варе не хотелось испачкать подол. Жалко, что при обратном переходе сокращалка ее переоденет в то, что было на ней в Мебиклейне.
К счастью, ступенек на пути было мало, набережная оказалась близко.
Ароматы фруктов сменились запахами моря. Было очень, очень тепло, почти жарко.
– Парные плоды, на которых гэны раскрывают свои лучшие качества, растут вдоль всей этой бухты, – объяснял по дороге Кирилл. – Но желательно найти растение, которым хотя бы сутки никто не пользовался. Этим кустам надо успевать накапливать силу, а… О, вот этот подойдет!
На подходящем, по мнению Кирилла, небольшом кустике плодов вроде бы не было. Но некоторые листья были крупнее и мясистее своих собратьев, они и являлись плодами. Срывать или есть их не требовалось. Кирилл положил один из листов на свою ладонь, а на него, как на блюдце, немного «макарон».
– Сейчас начнется! – прошептал он.
Началось: макароны начали набухать, увеличиваясь в размерах, и пофыркивать. И искорками стреляться, кро-о-ошечными такими.
Варя склонилась над листом, чтобы лучше разглядеть. Ее обалденные волосы – они всегда были обалденными, а на Пи при надлежащем уходе стали нереально обалденными – коснулись листа гэна и руки Кира.
Кирилл вздрогнул, и лист-блюдце вместе со всем содержимым чуть не улетел в кусты, сделав сальто. Проявив чудеса ловкости, Кир поймал его на лету, даже удалось не оторвать лист от ветки, на которой он все еще рос. В прямом смысле, вот прямо сейчас – рос, увеличиваясь в размерах!
– Ой! Горячо, да? – сочувственно спросила Варя, когда лист с гэном чуть не улетел.
– А? Ч-что? Нет, это совсем не горячо. Он немного нагревается, но с этой стороны не… не очень. Сейчас самое интересное начнется, смотрите!
Кирилл бесстрашно склонился над своей ладонью, и Варя храбро последовала его примеру. Ее волосы опять коснулись руки Кира. На этот раз лист, выросший раза в полтора, решил не повторять сальто, но макароны, разбухшие до сосисочно-сарделечных размеров, все-таки подпрыгнули, фыркнув особенно громко.
– Все-таки опасный плод, – шепотом сказала Варя. Она хоть и не отошла, но волновалась.
– Таинственный! – тоже шепотом ответил Кирилл. Судя по его дрожащему голосу, он тоже немного волновался.
Гэн продолжал пофыркивать, поблескивать и расти. Спокойствие сохранял только превращенный в бабочку дрон с видеокамерой.
Вдруг гэн замер. И фырчать перестал. Прозрачность его повысилась, и стали видны внутренние прожилки, по которым бегали огоньки. Теперь стало ясно, откуда брались искорки!
– Готово! – торжественно объявил Кирилл. – Ваше величество, кушать подано!
Варя неуверенно протянула руку к живущему своей неведомой жизнью экзотическому плоду и осторожно тронула его пальчиком. Едва теплый.
– Будьте осторожны, – предупредил Кирилл. – В первый раз некоторые его гм… особенности могут показаться слишком особенными.
Варя взяла гэн двумя руками (он теперь был по форме похож на большое-большое яйцо, как раз двумя руками и удержать) и оторвала от листа.
– Можно кусать?
– Лучше не кусать, а пить, – подсказал Кирилл. – Если откусить, кожица порвется, сок брызнет во все стороны, и ничего не останется.
– Как пить? – не поняла Варя. – Откуда?
– Ну-у, как целоваться. Приложи губы к кожице и так осторожно…
Не дожидаясь конца объяснений, Варя поднесла гэн к губам, и – бах!!! – он лопнул, сок брызнул ей в лицо, потек по шее, руки стали мокрыми и липкими. На Кирилла тоже попало.
– Ничего, с кем не бывает! Со второй попытки получится. Надо просто немного аккуратнее и…
– Не надо второй попытки! – Варя вдруг расстроилась, и сильно. – У меня не получится. Мне… клюв мешает. Он ужасный!
– Очень красивый клюв, – возразил Кирилл. – Как он может мешать?
– Красивый?! Да ну! Большой, немодный, я тут никого еще с клювами не видела. Я давно думала сделать пластическую операцию, срезать его. Мешает только! Если простуда, не высморкаться, – обидевшись на свой клюв, разоткровенничалась Варя. – Да он даже целоваться мешает!
– Ерунда какая! – не поверил Кир. – Не может такого быть!
– Может!
– Не может! Вот смотри…
И не успела Варя и рта открыть, как… Хотя нет. Она как раз успела немного открыть рот, чтобы сказать, что… Как этот самоуверенный, наглый нахал, этот типчик с муточерт знает какой Земли-13, которого она впервые увидела всего каких-то пару часов назад, который клятвенно обещал не выяснять ее адрес, как он… Да, все верно: он целовал ее! Не так, как Дюшка, а склонив голову набок, и клюв не мешал, – надо же, оказывается, действительно не мешает! – и… «Я что, держу его за голову?!» – Варя не сразу поняла, что происходит, но, как только поняла… Как только поняла, они уже не целовались.
– Так, – сказал Варя. – Лапы убрал!
Кирилл поспешно отдернул руки, для верности даже спрятал их за спину.
– Я домой.
Кирилл покорно кивнул.
– За мной не ходить.
Второй кивок.
– Меня не искать. Никогда.
На «меня не искать» Кирилл успел кивнуть в третий раз, но на «никогда» встрепенулся: